Козлов приносил в редакцию написанные на квадратных
листочках бумаги очень мелким почерком и канцелярским слогом очерки по истории города, но редактор редко печатал его труды, находя их нецензурными или неинтересными.
Улучив, минуту, когда оба гостя занялись разговором с ее отцом о каких-то преобразованиях в русской армии, а мать отправилась распорядиться по хозяйству, Наталья Федоровна незаметно выскользнула из гостиной в свою комнату, достала
листочек бумаги и наскоро стала писать карандашом.
— Ага! загорелась орифлама! — проговорил он, почесав себе шею, и, взяв на столе
листочек бумаги, написал: «Дела должны идти хорошо. Проси мне у Тихона Ларионовича льготы всего два месяца: через два месяца я буду богат и тогда я ваш. Занятые у тебя триста рублей посылаю в особом конверте завтра. Муж твой пока еще служит и его надо поберечь».
Девицы, выбирая из корзины моей сдобные булки, подсовывали мне записочки, и нередко на красивых
листочках бумаги я с изумлением читал циничные слова, написанные полудетским почерком.
Неточные совпадения
Любаша часто получала длинные письма от Кутузова; Самгин называл их «апостольскими посланиями». Получая эти письма, Сомова чувствовала себя именинницей, и все понимали, что эти
листочки тонкой почтовой
бумаги, плотно исписанные мелким, четким почерком, — самое дорогое и радостное в жизни этой девушки. Самгин с трудом верил, что именно Кутузов, тяжелой рукой своей, мог нанизать строчки маленьких, острых букв.
Дрожащими от волнения руками он распечатал пакет, вынул из него несколько
листочков почтовой
бумаги, мелко исписанных, положил их пред собой и стал расправлять их.
Сорванные травы и цветы мы раскладывали и сушили в книгах, на что преимущественно употреблялись «Римская история Роллена» и Домашний лечебник Бухана; а чтоб листы в книгах не портились от сырости и не раскрашивались разными красками, мы клали цветы между
листочками писчей
бумаги.
Написав несколько строк, она два раза перечитала их, и бережно сложив в несколько раз маленький
листочек почтовой
бумаги, сунула его в карман своего платья.
Составилась она из холста, старого и нового, кто сколько дал и пожертвовал; из старых арестантских онучек и рубах, кое-как сшитых в одно большое полотнище, и, наконец, часть ее, на которую не хватило холста, была просто из
бумаги, тоже выпрошенной по
листочку в разных канцеляриях и приказах.