Неточные совпадения
Одним словом, это была сама Глафира Васильевна Бодростина, жена престарелого губернского предводителя дворянства, Михаила Андреевича Бодростина, — та самая Бодростина, которую
не раз
вспоминали в Висленевском саду.
В этот день Иосаф Платонович встал в обыкновенное время, полюбовался в окно горячим и искристым блеском яркого солнца на колокольном кресте Владимирской церкви, потом
вспомнил, что это стыдно, потому что любоваться ничем
не следует, а тем паче крестом и солнцем, и сел на софу за преддиванный столик, исправляющий должность письменного стола в его чистой и уютной, но очень, очень маленькой комнатке.
— Ну, и что же с этим делать? Ты, Катя, чудиха, право: ведь она девушка, уж это такой народ неблагодарный: как их ни люби, а придет пора, они
не поцеремонятся и отшатнутся, но потом и опять
вспомнят друзей.
Нет, друг мой, один Бог видит, как мне самой это противно, но
не могу: как
вспомню, что это сделалось, что Подозеров отказался, что она живет у Бодростиной, где этот вор Горданов, и
не могу удержаться.
Читатели благоволят
вспомнить, что Бодростина
не только разрешила Горданову волочиться за Ларисой, но что это входило в данную ему программу, даже более — ему прямо вменялось в обязанность соблазнить эту девушку, или Синтянину, или, еще лучше, обеих вместе.
— Старину
вспомнил! Напрасно тогда
не женился на ней, на девушке? — вставил Висленев.
Вскоре по отъезде Ларисы и Форовой вышли и другие гости, но перед тем майор и Евангел предъявили Подозерову принесенные им из города газеты с литературой Кишенского и Ванскок. Подозеров побледнел, хотя и
не был этим особенно тронут, и ушел спокойно, но на дворе
вспомнил, что он будто забыл свою папиросницу и вернулся назад.
Необыкновенного ничего
не было: она только
вспомнила про кольцо, которое ей так странно досталось, да в эту же секунду калитка стукнула немножко громче обыкновенного. Более ничего
не было, но Александра Ивановна встревожилась, толкнула от себя стакан и бросилась бегом к окну.
Он послал благословение ей за эту смерть;
вспомнил о Боге, но
не послал Ему ни просьб, ни воздыхания и начал обеими руками поднимать пистолет, наводя его на Горданова как пушку.
Ее словно
не было в живых, и о ней только невзначай
вспомнили два или три человека, которые, возвращаясь однажды ночью из клуба, неожиданно увидели слабый свет в окнах ее комнаты; но и тут, по всем наведенным на другой день справкам, оказалось, что Глафира Васильевна приезжала в город на короткое время и затем выехала.
— Нет будет, будет, если ты
не загрубелая тварь, которой
не касается человеческое горе, будет, когда ты увидишь, что у этой пары за жизнь пойдет, и
вспомнишь, что во всем этом твой вклад есть. Да, твой, твой, — нечего головой мотать, потому что если бы
не ты, она либо братцевым ходом пошла, и тогда нам
не было бы до нее дела; либо она была бы простая добрая мать и жена, и создала бы и себе, и людям счастие, а теперь она что такое?
Михаил Андреевич
вспомнил, что он сумасшедший, и
не рассердился, а Жозеф, еще похлопав ободрительно Бодростина, пошел к Глафире и спросил...
—
Не хочешь слышать! Лара, и это ты говоришь брату! А тебе будет приятно, когда твоего братишку поведут в тюрьму? Лара! я, конечно, несчастлив, но
вспомни, что я тебе ведь все, все уступал. Правда, что я потом все это взял назад, но человека надо судить
не по поступкам, а по намерениям, а ведь намерения мои все-таки всегда были хорошие, а ты теперь…
— Я же, — добавляла майорша, — вчера
вспомнила, что я уже неделю
не обедала, и присела в Гостином дворе у саечника поесть теплого супцу и горько заплакала,
вспомнив, что все деньги протратила даром и мне
не на что вернуться, а между тем ты, мой бедный Форушка, сидишь без гроша и без хлеба.
Человек без вести пропал в доме! Горданов решительно
не знал, что ему думать, и считал себя выданным всеми… Он потребовал к себе следователя, но тот
не являлся, хотел позвать к себе врача, так как врач
не может отказаться посетить больного, а Горданов был в самом деле нездоров. Но он
вспомнил о своем нездоровье только развязав свою руку и ужаснулся: вокруг маленького укола, на ладони, зияла темненькая каемочка, точно бережок из аспидированного серебра.
Трафилось так, что лучше нарочно и первостатейный сочинитель
не придумает: благоволите
вспомнить башмаки, или, лучше сказать, историю о башмаках, которые столь часто были предметом шуток в наших собеседованиях, те башмаки, которые Филетер обещал принести Катерине Астафьевне в Крыму и двадцать лет купить их
не собрался, и буде вы себе теперь это привели на память, то представьте же, что майор, однако, весьма удачно сию небрежность свою поправил, и идучи, по освобождении своем, домой, первое, что сделал, то зашел в склад с кожевенным товаром и купил в оном для доброй супруги своей давно ею жданные башмаки, кои на нее на мертвую и надеты, и в коих она и в гроб нами честно положена, так как, помните, сама
не раз ему говорила, что „придет-де та пора, что ты купишь мне башмаки, но уже будет поздно, и они меня
не порадуют“.
Неточные совпадения
Но, получив посланье Тани, // Онегин живо тронут был: // Язык девических мечтаний // В нем думы роем возмутил; // И
вспомнил он Татьяны милой // И бледный цвет, и вид унылый; // И в сладостный, безгрешный сон // Душою погрузился он. // Быть может, чувствий пыл старинный // Им на минуту овладел; // Но обмануть он
не хотел // Доверчивость души невинной. // Теперь мы в сад перелетим, // Где встретилась Татьяна с ним.
Приходит муж. Он прерывает // Сей неприятный tête-а-tête; // С Онегиным он
вспоминает // Проказы, шутки прежних лет. // Они смеются. Входят гости. // Вот крупной солью светской злости // Стал оживляться разговор; // Перед хозяйкой легкий вздор // Сверкал без глупого жеманства, // И прерывал его меж тем // Разумный толк без пошлых тем, // Без вечных истин, без педантства, // И
не пугал ничьих ушей // Свободной живостью своей.
Вы согласитесь, мой читатель, // Что очень мило поступил // С печальной Таней наш приятель; //
Не в первый раз он тут явил // Души прямое благородство, // Хотя людей недоброхотство // В нем
не щадило ничего: // Враги его, друзья его // (Что, может быть, одно и то же) // Его честили так и сяк. // Врагов имеет в мире всяк, // Но от друзей спаси нас, Боже! // Уж эти мне друзья, друзья! // Об них недаром
вспомнил я.
«Онегин, я тогда моложе, // Я лучше, кажется, была, // И я любила вас; и что же? // Что в сердце вашем я нашла? // Какой ответ? одну суровость. //
Не правда ль? Вам была
не новость // Смиренной девочки любовь? // И нынче — Боже! — стынет кровь, // Как только
вспомню взгляд холодный // И эту проповедь… Но вас // Я
не виню: в тот страшный час // Вы поступили благородно, // Вы были правы предо мной. // Я благодарна всей душой…
И
вспоминал он часто об Александре Петровиче, и так ему бывало грустно, что
не знал он, куда деться от тоски.