— Это гулена-то, гульба-то, — молвила Макрина. — Да у нас по всем обителям на общу трапезу ее составляют. Вкушать ее ни за малый грех не поставляем, все едино что морковь али свекла, плод дает в земле, во своем корню. У нас у самих на огородах садят гулену-то. По другим обителям больше с торгу ее покупают, а у нас садят.
А тут, спасенным делом обедню да лежачую на листу вечерню отпевши, посельский старец Нифонт с дорогими гостями, что наехали из властного монастыря, — соборным старцем Дионисием Поскочиным, значит, барского рода, да с двумя рядовыми старцами, да с тиуном, да с приказчиком и с иными людьми, — за трапезой великий праздник Пятидесятницы справляли да грешным делом до того натянулись, что хоть выжми их.
— Да ты повремени, отдохни сколь-нибудь, — сказал Израиль, не подавая благословения. — Обожди маленько, обедня отойдет сейчас, в трапезу пойдешь, преломишь хлеб с братиею. Сам-то я не совсем домогаю, не пойду, так отец Анатолий тебя угостит.
— Нет, друг, нет… Уж извини… Этого я сделать никак не могу. Хоть монастырь наш и убогий, а без хлеба без соли из него не уходят. Обедня на исходе, отпоют, и тотчас за трапезу. Утешай гостя, отец Анатолий, угости хорошенько его, потчуй скудным нашим брашном. Да мне ж надо к господам письмецо написать… Да вели, отец Анатолий, Софрония-то одеть: свитку бы дали ему чистую, подрясник, рясу, чоботы какие-нибудь. Не годится в господском доме в таком развращении быть.
И сидели Божьи люди за трапезой чинно и спокойно. Проводили они время в благочестивых разговорах. Послышался благовест к обедне, и тогда разошлись они по своим местам и улеглись, утомленные, на постелях.
— Вот что значит с никонианами-то водиться!.. — строго и учительно говорила уставщица Красноглазиха. — Повелся с еретиками, за одной с ними трапезой насы́щался, из одной пивал посудины, и себя тем сквернил, и со́блазны чинил христианам древлего благочестия.
А Дуня сидит да молчит. Кончилась другая проповедь кормщика, кончились и пляски и песни, все пошли за трапезу, а Дуня, надевши обычное платье, ушла в свою комнату и заперлась в ней.
Когда собравшиеся в дорогу сидели за прощальной трапезой, привезли почту. Николай Александрович новое письмо от Денисова получил. Писал тот, что его опять задержали дела и что приедет он в Луповицы не раньше как через неделю после Успенья, зато прогостит недели три, а может, и месяц. Все были рады, а кормщик обещал, только что приедет он, повестить о том всех Божьих людей. И за то были ему благодарны.
Обед прошел в строгом молчанье. Заговорила было Марья Ивановна, но Егор Сергеич властно запретил ей разговаривать во время трапезы. И никто после того не осмеливался слова промолвить. Кончился обед, и, кроме Дуни, все до земли поклонились Денисову, а потом и он каждому поклонился.
Вечерняя трапеза прошла оживлённо, двое старших братьев не переставали её веселить, мучая младших намёками про занятный сюрприз, который якобы скоро будет преподнесён.
ТРА́ПЕЗА и ТРАПЕ́ЗА, -ы, ж.1. Общий стол для приема пищи в монастыре, а также прием пищи (обед, ужин) за таким столом и сама пища, еда. (Малый академический словарь, МАС)
Подходя к импровизированной столовой, обратила внимание, что некоторые уже закончили трапезу, но не спешили расходиться.
Вечерняя трапеза прошла оживлённо, двое старших братьев не переставали её веселить, мучая младших намёками про занятный сюрприз, который якобы скоро будет преподнесён.
Некоторое время трапеза проходила в молчании, под грохот индейских барабанов и завывание тростниковых флейт.