О Катерине Ивановне он почти что и
думать забыл и много этому потом удивлялся, тем более что сам твердо помнил, как еще вчера утром, когда он так размашисто похвалился у Катерины Ивановны, что завтра уедет в Москву, в душе своей тогда же шепнул про себя: «А ведь вздор, не поедешь, и не так тебе будет легко оторваться, как ты теперь фанфаронишь».
И вот, захватив пакет, которого он прежде никогда не видал, он и рвет обложку, чтоб удостовериться, есть ли деньги, затем бежит с деньгами в кармане, даже и
подумать забыв, что оставляет на полу колоссальнейшее на себя обвинение в виде разорванной обложки.
Неточные совпадения
— На тебя глянуть пришла. Я ведь у тебя бывала, аль
забыл? Не велика же в тебе память, коли уж меня
забыл. Сказали у нас, что ты хворый,
думаю, что ж, я пойду его сама повидаю: вот и вижу тебя, да какой же ты хворый? Еще двадцать лет проживешь, право, Бог с тобою! Да и мало ли за тебя молебщиков, тебе ль хворать?
— Прощай, ангел, давеча ты за меня заступился, век не
забуду. Я тебе одно словечко завтра скажу… только еще
подумать надо…
Пустился он тогда в большую служебную деятельность, сам напросился на хлопотливое и трудное поручение, занимавшее его года два, и, будучи характера сильного, почти
забывал происшедшее; когда же вспоминал, то старался не
думать о нем вовсе.
«К ней, к ней одной, ее видеть, слушать и ни о чем не
думать, обо всем
забыть, хотя бы только на эту ночь, на час, на мгновение!» Пред самым входом в сени, еще на галерейке, он столкнулся с хозяином Трифоном Борисычем.
— Или вот что, — стремительно перебила Настя, совершенно бросив и
забыв свою первую гипотезу, — у нее нет мужа, это ты прав, но она хочет выйти замуж, вот и стала
думать, как выйдет замуж, и все
думала, все
думала и до тех пор
думала, что вот он у ней и стал не муж, а ребеночек.
Неточные совпадения
Блеснет заутра луч денницы // И заиграет яркий день; // А я, быть может, я гробницы // Сойду в таинственную сень, // И память юного поэта // Поглотит медленная Лета, //
Забудет мир меня; но ты // Придешь ли, дева красоты, // Слезу пролить над ранней урной // И
думать: он меня любил, // Он мне единой посвятил // Рассвет печальный жизни бурной!.. // Сердечный друг, желанный друг, // Приди, приди: я твой супруг!..»
—
Забыть! — проворчал он, — я-то не
забыл ничего… Ну, да Бог с вами!.. Не так я
думал с вами встретиться…
— Постой, постой! — закричал вдруг Максим Максимыч, ухватясь за дверцы коляски, — совсем было
забыл… У меня остались ваши бумаги, Григорий Александрович… я их таскаю с собой…
думал найти вас в Грузии, а вот где Бог дал свидеться… Что мне с ними делать?..
Когда же опять, вздрагивая, поднимал голову и оглядывался кругом, то тотчас же
забывал, о чем сейчас
думал и даже где проходил.
— А вы
думали нет? Подождите, я и вас проведу, — ха, ха, ха! Нет, видите ли-с, я вам всю правду скажу. По поводу всех этих вопросов, преступлений, среды, девочек мне вспомнилась теперь, — а впрочем, и всегда интересовала меня, — одна ваша статейка. «О преступлении»… или как там у вас,
забыл название, не помню. Два месяца назад имел удовольствие в «Периодической речи» прочесть.