Неточные совпадения
— От многого. От неспособности сжиться с
этим миром-то; от неуменья отстоять себя; от недостатка сил бороться с тем, что не всякий поборет. Есть люди, которым нужно, просто необходимо
такое безмятежное пристанище, и пристанище
это существует, а
если не отжила еще потребность в
этих учреждениях-то, значит, всякий молокосос не имеет и права называть их отжившими и поносить в глаза людям, дорожащим своим тихим приютом.
Если б я был поэт, да еще хороший поэт, я бы непременно описал вам, каков был в
этот вечер воздух и как хорошо было в
такое время сидеть на лавочке под высоким частоколом бахаревского сада, глядя на зеркальную поверхность тихой реки и запоздалых овец, с блеянием перебегавших по опустевшему мосту.
— Вовсе
этого не может быть, — возразил Бахарев. — Сестра пишет, что оне выедут тотчас после обеда; значит, уж
если считать самое позднее,
так это будет часа в четыре, в пять. Тут около пятидесяти верст; ну, пять часов проедут и будут.
— Я не знаю, вздумалось ли бы мне пошалить
таким образом, а
если бы вздумалось, то я поехала бы. Мне кажется, — добавила Женни, — что мой отец не придал бы
этому никакого серьезного значения, и поэтому я нимало не охуждала бы себя за шалость, которую позволила себе Лиза.
— Ну, брат,
если одного только требуешь,
так уж по
этому холоду далеко не пойду отыскивать.
«Может ли быть, — думала она, глядя на поле, засеянное чечевицей, — чтобы добрая, разумная женщина не сделала его на целый век
таким, каким он сидит передо мною? Не может быть
этого. — А пьянство?.. Да другие еще более его пьют… И разве женщина,
если захочет, не заменит собою вина? Хмель — забвение: около женщины еще легче забываться».
— Вот
это всего вернее. Кто умеет жить, тот уставится во всякой рамке, а
если б побольше было умелых,
так и неумелые поняли бы, что им делать.
Если человек выходил как раз в меру
этой кровати, то его спускали с нее и отпускали;
если же короток, то вытягивали как раз в ее меру, а длинен,
так обрубали, тоже как раз в ее меру.
— Оповядал мне Казя, оповядал, и шкода мне
этих людзей,
если они есть
такие.
—
Так: что
это за жидок, откуда он, что у него в носу? — черт его знает. Я и дел-то не вижу, да
если б они и были, то
это дела не жидовские.
— Гм! — крякнул Арапов. — А вы вот что, Прасковья Ивановна, вы велите Антропу,
если ко мне покажется
этот маленький жидок, что у меня перепиской занимался,
так в шею его. Понимаете: от ворот прямо в шею.
А как собственно феи ничего не делали и даже не умели сказать, что бы
такое именно, по их соображениям, следовало обществу начать делать, то Лиза, слушая в сотый раз их анафематство над девицей Бертольди, подумала: «Ну,
это, однако, было бы не совсем худо,
если бы в числе прочей мелочи могли смести и вас». И Бертольди стала занимать Лизу. «
Это совсем новый закал, должно быть, — думала она, — очень интересно бы посмотреть, что
это такое».
«Чтобы черт меня взял, — думал Розанов, — прекрасная
эта бабочка, Полинька Калистратова! Вот
если бы вместо Ольги-то Александровны была
такая женщина, — и гром бы меня не отшиб. Да только уж, видно,
так и шабаш».
—
Если ваша природа
этого потребует? Отлично. Вы имеете полнейшее право сделать что вам угодно, точно
так же как он имеет право перестать вас любить.
— «
Если изба без запора, то и свинья в ней бродит», как говорит пословица. Соглашаюсь, и всегда буду с
этим соглашаться. Я не стану осуждать женщину за то, что она дает широкий простор своим животным наклонностям. Какое мне дело?
Это ее право над собою. Но не стану и любить
эту женщину, потому что любить животное нельзя
так, как любят человека.
— Да
это в
таком случае,
если бы что случилось.
— Нет,
это не шутка, — возражал плачевным тоном упавший. — Он
если шутит,
так он должен говорить, что он
это шутя делает, а не бить прямо всерьез.
—
Этого жизнь не может доказать, — толковал Белоярцев вполголоса и с важностью Прорвичу. — Вообще целое
это положение есть глупость и притом глупость, сочиненная во вред нам. Спорьте смело, что
если теория верна, то она оправдается. Что
такое теория? — Ноты. Отчего же не петь по нотам,
если умеешь?
Если эти лица заходили к Евгении Петровне в
такое время, когда мужа ее не было дома и не случалось никого посторонних, то они обыкновенно проходили к ней через драпированную спальню в ее розовую чайную, и здесь заводились долгие задушевные беседы, напоминавшие былую простоту дома Гловацких.
— Что ж?
если вы рисуете себе все
это такими черными красками и боитесь… — начал было Белоярцев, но Лиза остановила его словами, что она ничего не боится и остается верною своему слову, но уже ничего не ожидает ни от кого, кроме времени.
— Нет…
Это совсем не
так. Дмитрий Петрович, я именно против личности вашей ничего не имею, а
если я что-нибудь говорил в
этом роде, то говорил о несходстве в принципах.
— Я не знаю.
Если есть средства начинать снова на иных, простых началах,
так начинать. — Когда я говорил с вами больной, я именно
это разумел.
— Да… инициатива,
это так… но место
это все-таки выходит в восьмом классе, — что же я получу на нем? Мне нужен класс, дорога. Нет, ты лучше проси о том месте. Пускай оно там и пустое, да оно в седьмом классе, —
это важно,
если меня с моим чинишком допустят к исправлению
этой должности.
—
Если любит,
так все отгадает, — зарешила дама. — Женихами же вы умеете отгадывать и предупреждать наши желания, а женитесь… Говорят: «у нее молодой муж», — да что мне или другой из того, что у меня молодой муж, когда для него все равно, счастлива я или несчастлива. Вы говорите, что вы работаете для семьи, —
это вздор; вы для себя работаете, а чтобы предупредить какое-нибудь пустое желание жены, об
этом вы никогда не заботитесь.
Неточные совпадения
Если бы кто-нибудь другой обратился к нему с
таким предложением, он мог бы сказать: «
Это вздор! пустяки!
«Нет,
этого мы приятелю и понюхать не дадим», — сказал про себя Чичиков и потом объяснил, что
такого приятеля никак не найдется, что одни издержки по
этому делу будут стоить более, ибо от судов нужно отрезать полы собственного кафтана да уходить подалее; но что
если он уже действительно
так стиснут, то, будучи подвигнут участием, он готов дать… но что
это такая безделица, о которой даже не стоит и говорить.
— Но представьте же, Анна Григорьевна, каково мое было положение, когда я услышала
это. «И теперь, — говорит Коробочка, — я не знаю, говорит, что мне делать. Заставил, говорит, подписать меня какую-то фальшивую бумагу, бросил пятнадцать рублей ассигнациями; я, говорит, неопытная беспомощная вдова, я ничего не знаю…»
Так вот происшествия! Но только
если бы вы могли сколько-нибудь себе представить, как я вся перетревожилась.
— Ради самого Христа! помилуй, Андрей Иванович, что
это ты делаешь! Оставлять
так выгодно начатый карьер из-за того только, что попался начальник не того… Что ж
это? Ведь
если на
это глядеть, тогда и в службе никто бы не остался. Образумься, образумься. Еще есть время! Отринь гордость и самолюбье, поезжай и объяснись с ним!
— Ведь вот не сыщешь, а у меня был славный ликерчик,
если только не выпили! народ
такие воры! А вот разве не
это ли он? — Чичиков увидел в руках его графинчик, который был весь в пыли, как в фуфайке. — Еще покойница делала, — продолжал Плюшкин, — мошенница ключница совсем было его забросила и даже не закупорила, каналья! Козявки и всякая дрянь было напичкались туда, но я весь сор-то повынул, и теперь вот чистенькая; я вам налью рюмочку.