Неточные совпадения
Что думал он в
то время, когда молчал, — может быть, он
говорил про себя: «
И ты, однако ж, хорош, не надоело тебе сорок раз повторять
одно и то же», — Бог ведает, трудно знать, что думает дворовый крепостной человек в
то время, когда барин ему дает наставление.
Нужно заметить, что у некоторых дам, — я
говорю у некоторых, это не
то, что у всех, — есть маленькая слабость: если они заметят у себя что-нибудь особенно хорошее, лоб ли, рот ли, руки ли,
то уже думают, что лучшая часть лица их так первая
и бросится всем в глаза
и все вдруг заговорят в
один голос: «Посмотрите, посмотрите, какой у ней прекрасный греческий нос!» или: «Какой правильный, очаровательный лоб!» У которой
же хороши плечи,
та уверена заранее, что все молодые люди будут совершенно восхищены
и то и дело станут повторять в
то время, когда она будет проходить мимо: «Ах, какие чудесные у этой плечи», — а на лицо, волосы, нос, лоб даже не взглянут, если
же и взглянут,
то как на что-то постороннее.
Все, что ни
говорила она далее, было повторение почти
одного и того же,
и чиновники увидели только, что Коробочка была просто глупая старуха.
«Я бы ему простил, —
говорил Тентетников, — если бы эта перемена происходила не так скоро в его лице; но как тут
же, при моих глазах,
и сахар
и уксус в
одно и то же время!» С этих пор он стал замечать всякий шаг.
Родственники, конечно, родственниками, но отчасти, так сказать,
и для самого себя; потому что, точно, не
говоря уже о пользе, которая может быть в геморроидальном отношенье,
одно уже
то, чтоб увидать свет, коловращенье людей… кто что ни
говори, есть, так сказать, живая книга,
та же наука.
Чичиков, разумеется, подошел
тот же час к даме
и, не
говоря уже о приличном приветствии,
одним приятным наклоненьем головы набок много расположил ее в свою пользу.
— Не я-с, Петр Петрович, наложу-с <на> вас, а так как вы хотели бы послужить, как
говорите сами, так вот богоугодное дело. Строится в
одном месте церковь доброхотным дательством благочестивых людей. Денег нестает, нужен сбор. Наденьте простую сибирку… ведь вы теперь простой человек, разорившийся дворянин
и тот же нищий: что ж тут чиниться? — да с книгой в руках, на простой тележке
и отправляйтесь по городам
и деревням. От архиерея вы получите благословенье
и шнурованную книгу, да
и с Богом.
Особую разновидность естественной религии, или «религии вообще», составляет так наз. теософическая доктрина, согласно которой все религии имеют общее содержание,
говорят одно и то же, только разным языком, причем надо отличать эзотерическое учение, ведомое лишь посвященным, и экзотерическое, существующее для profanum vulgus [Непосвященная толпа (лат.) — выражение Горация («Оды», II, 1,1)]; различия символики и обряда, обусловливаемые историческими причинами, существуют только во втором, но не в первом.
То, что я скажу, по внешности покажется парадоксальным, но по существу неопровержимо: наука и религия
говорят одно и то же о чуде, согласны в том, что в пределах порядка природы чудо невозможно и чуда никогда не было.
Неточные совпадения
— Уверяю, заботы немного, только
говори бурду, какую хочешь, только подле сядь
и говори. К
тому же ты доктор, начни лечить от чего-нибудь. Клянусь, не раскаешься. У ней клавикорды стоят; я ведь, ты знаешь, бренчу маленько; у меня там
одна песенка есть, русская, настоящая: «Зальюсь слезьми горючими…» Она настоящие любит, — ну, с песенки
и началось; а ведь ты на фортепианах-то виртуоз, мэтр, Рубинштейн… Уверяю, не раскаешься!
— Вот ваше письмо, — начала она, положив его на стол. — Разве возможно
то, что вы пишете? Вы намекаете на преступление, совершенное будто бы братом. Вы слишком ясно намекаете, вы не смеете теперь отговариваться. Знайте
же, что я еще до вас слышала об этой глупой сказке
и не верю ей ни в
одном слове. Это гнусное
и смешное подозрение. Я знаю историю
и как
и отчего она выдумалась. У вас не может быть никаких доказательств. Вы обещали доказать:
говорите же! Но заранее знайте, что я вам не верю! Не верю!..
И хоть я
и далеко стоял, но я все, все видел,
и хоть от окна действительно трудно разглядеть бумажку, — это вы правду
говорите, — но я, по особому случаю, знал наверно, что это именно сторублевый билет, потому что, когда вы стали давать Софье Семеновне десятирублевую бумажку, — я видел сам, — вы тогда
же взяли со стола сторублевый билет (это я видел, потому что я тогда близко стоял,
и так как у меня тотчас явилась
одна мысль,
то потому я
и не забыл, что у вас в руках билет).
— Эх, батюшка! Слова да слова
одни! Простить! Вот он пришел бы сегодня пьяный, как бы не раздавили-то, рубашка-то на нем
одна, вся заношенная, да в лохмотьях, так он бы завалился дрыхнуть, а я бы до рассвета в воде полоскалась, обноски бы его да детские мыла, да потом высушила бы за окном, да тут
же, как рассветет,
и штопать бы села, — вот моя
и ночь!.. Так чего уж тут про прощение
говорить!
И то простила!
— Родя, милый мой, первенец ты мой, —
говорила она, рыдая, — вот ты теперь такой
же, как был маленький, так
же приходил ко мне, так
же и обнимал
и целовал меня; еще когда мы с отцом жили
и бедовали, ты утешал нас
одним уже
тем, что был с нами, а как я похоронила отца, —
то сколько раз мы, обнявшись с тобой вот так, как теперь, на могилке его плакали.