А что по этому поводу говорили «царь и закон», — он на этот раз не прибавил, да, вероятно, и
не считал это относящимся к данному вопросу.
Повторяю: я и теперь не знаю, стояла ли подпись отца на приговоре военно — судной комиссии, или это был полевой суд из одних военных. Никто не говорил об этом и никто
не считал это важным. «Закон был ясен»…
Неточные совпадения
Иохим полюбил
эту девушку, и она полюбила его, но когда моя мать по просьбе Иохима пошла к Коляновской просить отдать ему Марью, то властная барыня очень рассердилась, чуть ли
не заплакала сама, так как и она и ее две дочери «очень любили Марью», взяли ее из деревни, осыпали всякими благодеяниями и теперь
считали, что она неблагодарная…
Наряду с
этим были также и три веры (
не считая евреев): католическая, православная и между ними — униатская, наиболее бедная и утесненная.
Нравы в чиновничьей среде того времени были простые. Судейские с величайшим любопытством расспрашивали нас о подробностях
этой сцены и хохотали.
Не могу вспомнить, чтобы кто-нибудь
считал при
этом себя или Крыжановского профессионально оскорбленным. Мы тоже смеялись. Юность недостаточно чутка к скрытым драмам; однажды мы даже сочинили общими усилиями юмористическое стихотворение и подали его Крыжановскому в виде деловой бумаги. Начиналось оно словами...
Он бы не задумался сгореть или утонуть за него,
не считая этого подвигом, достойным удивления или каких-нибудь наград. Он смотрел на это, как на естественное, иначе быть не могущее дело, или, лучше сказать, никак не смотрел, а поступал так, без всяких умозрений.
Причина эта заключалась не в том, что он 10 лет тому назад соблазнил Катюшу и бросил ее, это было совершенно забыто им, и он
не считал это препятствием для своей женитьбы; причина эта была в том, что у него в это самое время была с замужней женщиной связь, которая, хотя и была разорвана теперь с его стороны, не была еще признана разорванной ею.
Неточные совпадения
В
это время, когда экипаж был таким образом остановлен, Селифан и Петрушка, набожно снявши шляпу, рассматривали, кто, как, в чем и на чем ехал,
считая числом, сколько было всех и пеших и ехавших, а барин, приказавши им
не признаваться и
не кланяться никому из знакомых лакеев, тоже принялся рассматривать робко сквозь стеклышка, находившиеся в кожаных занавесках: за гробом шли, снявши шляпы, все чиновники.
— Иду. Сейчас. Да, чтоб избежать
этого стыда, я и хотел утопиться, Дуня, но подумал, уже стоя над водой, что если я
считал себя до сей поры сильным, то пусть же я и стыда теперь
не убоюсь, — сказал он, забегая наперед. —
Это гордость, Дуня?
На всякий случай есть у меня и еще к вам просьбица, — прибавил он, понизив голос, — щекотливенькая она, а важная: если, то есть на всякий случай (чему я, впрочем,
не верую и
считаю вас вполне неспособным), если бы на случай, — ну так, на всякий случай, — пришла бы вам охота в
эти сорок — пятьдесят часов как-нибудь дело покончить иначе, фантастическим каким образом — ручки этак на себя поднять (предположение нелепое, ну да уж вы мне его простите), то — оставьте краткую, но обстоятельную записочку.
— А
эти деньги, Аркадий Иванович, я вам очень благодарна, но я ведь теперь в них
не нуждаюсь. Я себя одну завсегда прокормлю,
не сочтите неблагодарностью: если вы такие благодетельные, то
эти деньги-с…
— Но позвольте, позвольте же мне, отчасти, все рассказать… как было дело и… в свою очередь… хотя
это и лишнее, согласен с вами, рассказывать, — но год назад
эта девица умерла от тифа, я же остался жильцом, как был, и хозяйка, как переехала на теперешнюю квартиру, сказала мне… и сказала дружески… что она совершенно во мне уверена и все… но что
не захочу ли я дать ей
это заемное письмо, в сто пятнадцать рублей, всего что она
считала за мной долгу.