Неточные совпадения
Ведь говорила я Агриппине Филипьевне,
уж сколько раз говорила: «Mon ange, [Мой ангел (фр.).]
уж поверьте,
что недаром приехал этот ваш братец…» Да-с!..
— Ведь вы себе представить не можете, Марья Степановна, какие гордецы все эти Ляховские и Половодовы!..
Уж поверьте мне,
что они теперь мечтают…
да, именно мечтают,
что вот приехал Привалов
да прямо к ним в руки и попал…
—
Да, благодаря сестре Гертруде получает ни за
что тысяч пять, —
что же делать? Идиот!.. Наберет с собой моих мальчишек и целые дни
удит с ними рыбу.
—
Да везде эти диссонансы, Сергей Александрыч, и вы, кажется,
уже испытали на себе их действие. Но у отца это прорывается минутами, а потом он сам раскаивается в своей горячности и только из гордости не хочет открыто сознаться в сделанной несправедливости. Взять хоть эту историю с Костей. Вы знаете, из-за
чего они разошлись?
— Ах, mon ange, mon ange… Я так соскучилась о вас! Вы себе представить не можете… Давно рвалась к вам,
да все проклятые дела задерживали: о том позаботься, о другом, о третьем!.. Просто голова кругом… А где мамаша? Молится? Верочка,
что же это вы так изменились?
Уж не хвораете ли, mon ange?..
— Ах, извините меня, извините меня, Марья Степановна… — рассыпалась Хина, награждая хозяйку поцелуем. — Я все время была так завалена работой, так завалена… Вы меня поймете, потому
что можете судить по собственным детям,
чего они стоят родителям.
Да! А тут еще Сергей Александрыч… Но вы, вероятно,
уже слышали, Марья Степановна?
— И хорошо сделали, потому
что, вероятно, узнали бы не больше того,
что уже слышали от мамы. Городские слухи о нашем разорении — правда… В подробностях я не могу объяснить вам настоящее положение дел,
да и сам папа теперь едва ли знает все. Ясно только одно,
что мы разорены.
— Ах, это вы!.. — удивлялся каждый раз Ляховский и, схватившись за голову, начинал причитать каким-то бабьим голосом: — Опять жилы из меня тянуть… Уморить меня хотите,
да, уморить… О, вы меня сведете с ума с этим проклятым делом! Непременно сведете… я чувствую,
что у меня в голове
уже образовалась пустота.
— Вот
уж этому никогда не поверю, — горячо возразила Половодова, крепко опираясь на руку Привалова. — Если человек что-нибудь захочет, всегда найдет время. Не правда ли?
Да я, собственно, и не претендую на вас, потому
что кому же охота скучать. Я сама ужасно скучала все время!.. Так, тоска какая-то… Все надоело.
— Это все наши воротилы и тузы… — шепнул Веревкин на ухо Привалову. — Толстосумы настоящие! Вон у того, который с козлиной бородкой, за миллион перевалило…
Да! А
чем нажил, спросите: пустяками. Случай умел поймать, а там
уж пошло.
— Вот не ожидал!.. — кричал Ляховский навстречу входившему гостю. —
Да для меня это праздник… А я, Василий Назарыч, увы!.. — Ляховский только указал глазами на кресло с колесами, в котором сидел. — Совсем развинтился…
Уж извините меня, ради бога! Тогда эта болезнь Зоси так меня разбила,
что я совсем приготовился отправляться на тот свет,
да вот доктор еще придержал немного здесь…
—
Да очень просто: взяла
да ушла к брату… Весь город об этом говорит. Рассказывают,
что тут разыгрался целый роман… Вы ведь знаете Лоскутова? Представьте себе, он давно
уже был влюблен в Надежду Васильевну, а Зося Ляховская была влюблена в него… Роман, настоящий роман! Помните тогда этот бал у Ляховского и болезнь Зоси? Мне сразу показалось,
что тут что-то кроется, и вот вам разгадка; теперь весь город знает.
— Ну,
уж извините, я вам голову отдаю на отсечение,
что все это правда до последнего слова. А вы слышали,
что Василий Назарыч уехал в Сибирь?
Да… Достал где-то денег и уехал вместе с Шелеховым. Я заезжала к ним на днях: Марья Степановна совсем убита горем, Верочка плачет… Как хотите — скандал на целый город, разоренье на носу, а тут еще дочь-невеста на руках.
Привалову казалось с похмелья,
что постукивает не на мельнице, а у него в голове. И для
чего он напился вчера? Впрочем, нельзя, мужики обиделись бы.
Да и какое это пьянство, ежели разобрать? Самое законное, такая
уж причина подошла, как говорят мужики. А главное, ничего похожего не было на шальное пьянство узловской интеллигенции, которая всегда пьет, благо нашлась водка.
—
Да, тут вышла серьезная история… Отец, пожалуй бы, и ничего, но мать — и слышать ничего не хочет о примирении. Я пробовал было замолвить словечко; куда, старуха на меня так поднялась,
что даже ногами затопала. Ну, я и оставил. Пусть сами мирятся… Из-за
чего только люди кровь себе портят, не понимаю и не понимаю. Мать не скоро своротишь:
уж если
что поставит себе — кончено, не сдвинешь. Она ведь тогда прокляла Надю… Это какой-то фанатизм!.. Вообще старики изменились: отец в лучшую сторону, мать — в худшую.
Привалов перезнакомился кое с кем из клубных игроков и, как это бывает со всеми начинающими, нашел,
что, право, это были очень хорошие люди и с ними было иногда даже весело;
да и самая игра, конечно, по маленькой, просто для препровождения времени, имела много интересного, а главное, время за сибирским вистом с винтом летело незаметно; не успел оглянуться, а
уж на дворе шесть часов утра.
—
Да Лепешкин с Данилушкой… Вот
уж про кого можно сказать,
что два сапога — пара: другой такой не подобрать. Ха-ха!..
—
Да чего нам делать-то? Известная наша музыка, Миколя; Данила даже двух арфисток вверх ногами поставил: одну за одну ногу схватил, другую за другую
да обеих, как куриц, со всем потрохом и поднял… Ох-хо-хо!.. А публика даже
уж точно решилась: давай Данилу на руках качать. Ну, еще акварию раздавили!.. Вот только тятеньки твоего нет, некогда ему, а то мы и с молебном бы ярмарке отслужили. А тятеньке везет, на третий десяток перевалило.
— Вот
уж сорочины скоро, как Катю мою застрелили, — заговорила Павла Ивановна, появляясь опять в комнате. — Панихиды по ней служу,
да вот собираюсь как-нибудь летом съездить к ней на могилку поплакать… Как жива-то была, сердилась я на нее, а теперь вот жаль! Вспомнишь, и горько сделается, поплачешь. А все-таки я благодарю бога,
что он не забыл ее: прибрал от сраму
да от позору.
Да и услуга-мужик; только еще Василий Назарыч успеет о
чем заикнуться, он
уж готов.
— Ну, твое счастье… Прежде старики сами выбирали женихов детям
да невест, а нынче пошло
уж другое. Тебе лучше знать,
что тебе нравится; только не ошибись…
—
Да все то же, все по-старому. Школку зимой открыла, с ребятишками возится
да баб лечит. Ну, по нашему делу тоже постоянно приходится отрываться: то
да се…
Уж как это вы хорошо надумали, Василий Назарыч,
что приехали сюда.
Уж так хорошо, так хорошо.
Неточные совпадения
Городничий (в сторону).О, тонкая штука! Эк куда метнул! какого туману напустил! разбери кто хочет! Не знаешь, с которой стороны и приняться. Ну,
да уж попробовать не куды пошло!
Что будет, то будет, попробовать на авось. (Вслух.)Если вы точно имеете нужду в деньгах или в
чем другом, то я готов служить сию минуту. Моя обязанность помогать проезжающим.
Городничий.
Да, и тоже над каждой кроватью надписать по-латыни или на другом каком языке… это
уж по вашей части, Христиан Иванович, — всякую болезнь: когда кто заболел, которого дня и числа… Нехорошо,
что у вас больные такой крепкий табак курят,
что всегда расчихаешься, когда войдешь.
Да и лучше, если б их было меньше: тотчас отнесут к дурному смотрению или к неискусству врача.
Хлестаков. А,
да я
уж вас видел. Вы, кажется, тогда упали?
Что, как ваш нос?
— дворянин учится наукам: его хоть и секут в школе,
да за дело, чтоб он знал полезное. А ты
что? — начинаешь плутнями, тебя хозяин бьет за то,
что не умеешь обманывать. Еще мальчишка, «Отче наша» не знаешь, а
уж обмериваешь; а как разопрет тебе брюхо
да набьешь себе карман, так и заважничал! Фу-ты, какая невидаль! Оттого,
что ты шестнадцать самоваров выдуешь в день, так оттого и важничаешь?
Да я плевать на твою голову и на твою важность!
Городничий.
Да я так только заметил вам. Насчет же внутреннего распоряжения и того,
что называет в письме Андрей Иванович грешками, я ничего не могу сказать.
Да и странно говорить: нет человека, который бы за собою не имел каких-нибудь грехов. Это
уже так самим богом устроено, и волтерианцы напрасно против этого говорят.