Неточные совпадения
Он подошел,
взял ее за руку и поцеловал. Она немного подалась назад и чуть-чуть повернула лицо
в сторону, так, что губы его встретили щеку, а
не рот.
Вчера она досидела до конца вечера
в кабинете Татьяны Марковны: все были там, и Марфенька, и Тит Никонович. Марфенька работала, разливала чай, потом играла на фортепиано. Вера молчала, и если ее спросят о чем-нибудь, то отвечала, но сама
не заговаривала. Она чаю
не пила, за ужином раскопала два-три блюда вилкой,
взяла что-то
в рот, потом съела ложку варенья и тотчас после стола ушла спать.
— Ну, иной раз и сам: правда, святая правда! Где бы помолчать, пожалуй, и пронесло бы, а тут зло
возьмет,
не вытерпишь, и пошло! Сама посуди: сядешь
в угол, молчишь: «Зачем сидишь, как чурбан, без дела?»
Возьмешь дело
в руки: «
Не трогай,
не суйся, где
не спрашивают!» Ляжешь: «Что все валяешься?»
Возьмешь кусок
в рот: «Только жрешь!» Заговоришь: «Молчи лучше!» Книжку
возьмешь: вырвут из рук да швырнут на пол! Вот мое житье — как перед Господом Богом! Только и света что
в палате да по добрым людям.
Он
взял фуражку и побежал по всему дому, хлопая дверями, заглядывая во все углы. Веры
не было, ни
в ее комнате, ни
в старом доме, ни
в поле
не видать ее, ни
в огородах. Он даже поглядел на задний двор, но там только Улита мыла какую-то кадку, да
в сарае Прохор лежал на спине плашмя и спал под тулупом, с наивным лицом и открытым
ртом.
— Нет уж, уволь, Семен Аникич, куска
в рот не возьму ранее, пока не увижу мою ненаглядную невестушку, — ответил Ермак.
— Вина разные бывают, ваше превосходительство… Лиссабонского, например, я и
в рот не возьму… Каждый напиток, ваше превосходительство, имеет, так сказать, свое значение…
Телятины простой народ ни за что на свете
в рот не возьмет, в город возить ее из далекого захолустья накладно, а вскормить бычка тоже не барыш какой, другое дело телушка, та по времени хозяйку молоком за корм да за уход наградит.
Неточные совпадения
Мне лягушку хоть сахаром облепи,
не возьму ее
в рот, и устрицы тоже
не возьму: я знаю, на что устрица похожа.
—
Не можно ни
в Турещину, ни
в Татарву, — отвечал кошевой,
взявши опять хладнокровно
в рот свою трубку.
Анна, думавшая, что она так хорошо знает своего мужа, была поражена его видом, когда он вошел к ней. Лоб его был нахмурен, и глаза мрачно смотрели вперед себя, избегая ее взгляда;
рот был твердо и презрительно сжат.
В походке,
в движениях,
в звуке голоса его была решительность и твердость, каких жена никогда
не видала
в нем. Он вошел
в комнату и,
не поздоровавшись с нею, прямо направился к ее письменному столу и,
взяв ключи, отворил ящик.
— Ба, ба, ба, ба! — сказал старик. — Теперь понимаю: ты, видно,
в Марью Ивановну влюблен. О, дело другое! Бедный малый! Но все же я никак
не могу дать тебе
роту солдат и полсотни казаков. Эта экспедиция была бы неблагоразумна; я
не могу
взять ее на свою ответственность.
В бумаге заключалось согласие горочью принять письмо. Только было, на вопрос адмирала, я разинул
рот отвечать, как губернатор
взял другую бумагу, таким же порядком прочел ее; тот же старик, секретарь,
взял и передал ее, с теми же церемониями, Кичибе.
В этой второй бумаге сказано было, что «письмо будет принято, но что скорого ответа на него быть
не может».