Неточные совпадения
В-третьих, по согласию всех критиков, почти все характеры в пьесах Островского совершенно обыденны и
не выдаются ничем особенным,
не возвышаются над пошлой средою, в которой они поставлены. Это ставится
многими в вину автору на том основании, что такие лица, дескать, необходимо должны быть бесцветными. Но другие справедливо находят и в этих будничных лицах
очень яркие типические черты.
Борьба оказалась
не очень упорною и продолжительною; но даже и такое проявление личных своих желаний
очень много значит в Любови Гордеевне.
Он рад будет прогнать и погубить вас, но, зная, что с вами
много хлопот, сам постарается избежать новых столкновений и сделается даже
очень уступчив: во-первых, у него нет внутренних сил для равной борьбы начистоту, во-вторых, он вообще
не привык к какой бы то ни было последовательной и продолжительной работе, а бороться с человеком, который смело и неотступно пристает к вам, — это тоже работа немалая…
Мы
не будем долго на ней останавливаться —
не потому, чтоб она того
не стоила, а потому, что, во-первых, наши статьи и без того
очень растянулись, а во-вторых, сама пьеса
очень проста — и по интриге, и по очеркам, характеров, так что для объяснения их
не нужно
много слов, особенно после того, что говорено было выше.
Умствовать об этом можно
очень много; но мы
не хотим умствовать, а делаем эти вопросы только затем, что находим прямой ответ на них в комедиях Островского.
Таким образом,
многие купеческие самодуры, «сердиты, да
не сильны», и общество
очень много от них страдать
не может.
Многое мы
не досказали, об ином, напротив, говорили
очень длинно; но пусть простят нам читатели, имевшие терпение дочитать нашу статью.
— То-то и есть, что никто не видал, — отвечал Разумихин с досадой, — то-то и скверно; даже Кох с Пестряковым их не заметили, когда наверх проходили, хотя их свидетельство и
не очень много бы теперь значило. «Видели, говорят, что квартира отпертая, что в ней, должно быть, работали, но, проходя, внимания не обратили и не помним точно, были ли там в ту минуту работники, или нет».
Один, первый разряд — люди совершенно невинные, жертвы судебных ошибок, как мнимый поджигатель Меньшов, как Маслова и др. Людей этого разряда было
не очень много, по наблюдениям священника — около семи процентов, но положение этих людей вызывало особенный интерес.
Неточные совпадения
Я думал уж о форме плана // И как героя назову; // Покамест моего романа // Я кончил первую главу; // Пересмотрел всё это строго; // Противоречий
очень много, // Но их исправить
не хочу; // Цензуре долг свой заплачу // И журналистам на съеденье // Плоды трудов моих отдам; // Иди же к невским берегам, // Новорожденное творенье, // И заслужи мне славы дань: // Кривые толки, шум и брань!
— Ваше сиятельство, ей-богу, этак нельзя называть, тем более что из <них> есть
многие весьма достойные. Затруднительны положенья человека, ваше сиятельство,
очень,
очень затруднительны. Бывает так, что, кажется, кругом виноват человек: а как войдешь — даже и
не он.
Лицо его
не представляло ничего особенного; оно было почти такое же, как у
многих худощавых стариков, один подбородок только выступал
очень далеко вперед, так что он должен был всякий раз закрывать его платком, чтобы
не заплевать; маленькие глазки еще
не потухнули и бегали из-под высоко выросших бровей, как мыши, когда, высунувши из темных нор остренькие морды, насторожа уши и моргая усом, они высматривают,
не затаился ли где кот или шалун мальчишка, и нюхают подозрительно самый воздух.
В картишки, как мы уже видели из первой главы, играл он
не совсем безгрешно и чисто, зная
много разных передержек и других тонкостей, и потому игра весьма часто оканчивалась другою игрою: или поколачивали его сапогами, или же задавали передержку его густым и
очень хорошим бакенбардам, так что возвращался домой он иногда с одной только бакенбардой, и то довольно жидкой.
Не мешает заметить, что в разговор обеих дам вмешивалось
очень много иностранных слов и целиком иногда длинные французские фразы.