Неточные совпадения
Собакевич тоже
сказал несколько лаконически: «И ко мне прошу», — шаркнувши ногою, обутою
в сапог такого исполинского размера, которому вряд ли где можно найти отвечающую ногу, особливо
в нынешнее время, когда и на Руси
начинают выводиться богатыри.
— Позвольте узнать, кто здесь господин Ноздрев? —
сказал незнакомец, посмотревши
в некотором недоумении на Ноздрева, который стоял с чубуком
в руке, и на Чичикова, который едва
начинал оправляться от своего невыгодного положения.
— Мы об вас вспоминали у председателя палаты, у Ивана Григорьевича, —
сказал наконец Чичиков, видя, что никто не располагается
начинать разговора, —
в прошедший четверг. Очень приятно провели там время.
— Я давненько не вижу гостей, —
сказал он, — да, признаться
сказать,
в них мало вижу проку. Завели пренеприличный обычай ездить друг к другу, а
в хозяйстве-то упущения… да и лошадей их корми сеном! Я давно уж отобедал, а кухня у меня низкая, прескверная, и труба-то совсем развалилась:
начнешь топить, еще пожару наделаешь.
— Да ведь соболезнование
в карман не положишь, —
сказал Плюшкин. — Вот возле меня живет капитан; черт знает его, откуда взялся, говорит — родственник: «Дядюшка, дядюшка!» — и
в руку целует, а как
начнет соболезновать, вой такой подымет, что уши береги. С лица весь красный: пеннику, чай, насмерть придерживается. Верно, спустил денежки, служа
в офицерах, или театральная актриса выманила, так вот он теперь и соболезнует!
—
В таком случае я разбогатею, —
сказал Чичиков, — потому что
начинаю почти, так
сказать, с ничего.
Слова эти и решимость на минуту успокоили Леницына. Он был очень взволнован и уже
начинал было подозревать, не было ли со стороны Чичикова какой-нибудь фабрикации относительно завещания. Теперь укорил себя
в подозрении. Готовность присягнуть была явным доказательством, что Чичиков <невинен>. Не знаем мы, точно ли достало бы духу у Павла Ивановича присягнуть на святом, но
сказать это достало духа.
Неточные совпадения
«Мой секундант? —
сказал Евгений, — // Вот он: мой друг, monsieur Guillot. // Я не предвижу возражений // На представление мое; // Хоть человек он неизвестный, // Но уж, конечно, малый честный». // Зарецкий губу закусил. // Онегин Ленского спросил: // «Что ж,
начинать?» — «
Начнем, пожалуй», — //
Сказал Владимир. И пошли // За мельницу. Пока вдали // Зарецкий наш и честный малый // Вступили
в важный договор, // Враги стоят, потупя взор.
Только что вы остановитесь, он
начинает длинную тираду, по-видимому имеющую какую-то связь с тем, что вы
сказали, но которая
в самом деле есть только продолжение его собственной речи.
После полудня она
начала томиться жаждой. Мы отворили окна — но на дворе было жарче, чем
в комнате; поставили льду около кровати — ничего не помогало. Я знал, что эта невыносимая жажда — признак приближения конца, и
сказал это Печорину. «Воды, воды!..» — говорила она хриплым голосом, приподнявшись с постели.
Но, увы! комендант ничего не мог
сказать мне решительного. Суда, стоящие
в пристани, были все — или сторожевые, или купеческие, которые еще даже не
начинали нагружаться. «Может быть, дня через три, четыре придет почтовое судно, —
сказал комендант, — и тогда — мы увидим». Я вернулся домой угрюм и сердит. Меня
в дверях встретил казак мой с испуганным лицом.
— Умерла; только долго мучилась, и мы уж с нею измучились порядком. Около десяти часов вечера она пришла
в себя; мы сидели у постели; только что она открыла глаза,
начала звать Печорина. «Я здесь, подле тебя, моя джанечка (то есть, по-нашему, душенька)», — отвечал он, взяв ее за руку. «Я умру!» —
сказала она. Мы
начали ее утешать, говорили, что лекарь обещал ее вылечить непременно; она покачала головкой и отвернулась к стене: ей не хотелось умирать!..