Неточные совпадения
На третий день после ссоры князь Степан Аркадьич Облонский — Стива,
как его звали
в свете, —
в обычайный час, то есть
в 8 часов утра, проснулся не
в спальне жены, а
в своем кабинете, на сафьянном диване. Он повернул свое полное, выхоленное тело на пружинах дивана,
как бы желая опять заснуть надолго, с другой
стороны крепко обнял подушку и прижался к ней щекой; но вдруг вскочил, сел на диван и открыл глаза.
— Ну, коротко сказать, я убедился, что никакой земской деятельности нет и быть не может, — заговорил он,
как будто кто-то сейчас обидел его, — с одной
стороны игрушка, играют
в парламент, а я ни достаточно молод, ни достаточно стар, чтобы забавляться игрушками; а с другой (он заикнулся)
стороны, это — средство для уездной coterie [партии] наживать деньжонки.
Сначала мешала возня и ходьба; потом, когда тронулся поезд, нельзя было не прислушаться к звукам; потом снег, бивший
в левое окно и налипавший на стекло, и вид закутанного, мимо прошедшего кондуктора, занесенного снегом, с одной
стороны, и разговоры о том,
какая теперь страшная метель на дворе, развлекали ее внимание.
Но не одни эти дамы, почти все, бывшие
в гостиной, даже княгиня Мягкая и сама Бетси, по нескольку раз взглядывали на удалившихся от общего кружка,
как будто это мешало им. Только один Алексей Александрович ни разу не взглянул
в ту
сторону и не был отвлечен от интереса начатого разговора.
Как только Вронский вошел к ней, она глубоко втянула
в себя воздух и, скашивая свой выпуклый глаз так, что белок налился кровью, с противуположной
стороны глядела на вошедших, потряхивая намордником и упруго переступая с ноги на ногу.
Гладиатор и Диана подходили вместе, и почти
в один и тот же момент: раз-раз, поднялись над рекой и перелетели на другую
сторону; незаметно,
как бы летя, взвилась за ними Фру-Фру, но
в то самое время,
как Вронский чувствовал себя на воздухе, он вдруг увидал, почти под ногами своей лошади, Кузовлева, который барахтался с Дианой на той
стороне реки (Кузовлев пустил поводья после прыжка, и лошадь полетела с ним через голову).
В то самое мгновение,
как Вронский подумал о том, что надо теперь обходить Махотина, сама Фру-Фру, поняв уже то, что он подумал, безо всякого поощрения, значительно наддала и стала приближаться к Махотину с самой выгодной
стороны, со
стороны веревки.
Кити ходила с матерью и с московским полковником, весело щеголявшим
в своём европейском, купленном готовым во Франкфурте сюртучке. Они ходили по одной
стороне галлереи, стараясь избегать Левина, ходившего по другой
стороне. Варенька
в своем темном платье,
в черной, с отогнутыми вниз полями шляпе ходила со слепою Француженкой во всю длину галлереи, и каждый раз,
как она встречалась с Кити, они перекидывались дружелюбным взглядом.
Достигнув успеха и твердого положения
в жизни, он давно забыл об этом чувстве; но привычка чувства взяла свое, и страх за свою трусость и теперь оказался так силен, что Алексей Александрович долго и со всех
сторон обдумывал и ласкал мыслью вопрос о дуэли, хотя и вперед знал, что он ни
в каком случае не будет драться.
«Без сомнения, наше общество еще так дико (не то, что
в Англии), что очень многие», — и
в числе этих многих были те, мнением которых Алексей Александрович особенно дорожил, — «посмотрят на дуэль с хорошей
стороны; но
какой результат будет достигнут?
— Ну,
как я рад! — сказал он, пожимая ему руку и отводя его
в сторону.
В женском вопросе он был на
стороне крайних сторонников полной свободы женщин и
в особенности их права на труд, но жил с женою так, что все любовались их дружною бездетною семейною жизнью, и устроил жизнь своей жены так, что она ничего не делала и не могла делать, кроме общей с мужем заботы,
как получше и повеселее провести время.
— Я не высказываю своего мнения о том и другом образовании, — с улыбкой снисхождения,
как к ребенку, сказал Сергей Иванович, подставляя свой стакан, — я только говорю, что обе
стороны имеют сильные доводы, — продолжал он, обращаясь к Алексею Александровичу. — Я классик по образованию, но
в споре этом я лично не могу найти своего места. Я не вижу ясных доводов, почему классическим наукам дано преимущество пред реальными.
— Если бы не было этого преимущества анти-нигилистического влияния на
стороне классических наук, мы бы больше подумали, взвесили бы доводы обеих
сторон, — с тонкою улыбкой говорил Сергей Иванович, — мы бы дали простор тому и другому направлению. Но теперь мы знаем, что
в этих пилюлях классического образования лежит целебная сила антинигилизма, и мы смело предлагаем их нашим пациентам… А что
как нет и целебной силы? — заключил он, высыпая аттическую соль.
«Разумеется», повторил он, когда
в третий раз мысль его направилась опять по тому же самому заколдованному кругу воспоминаний и мыслей, и, приложив револьвер к левой
стороне груди и сильно дернувшись всей рукой,
как бы вдруг сжимая ее
в кулак, он потянул за гашетку.
Бетси, одетая по крайней последней моде,
в шляпе, где-то парившей над ее головой,
как колпачок над лампой, и
в сизом платье с косыми резкими полосами на лифе с одной
стороны и на юбке с другой
стороны, сидела рядом с Анной, прямо держа свой плоский высокий стан и, склонив голову, насмешливою улыбкой встретила Алексея Александровича.
В сущности, понимавшие, по мнению Вронского, «
как должно» никак не понимали этого, а держали себя вообще,
как держат себя благовоспитанные люди относительно всех сложных и неразрешимых вопросов, со всех
сторон окружающих жизнь, — держали себя прилично, избегая намеков и неприятных вопросов. Они делали вид, что вполне понимают значение и смысл положения, признают и даже одобряют его, но считают неуместным и лишним объяснять всё это.
Во всё это первое время особенно живо чувствовалась натянутость,
как бы подергиванье
в ту и другую
сторону той цепи, которою они были связаны.
— Если вы спрашиваете моего совета, — сказала она, помолившись и открывая лицо, — то я не советую вам делать этого. Разве я не вижу,
как вы страдаете,
как это раскрыло ваши раны? Но, положим, вы,
как всегда, забываете о себе. Но к чему же это может повести? К новым страданиям с вашей
стороны, к мучениям для ребенка? Если
в ней осталось что-нибудь человеческое, она сама не должна желать этого. Нет, я не колеблясь не советую, и, если вы разрешаете мне, я напишу к ней.
— Ну, что, дичь есть? — обратился к Левину Степан Аркадьич, едва поспевавший каждому сказать приветствие. — Мы вот с ним имеем самые жестокие намерения. —
Как же, maman, они с тех пор не были
в Москве. — Ну, Таня, вот тебе! — Достань, пожалуйста,
в коляске сзади, — на все
стороны говорил он. —
Как ты посвежела, Долленька, — говорил он жене, еще раз целуя ее руку, удерживая ее
в своей и по трепливая сверху другою.
Он слышал,
как его лошади жевали сено, потом
как хозяин со старшим малым собирался и уехал
в ночное; потом слышал,
как солдат укладывался спать с другой
стороны сарая с племянником, маленьким сыном хозяина; слышал,
как мальчик тоненьким голоском сообщил дяде свое впечатление о собаках, которые казались мальчику страшными и огромными; потом
как мальчик расспрашивал, кого будут ловить эти собаки, и
как солдат хриплым и сонным голосом говорил ему, что завтра охотники пойдут
в болото и будут палить из ружей, и
как потом, чтоб отделаться от вопросов мальчика, он сказал: «Спи, Васька, спи, а то смотри», и скоро сам захрапел, и всё затихло; только слышно было ржание лошадей и каркание бекаса.
Событие рождения сына (он был уверен, что будет сын), которое ему обещали, но
в которое он всё-таки не мог верить, — так оно казалось необыкновенно, — представлялось ему с одной
стороны столь огромным и потому невозможным счастьем, с другой
стороны — столь таинственным событием, что это воображаемое знание того, что будет, и вследствие того приготовление
как к чему-то обыкновенному, людьми же производимому, казалось ему возмутительно и унизительно.
Зато уже теперь, на этом четырехчасовом переезде, все прежде задержанные мысли вдруг столпились
в ее голове, и она передумала всю свою жизнь,
как никогда прежде, и с самых разных
сторон.
Она видела по лицу Вронского, что ему чего-то нужно было от нее. Она не ошиблась.
Как только они вошли через калитку опять
в сад, он посмотрел
в ту
сторону, куда пошла Анна, и, убедившись, что она не может ни слышать, ни видеть их, начал...
Дарье Александровне странно было слушать,
как он был спокоен
в своей правоте у себя за столом. Она вспомнила,
как Левин, думающий противоположное, был так же решителен
в своих суждениях у себя за столом. Но она любила Левина и потому была на его
стороне.
И так и не вызвав ее на откровенное объяснение, он уехал на выборы. Это было еще
в первый раз с начала их связи, что он расставался с нею, не объяснившись до конца. С одной
стороны, это беспокоило его, с другой
стороны, он находил, что это лучше. «Сначала будет,
как теперь, что-то неясное, затаенное, а потом она привыкнет. Во всяком случае я всё могу отдать ей, но не свою мужскую независимость», думал он.
Теперь, присутствуя на выборах и участвуя
в них, он старался также не осуждать, не спорить, а сколько возможно понять то дело, которым с такою серьезностью и увлечением занимались уважаемые им честные и хорошие люди. С тех пор
как он женился, Левину открылось столько новых, серьезных
сторон, прежде, по легкомысленному к ним отношению, казавшихся ничтожными, что и
в деле выборов он предполагал и искал серьезного значения.
― Вы говорите ― нравственное воспитание. Нельзя себе представить,
как это трудно! Только что вы побороли одну
сторону, другие вырастают, и опять борьба. Если не иметь опоры
в религии, ― помните, мы с вами говорили, ― то никакой отец одними своими силами без этой помощи не мог бы воспитывать.
— Да, я слышал, — сказал Сергей Иванович, останавливаясь у ее окна и заглядывая
в него.
Какая прекрасная черта с его
стороны! — прибавил он, заметив, что Вронского
в отделении не было.
Ветер упорно,
как бы настаивая на своем, останавливал Левина и, обрывая листья и цвет с лип и безобразно и странно оголяя белые сучья берез, нагибал всё
в одну
сторону: акации, цветы, лопухи, траву и макушки дерев.
В продолжение всего дня за самыми разнообразными разговорами,
в которых он
как бы только одной внешней
стороной своего ума принимал участие, Левин, несмотря на разочарование
в перемене, долженствовавшей произойти
в нем, не переставал радостно слышать полноту своего сердца.
Уже совсем стемнело, и на юге, куда он смотрел, не было туч. Тучи стояли с противной
стороны. Оттуда вспыхивала молния, и слышался дальний гром. Левин прислушивался к равномерно падающим с лип
в саду каплям и смотрел на знакомый ему треугольник звезд и на проходящий
в середине его млечный путь с его разветвлением. При каждой вспышке молнии не только млечный путь, но и яркие звезды исчезали, но,
как только потухала молния, опять,
как будто брошенные какой-то меткой рукой, появлялись на тех же местах.