Они находятся теперь
при деле о самозванке.], намеревавшийся ехать с нею в Константинополь, где надеялся сделаться официальным агентом конфедерации; Ганецкий, бывший иезуит, имевший обширные знакомства в Риме, намеревавшийся провести ее к святейшему отцу и ввести в лоно римской церкви, и наконец — «Мосбахский незнакомец», Доманский, который не в силах был оставить прекрасную принцессу, в которую был страстно влюблен.
Неточные совпадения
Алина требовала от магистрата удовлетворения, грозила вмешательством в это
дело России и показывала черновые письма свои к русским посланникам
при венском и берлинском дворах.
Поблагодарив своего любезного, она скромно объявила, что,
при всей беспредельной любви к нему, она не может сделаться его женой, потому что политические
дела не дозволяют ей мешкать в Европе.
Напрасно Станислав Понятовский объявлял амнистию за амнистией: никто почти не обращал на них внимания, и конфедераты продолжали свое
дело. Версальский кабинет подавал им надежду на вооруженное вмешательство Франции в войну России с Турцией. Говорили, что в Тулоне снаряжается сильная французская эскадра, которая должна идти на помощь бедным остаткам турецкого флота, сожженного Алексеем Орловым
при Чесме.
Ведь до 1762 года в России,
при неопределенности прав престолонаследия, так часто происходили перемены в правительстве, что произведение нового переворота никому не казалось
делом невозможным.
И как ей было не тревожиться после заговора Гурьевых, после покушения Мировича,
при интригах Никиты Панина, после того, как до нее доходили сведения, будто чумный бунт в Москве 1771 года произведен был Петром Ивановичем Паниным [В
деле о моровом поветрии и бунте, находящемся в государственном архиве, есть на это указание.], будто Иван Иванович Шувалов интригует против нее в западных государствах.
Время дорого. Пора энергически взяться за
дело, иначе русский народ погибнет. Сострадательное сердце наше не может оставаться покойным
при виде его страданий. Не обладание короной побуждает нас к действию, но кровь, текущая в наших жилах. Наша жизнь, полная несчастий и страданий, да послужит тому доказательством. Впоследствии,
делами правления мы еще более докажем это. Ваш беспристрастный взгляд на вещи, граф, достойно оценит сии слова наши.
Дело уладилось: он получил княжеский Римской империи титул и явился
при дворе.
Простившись 10 февраля с аббатом Рокотани и сделав ему дорогие подарки, принцесса утром на другой
день, под именем графини Селинской, в двух экипажах поехала из Рима. Ее сопровождали Доманский, Чарномский, Франциска Мешеде и несколько слуг. Раздав щедрую милостыню нищим, собравшимся у церкви Сан-Карло, она,
при шумных благодарных криках толпы, поехала по Корсо к Флорентийской заставе и выехала из вечного города.
Говорила, что она воспитана в Персии, где до сих пор имеет многочисленную и сильную своим влиянием на внутренние и внешние политические
дела партию, что по достижении совершеннолетия она уехала в Европу, проезжала
при этом через места, населенные татарами, по Волге, была тайно в Петербурге, а оттуда через Ригу проехала в Пруссию.
Через несколько
дней,
при разговоре с графом Орловым об Италии, случилось мне сказать, что я никогда не бывала в Ливорно и желала бы видеть этот город.
Соображая все это с бумагами, присланными ко мне
при анонимном письме, мне действительно приходило иногда на ум: не я ли в самом
деле то лицо, в пользу которого составлено духовное завещание императрицы Елизаветы Петровны?
Иначе трудно объяснить, почему
при столь явных указаниях в захваченных бумагах на близкое участие польских магнатов в
деле самозванки не обращено было на них ни малейшего внимания, тогда как привлечь их к
делу и даже к самой строгой ответственности для Екатерины было чрезвычайно легко, ибо она властвовала в Польше почти так же неограниченно, как и в России.
Если останутся
при такой системе производства
дела, мне, конечно, придется умереть в заточении.
На следующий
день солдаты, бессменно стоявшие
при ней на часах, выкопали в Алексеевском равелине глубокую яму и тайно зарыли в нее труп пленницы. Никаких погребальных обрядов совершено не было.
Он, как сам говорит, перестал верить, что она русская великая княжна, а между тем, имея
при себе официальные письма конфедерации, имея на руках важные
дела, которые безотлагательно должен был исполнить, ни с того ни с сего поехал вслед за женщиной, которую считал искательницей приключений, и остался
при ней до самого арестования.
Неточные совпадения
Она любила на балконе // Предупреждать зари восход, // Когда на бледном небосклоне // Звезд исчезает хоровод, // И тихо край земли светлеет, // И, вестник утра, ветер веет, // И всходит постепенно
день. // Зимой, когда ночная тень // Полмиром доле обладает, // И доле в праздной тишине, //
При отуманенной луне, // Восток ленивый почивает, // В привычный час пробуждена // Вставала
при свечах она.
Не дай мне Бог сойтись на бале // Иль
при разъезде на крыльце // С семинаристом в желтой шале // Иль с академиком в чепце! // Как уст румяных без улыбки, // Без грамматической ошибки // Я русской речи не люблю. // Быть может, на беду мою, // Красавиц новых поколенье, // Журналов вняв молящий глас, // К грамматике приучит нас; // Стихи введут в употребленье; // Но я… какое
дело мне? // Я верен буду старине.
В те
дни, когда в садах Лицея // Я безмятежно расцветал, // Читал охотно Апулея, // А Цицерона не читал, // В те
дни в таинственных долинах, // Весной,
при кликах лебединых, // Близ вод, сиявших в тишине, // Являться муза стала мне. // Моя студенческая келья // Вдруг озарилась: муза в ней // Открыла пир младых затей, // Воспела детские веселья, // И славу нашей старины, // И сердца трепетные сны.
Вдруг получил он в самом
деле // От управителя доклад, // Что дядя
при смерти в постеле // И с ним проститься был бы рад. // Прочтя печальное посланье, // Евгений тотчас на свиданье // Стремглав по почте поскакал // И уж заранее зевал, // Приготовляясь, денег ради, // На вздохи, скуку и обман // (И тем я начал мой роман); // Но, прилетев в деревню дяди, // Его нашел уж на столе, // Как дань, готовую земле.
— На суд вашего превосходительства представляю: каково полотно, и каково мыло, и какова эта вчерашнего
дни купленная вещица! —
При этом Чичиков надел на голову ермолку, вышитую золотом и бусами, и очутился, как персидский шах, исполненный достоинства и величия.