Неточные совпадения
По начатым розыскам со стороны прибывшего полицейского чина было обнаружено, что княжна с вечера довольно рано отпустила прислугу, имевшую помещение
в людской —
здании, стоявшем
в глубине двора загородного дома княжны Полторацкой на берегу Фонтанки, где покойная жила зиму и лето, и даже свою горничную отправила
в ее комнату, находившуюся
в другом конце дома и соединенную с будуаром и спальней княжны проволокой звонка.
Казнь Лопухиной описывает современник-иностранец. Казнь происходила на Васильевском острове, у
зданий 12 коллегий, где теперь университет. Наталья Федоровна была
в полном смысле красавица.
В описываемое нами время, когда труднее, чем когда-либо, было управление делами государственными, Бестужев должен был непрерывно бороться с сильными противниками, на каждом шагу наталкиваться на подкопы и интриги и видеть, как сокрушалось под меткими ударами врагов
здание его политики, с таким трудом возведенное.
Побеленная штукатурка дома делала впечатление выстроенного вновь
здания, и, кстати сказать, эта печать свежести далеко не шла к окружающему вековому парку и
в особенности
в видневшемуся
в глубине его шпицу беседки-тюрьмы с роковым пронзенным стрелою сердцем.
Князь Сергей Сергеевич и граф Свиридов молча шли по дорожке,
в конце которой виднелась полянка, на которой высилось теперь темное
здание беседки.
В этой же местности, где теперь дом министерства финансов, помещалась Тайная канцелярия. При переделке последнего
здания,
в сороковых годах нынешнего столетия, открыт был неизвестно куда ведущий подземный ход, остовы людей, заложенный
в стенах застенок с орудиями пыток, большой кузнечный горн и другие ужасы русской инквизиции.
Все
здание вмещало
в себе: церковь, тронную залу с аванзалой, семьдесят разной величины покоев и театр.
Поэтому
в 1754 году императрица решилась заложить новое
здание, сказав, что «до окончания переделок будет жить
в Летнем новом доме», приказав строить временный дворец на порожнем месте бывшего Гостиного двора, на каменных погребах у Полицейского моста.
В июле начали бить сваи под новый дворец. Нева усеялась множеством барок, и на всем пространстве от дворца к Мойке рассыпались шалаши рабочих. Словом, работа закипела.
В этом же году начата пристройка правого и левого флигеля ко дворцу. Собственно, указ о постройке большого дворца был дан графу Растрелли императрицей
в 1744 году,
в январе месяце. При ней на всем дворцовом
здании было устроено девять высоких балюстрад с тумбами, на которых поставлены были вазы, статуи, деревянные, позолоченные.
Здание дворца, которое поручила Елизавета Петровна построить графу Растрелли, должно быть построено
в три этажа, длиною четырнадцать сажен, шириной
в девять и вышиной до семи, — дворец со всем блеском украшений, приличный жилищу владетельницы обширной империи. Искусный зодчий сделал все, чего требовала изысканная роскошь того времени.
Посреди этого
здания есть колодезь с превосходной студеной водой; вода
в нем всегда находится на одинаковой высоте, посредством особого механизма.
Но это еще было ничего
в сравнении с тем, что произошло между фундаментом дома и нижним этажом. Там спали шестнадцать работников, приставленных смотреть за катальной горой. Все они до одного погибли под осевшим
зданием.
Это было нечто вроде потайного хода, обычного
в постройках того времени, не отличавшихся особой фантазией архитекторов, особенно
в деревянных
зданиях.
В шесть часов вечера все народонаселение высыпает на улицу, по взморью, по бульвару. Появляются пешие, верховые офицеры, негоцианты, дамы. На лугу, близ дома губернатора, играет музыка. Недалеко оттуда, на горе, в каменном доме, живет генерал, командующий здешним отрядом, и тут же близко помещается
в здании, вроде монастыря, итальянский епископ с несколькими монахами.
Неточные совпадения
Сам же он во всю жизнь свою не ходил по другой улице, кроме той, которая вела к месту его службы, где не было никаких публичных красивых
зданий; не замечал никого из встречных, был ли он генерал или князь;
в глаза не знал прихотей, какие дразнят
в столицах людей, падких на невоздержанье, и даже отроду не был
в театре.
— Да я и строений для этого не строю; у меня нет
зданий с колоннами да фронтонами. Мастеров я не выписываю из-за границы. А уж крестьян от хлебопашества ни за что не оторву. На фабриках у меня работают только
в голодный год, всё пришлые, из-за куска хлеба. Этаких фабрик наберется много. Рассмотри только попристальнее свое хозяйство, то увидишь — всякая тряпка пойдет
в дело, всякая дрянь даст доход, так что после отталкиваешь только да говоришь: не нужно.
— Но все же таки… но как же таки… как же запропастить себя
в деревне? Какое же общество может быть между мужичьем? Здесь все-таки на улице попадется навстречу генерал или князь. Захочешь — и сам пройдешь мимо каких-нибудь публичных красивых
зданий, на Неву пойдешь взглянуть, а ведь там, что ни попадется, все это или мужик, или баба. За что ж себя осудить на невежество на всю жизнь свою?
Во взаимных услугах они дошли наконец до площади, где находились присутственные места: большой трехэтажный каменный дом, весь белый, как мел, вероятно для изображения чистоты душ помещавшихся
в нем должностей; прочие
здания на площади не отвечали огромностию каменному дому.
Это было длинное деревянное почерневшее
здание,
в котором, несмотря на поздний час, еще светились огни и замечалось некоторое оживление.