Неточные совпадения
Клим смотрел
в каменную
спину извозчика, соображая:
слышит извозчик эту пьяную речь? Но лихач, устойчиво покачиваясь на козлах, вскрикивал, предупреждая и упрекая людей, пересекавших дорогу...
В день похорон с утра подул сильный ветер и как раз на восток,
в направлении кладбища. Он толкал людей
в спины, мешал шагать женщинам, поддувая юбки, путал прически мужчин, забрасывая волосы с затылков на лбы и щеки. Пение хора он относил вперед процессии, и Самгин, ведя Варвару под руку, шагая сзади Спивак и матери,
слышал только приглушенный крик...
Самгин встал, прошелся по комнате.
Слышал, как за
спиной его булькало вино, изливаясь
в стакан.
Слышал, как рыжий офицер, стоя лицом к солдатам, матерно ругался, грозя кулаком
в перчатке, тыкая
в животы концом шашки, как он, повернувшись к ним
спиной и шагнув вперед, воткнул шашку
в подростка и у того подломились руки.
Самгин движением плеча оттолкнулся от стены и пошел на Арбат, сжав зубы, дыша через нос, — шел и
слышал, что отяжелевшие ноги его топают излишне гулко.
Спина и грудь обильно вспотели; чувствовал он себя пустой бутылкой, —
в горлышко ее дует ветер, и она гудит...
В комнате Алексея сидело и стояло человек двадцать, и первое, что
услышал Самгин, был голос Кутузова, глухой, осипший голос, но — его. Из-за
спин и голов людей Клим не видел его, но четко представил тяжеловатую фигуру, широкое упрямое лицо с насмешливыми глазами, толстый локоть левой руки, лежащей на столе, и уверенно командующие жесты правой.
— Сегодня — пою! Ой, Клим, страшно! Ты придешь? Ты — речи народу говорил? Это тоже страшно? Это должно быть страшнее, чем петь! Я ног под собою не
слышу, выходя на публику, холод
в спине, под ложечкой — тоска! Глаза, глаза, глаза, — говорила она, тыкая пальцем
в воздух. — Женщины — злые, кажется, что они проклинают меня, ждут, чтоб я сорвала голос, запела петухом, — это они потому, что каждый мужчина хочет изнасиловать меня, а им — завидно!
Неточные совпадения
Бывало, покуда поправляет Карл Иваныч лист с диктовкой, выглянешь
в ту сторону, видишь черную головку матушки, чью-нибудь
спину и смутно
слышишь оттуда говор и смех; так сделается досадно, что нельзя там быть, и думаешь: «Когда же я буду большой, перестану учиться и всегда буду сидеть не за диалогами, а с теми, кого я люблю?» Досада перейдет
в грусть, и, бог знает отчего и о чем, так задумаешься, что и не
слышишь, как Карл Иваныч сердится за ошибки.
Катя повела Аркадия
в сад. Встреча с нею показалась ему особенно счастливым предзнаменованием; он обрадовался ей, словно родной. Все так отлично устроилось: ни дворецкого, ни доклада. На повороте дорожки он увидел Анну Сергеевну. Она стояла к нему
спиной.
Услышав шаги, она тихонько обернулась.
Никто, кажется, не подумал даже, что могло бы быть, если бы Альфонс Богданыч
в одно прекрасное утро взял да и забастовал, то есть не встал утром с пяти часов, чтобы несколько раз обежать целый дом и обругать
в несколько приемов на двух диалектах всю прислугу; не пошел бы затем
в кабинет к Ляховскому, чтобы получить свою ежедневную порцию ругательств, крика и всяческого неистовства, не стал бы сидеть ночи за своей конторкой во главе двадцати служащих, которые, не разгибая
спины, работали под его железным началом, если бы, наконец, Альфонс Богданыч не обладал счастливой способностью являться по первому зову, быть разом
в нескольких местах, все видеть, и все
слышать, и все давить, что попало к нему под руку.
Я вскочил на ноги и взял ружье. Через минуту я
услышал, как кто-то действительно вышел из воды на берег и сильно встряхивался.
В это время ко мне подошли Дерсу и Чжан Бао. Мы стали
спиной к огню и старались рассмотреть, что делается на реке, но туман был такой густой и ночь так темна, что
в двух шагах решительно ничего не было видно.
Ночь выпала ветреная и холодная. За недостатком дров огня большого развести было нельзя, и потому все зябли и почти не спали. Как я ни старался завернуться
в бурку, но холодный ветер находил где-нибудь лазейку и знобил то плечо, то бок, то
спину. Дрова были плохие, они трещали и бросали во все стороны искры. У Дерсу прогорело одеяло. Сквозь дремоту я
слышал, как он ругал полено, называя его по-своему — «худой люди».