Неточные совпадения
На другой день в
девять часов утра Николай Ильич подходил своей плавной походкой к роскошному небольшому домику-особняку, изящной архитектуры, с лепными художественными украшениями по фасаду, зеркальными окнами в одно стекло и шикарным подъездом.
Дом этот находился на одной из улиц, выходящих на Арбатскую площадь, и принадлежал присяжному поверенному Николаю Леопольдовичу Гиршфельду. Смело нажал Петухов пуговку электрического звонка, и по лицу его разлилсь даже довольная улыбка от этой смелости.
— Более чем возмутительно! — подтвердила она. — Признаете ли вы теперь за мной право получить от вашего семейства девяносто
девять тысяч рублей, считая уплаченной ту тысячу рублей, которую я получила при моем изгнании из вашего
дома?
Широкая густая аллея вела к подъезду
дома от литых чугунных ворот, на чугунных же столбах которых возвышались два огромных фонаря, зажигавшиеся лишь несколько раз в год, в высокоторжественные дни; обыкновенно же в
девять часов вечера эти массивные ворота уже запирались.
Неточные совпадения
Анна никак не ожидала, чтобы та, совершенно не изменившаяся, обстановка передней того
дома, где она жила
девять лет, так сильно подействовала на нее. Одно за другим, воспоминания, радостные и мучительные, поднялись в ее душе, и она на мгновенье забыла, зачем она здесь.
— Мне — пора. Надо немного подготовиться, в
девять читаю в одном
доме о судьбе, как ее понимает народ, и о предопределении, как о нем учит церковь.
Агапов всем французам поперек горла встал:
девять дамских самых первоклассных мастеров каждый день объезжали по пятнадцати — двадцати
домов. Клиенты Агапова были только родовитые дворяне, князья, графы.
Но чем жила она, сверх своей грусти, в продолжение этих темных, длинных
девяти годов, окруженная глупыми ханжами, надменными родственниками, скучными иеромонахами, толстыми попадьями, лицемерно покровительствуемая компаньонкой и не выпускаемая из
дома далее печального двора, поросшего травою, и маленького палисадника за
домом?
Итак, первые ночи, которые я не спал в родительском
доме, были проведены в карцере. Вскоре мне приходилось испытать другую тюрьму, и там я просидел не восемь дней, а
девять месяцев, после которых поехал не домой, а в ссылку. Но до этого далеко.