— Полно-ко вам друг дружку-то корить, — запищал Седов-богатырь, заметив, что тузы очень уж обозлились. — В чужи карманы неча глядеть — в своем хорошенько смотри. А не лучше ль, господа, насчет закусочки теперь нам потолковать?.. Онисим Самойлыч, Марко Данилыч, Степан Федорыч, какие ваши мысли на этот счет будут?.. Теперь госпожинки, значит, нашим же товаром будут нас и потчевать…
На брань, на попреки обманутого только, бывало, хихикает да его же корит: «А кто тебе, умному человеку, говорит, велел от нас, дураков, гнилой товар принимать?
Укоряли они его, проклятьями даже осыпали за переходы из веры в веру, но в совести своей Герасим был спокоен: он ищет истинную веру и правую церковь, но, куда ни придет, — ее нет как нет… нигде не находит их.
И укоряла Бога вдовица, что несправедливо он поделил меж людей земные богатства, и начальство бранила, что до сих пор не додумается деньги поровну поделить между крещеными.
Но чувство досады брало верх, и он не мог удержаться от сурового, наставительного тона, за который начинал корить себя, как только письмо было отправлено.
Корю (яп. 古流, «старая школа» или «старый стиль») и кобудо (яп. 古武道, «древние боевые искусства») — японские термины, которые используются для обозначения боевых искусств Японии, созданных до Реставрации Мэйдзи (1868 год). Данные термины являются обратными понятию гэндай будо, которым обозначают современные боевые искусства (яп. 新武道, ромадзи: Shinbudō), созданные после Реставрации. (Википедия)
Корю (яп. 古流, «старая школа» или «старый стиль») и кобудо (яп. 古武道, «древние боевые искусства») — японские термины, которые используются для обозначения боевых искусств Японии, созданных до Реставрации Мэйдзи (1868 год). Данные термины являются обратными понятию гэндай будо, которым обозначают современные боевые искусства (яп. 新武道, ромадзи: Shinbudō), созданные после Реставрации.
Затем спохватился, ударил себя по губам, мысленно коря последними словами.
Но потом, когда я стала корить её, что она в сердце своём зло держала, воспротивилась словам моим и сказала, что совпадение всё это.
Но чувство досады брало верх, и он не мог удержаться от сурового, наставительного тона, за который начинал корить себя, как только письмо было отправлено.