Марья вышла с большой неохотой, а Петр Васильич подвинулся еще ближе к гостю, налил ему еще наливки и завел сладкую речь о глупости Мыльникова, который «портит товар». Когда машинист понял,
в какую сторону гнул свою речь тароватый хозяин, то отрицательно покачал головой. Ничего нельзя поделать. Мыльников, конечно, глуп, а все-таки никого в дудку не пускает: либо сам спускается, либо посылает Оксю.
Неточные совпадения
Феня внимательно слушала неторопливую баушкину речь и проникалась прошлым страшным горем,
какое баушка принесла из далекой Расеи сюда, на каторгу. С детства она слышала все эти рассказы, но сейчас баушка Лукерья гнула свое,
стороной обвиняя Феню
в измене православию. Последнее испугало Феню, особенно когда баушка Лукерья сказала...
Конечно, Ястребов давал деньги на золото, разносил его по книгам со своих приисков и сдавал
в казну, но Петр Васильич считал свои труды больше, потому что шлялся с уздой, валял дурака и постоянно рисковал своей шкурой
как со
стороны хозяев, так и от рабочих.
Нужно было ехать через Балчуговский завод; Кишкин повернул лошадь объездом, чтобы оставить
в стороне господский дом. У старика кружилась голова от неожиданного счастья, точно эти пятьсот рублей свалились к нему с неба. Он так верил теперь
в свое дело, точно оно уже было совершившимся фактом. А главное,
как приметы-то все сошлись: оба несчастные, оба не знают, куда голову приклонить. Да тут золото само полезет. И
как это раньше ему Кожин не пришел на ум?.. Ну, да все к лучшему. Оставалось уломать Ястребова.
Карачунский рассказывал подробно,
как добывают золото
в Калифорнии,
в Африке,
в Австралии,
какие громадные компании основываются,
какие страшные капиталы затрачиваются,
какие грандиозные работы ведутся и
какие баснословные дивиденды получаются
в результате такой кипучей деятельности. Родион Потапыч только недоверчиво покачивал головой, а с другой
стороны, очень уж хорошо рассказывал барин, так хорошо, что даже слушать его обидно.
Они выпивали и болтали о Кишкине,
как тот «распыхался» на своей Богоданке, о старательских работах, о том,
как Петр Васильич скупает золото, о пропавшем без вести Матюшке и т. д. Кожин больше молчал, прислушиваясь к глухим стонам, доносившимся откуда-то со
стороны избы. Когда Мыльников насторожился
в этом направлении, он равнодушно заметил...
Во всей этой истории не принимал участия один Ганька, чувствовавший себя
как дворовая собака, попавшая
в волчью стаю. Загорелые и оборванные старатели походили на настоящих разбойников и почти не глядели на него. Петр Васильич несколько раз ободрял его, подмигивая своим единственным оком. Когда волнение улеглось, Петр Васильич отвел Матюшку
в сторону и заговорил...
Увидя, что речь повернула вона
в какую сторону, Петрушка закрутил только носом. Хотел он было сказать, что даже и не пробовал, да уж как-то и самому стало стыдно.
Впоследствии, рисуя себе эту сцену, Клим вспоминал, как Макаров покачивался, точно решая,
в какую сторону упасть, как, медленно открывая рот, он испуганно смотрел странно круглыми глазами и бормотал:
Неточные совпадения
Городничий (
в сторону).Прошу посмотреть,
какие пули отливает! и старика отца приплел! (Вслух.)И на долгое время изволите ехать?
Городничий (
в сторону).О, тонкая штука! Эк куда метнул!
какого туману напустил! разбери кто хочет! Не знаешь, с которой
стороны и приняться. Ну, да уж попробовать не куды пошло! Что будет, то будет, попробовать на авось. (Вслух.)Если вы точно имеете нужду
в деньгах или
в чем другом, то я готов служить сию минуту. Моя обязанность помогать проезжающим.
Городничий. Я здесь напишу. (Пишет и
в то же время говорит про себя.)А вот посмотрим,
как пойдет дело после фриштика да бутылки толстобрюшки! Да есть у нас губернская мадера: неказиста на вид, а слона повалит с ног. Только бы мне узнать, что он такое и
в какой мере нужно его опасаться. (Написавши, отдает Добчинскому, который подходит к двери, но
в это время дверь обрывается и подслушивавший с другой
стороны Бобчинский летит вместе с нею на сцену. Все издают восклицания. Бобчинский подымается.)
Артемий Филиппович (
в сторону). Эка, бездельник,
как расписывает! Дал же бог такой дар!
Аммос Федорович (
в сторону).Вот выкинет штуку, когда
в самом деле сделается генералом! Вот уж кому пристало генеральство,
как корове седло! Ну, брат, нет, до этого еще далека песня. Тут и почище тебя есть, а до сих пор еще не генералы.