Неточные совпадения
Станемте мы, други,
Бочку расчинати,
Пиво распивати,
Бога государя
В помощь призывати,
Авось наш надёжа
До нас умилится,
Во сердца во наши
Он, свет, преселится…
Промолчал отец Прохор. Не пускался он с Аграфеной Петровной
в откровенности, боясь, чтобы коим грехом его слова не были перенесены
в барский дом. Конечно, Дуня обещалась не оставлять его своей
помощью, однако ж лучше держать себя поопасливей — береженого и
Бог бережет. А дело, что началось насчет хлыстов, еще кто его знает чем кончится.
— Ты теперь
в достатках, — сказала Дарья Сергевна, — и на будущее время Дуня тебя никогда не оставит своей
помощью. Ежели захочешь жениться, за невестами дело не станет, найдется много. А мой бы совет: к
Богу обратиться, ты уж ведь не молоденький. Ты же, я думаю, живучи
в полону, пожалуй, и Христову-то веру маленько забыл. Так и надо бы тебе теперь вспомнить святоотеческие предания и примирить свою совесть с Царем Небесным.
Призвав
Бога в помощь, размыслив зрело о предмете, столь близком к нашему сердцу и столь важном для государства, и находя, что существующие постановления о порядке наследования престола, у имеющих на него право, не отъемлют свободы отрешить от сего права в таких обстоятельствах, когда за сим не предстоит никакого затруднения в дальнейшем наследовании престола, — с согласия августейшей родительницы нашей, по дошедшему до нас наследственно верховному праву главы императорской фамилии, и по врученной нам от Бога самодержавной власти, мы определили: во-первых — свободному отречению первого брата нашего, цесаревича и великого князя Константина Павловича от права на всероссийский престол быть твердым и неизменным; акт же сего отречения, ради достоверной известности, хранить в московском Большой Успенском соборе и в трех высших правительственных местах Империи нашей: в святейшем синоде, государственном совете и правительствующем сенате; во-вторых — вследствие того, на точном основании акта о наследовании Престола, наследником нашим быть второму брату нашему, великому князю Николаю Павловичу.
—
Бог в помощь! желаю здравствовать! — произнес Иван Иванович, поклонившись на все стороны, с свойственною ему одному приятностию. Боже мой, как он умел обворожить всех своим обращением! Тонкости такой я нигде не видывал. Он знал очень хорошо сам свое достоинство и потому на всеобщее почтение смотрел, как на должное. Судья сам подал стул Ивану Ивановичу, нос его потянул с верхней губы весь табак, что всегда было у него знаком большого удовольствия.
Неточные совпадения
«Тут нет никакого сомнения. Она сохранила сношения с проклятым Дубровским. Но ужели и
в самом деле она звала его на
помощь? — думал Кирила Петрович, расхаживая по комнате и сердито насвистывая Гром победы. — Может быть, я наконец нашел на его горячие следы, и он от нас не увернется. Мы воспользуемся этим случаем. Чу! колокольчик, слава
богу, это исправник».
Ужас был всеобщий, так что
в мае 1846 г. по всей колонии служили молебны, прося
Бога о
помощи.
— И зовете меня на
помощь; думал, что пришла пора медведю «сослужить службу», и чуть было не оказал вам
в самом деле «медвежьей услуги», — добавил он, вынимая из кармана и показывая ей обломок бича. — От этого я позволил себе сделать вам дерзкий вопрос об имени… Простите меня, ради
Бога, и скажите и остальное: зачем вы открыли мне это?
Бог — един,
Бог — троичен
в лицах: единица, три суть числа, подлежащие всей числовой ограниченности (
помощью единицы совсем нельзя выразить единого Божества, ибо единица существует лишь во множественности, и три
в св.