Неточные совпадения
Не смущало его нисколько, что этот старец все-таки стоит пред ним единицей: «Все равно, он свят, в его сердце тайна обновления для всех,
та мощь, которая установит наконец правду на земле, и будут все святы, и будут любить друг друга, и не будет ни богатых, ни бедных, ни возвышающихся, ни униженных, а будут все как дети Божии и наступит настоящее
царство Христово».
Вместо
того чтоб овладеть людскою свободой, ты умножил ее и обременил ее мучениями душевное
царство человека вовеки.
Ровно восемь веков назад как мы взяли от него
то, что ты с негодованием отверг,
тот последний дар, который он предлагал тебе, показав тебе все
царства земные: мы взяли от него Рим и меч кесаря и объявили лишь себя царями земными, царями едиными, хотя и доныне не успели еще привести наше дело к полному окончанию.
То, что я говорю тебе, сбудется, и
царство наше созиждется.
Самое различение буржуазии и пролетариата носит аксиологический характер, есть различение зла и добра, тьмы и света, почти манихейское деление мира на две части, на
царство тьмы и царство света.
Дойдя до этого «тогда», он скромно умолкает, но я очень хорошо понимаю, что"тогда"-то именно и должно наступить
царство того серьезного либерализма, который понемножку да помаленьку, с божьею помощью, выдаст сто один том «Трудов», с таковым притом заключением, чтобы всем участвовавшим в «Трудах», в вознаграждение за рвение и примерную твердость спинного хребта, дать в вечное и потомственное владение хоть по одной половине уезда в плодороднейшей полосе Российской империи, и затем уже всякий либерализм навсегда прекратить.
Неточные совпадения
— Это денег-то не надо! Ну, это, брат, врешь, я свидетель! Не беспокойтесь, пожалуйста, это он только так… опять вояжирует. [Вояжирует — здесь: грезит, блуждает в
царстве снов (от фр. voyager — путешествовать).] С ним, впрочем, это и наяву бывает… Вы человек рассудительный, и мы будем его руководить,
то есть попросту его руку водить, он и подпишет. Принимайтесь-ка…
— Да, да, — продолжает
та. — Пришли последние дни: восстанет язык на язык,
царство на
царство… наступит светопреставление! — выговаривает наконец Наталья Фаддеевна, и обе плачут горько.
— Вперед, вперед! — говорит Ольга, — выше, выше, туда, к
той черте, где сила нежности и грации теряет свои права и где начинается
царство мужчины!
В областях истины, в
царстве мысли и духа не может никакая земная власть давать решений и не должна; не может
того правительство, менее еще его ценсор, в клобуке ли он или с темляком.
В следующих одиннадцати строфах заключается описание
царства свободы и действия ее,
то есть сохранность, спокойствие, благоденствие, величие…