Она не потеряла манеры немного петь, когда говорила по-французски: русский
разговор вела также свободно, с тем изяществом произношения, какое дается многим француженкам, родившимся в русских городах.
Неточные совпадения
Они
вели за отдельными столами бойкие
разговоры, пили не много, но угощали друг друга, посматривали на часы, охорашивались, рассказывали случаи из практики, часто хохотали разом, делали немецкие «вицы» [тяжеловесные остроты (от нем.: Witz).].
Ее учили, и она может
вести разговор с иностранцами за границей, а с ним не решалась никогда, особенно при гостях.
Им стало ловко, весело, они сейчас почувствовали, что во всем обеде только между собою и могут
вести они
разговор людей, понимающих друг друга.
Такого тонкого французского
разговора больше она уже не
вела и не слыхала.
И Анна Серафимовна никогда не сознавала так резко разницу между собой и Палтусовым. Как ни возьми, все-таки он барин. Вот титулованная барышня небось привлекает его. Понятно. А что бы мешало ей самой привлечь к себе такого мужчину? Ведь она ни разу не говорила с ним задушевно. Он, быть может, этого и ждет.
Разговор их во время кадрили не клеился. В шене [Фигура в танцах (от фр.: chaîne — цепь).], после шестой фигуры, Анна Серафимовна не захотела участвовать. Палтусов
повел ее в дамский буфет.
Мало ли, много ли тому времени прошло: скоро сказка сказывается, не скоро дело делается, — стала привыкать к своему житью-бытью молодая дочь купецкая, красавица писаная, ничему она уж не дивуется, ничего не пугается, служат ей слуги невидимые, подают, принимают, на колесницах без коней катают, в музыку играют и все ее повеления исполняют; и возлюбляла она своего господина милостивого, день ото дня, и видела она, что недаром он зовет ее госпожой своей и что любит он ее пуще самого себя; и захотелось ей его голоса послушать, захотелось с ним
разговор повести, не ходя в палату беломраморную, не читая словесов огненных.
Неточные совпадения
Желать обнять у вас колени // И, зарыдав, у ваших ног // Излить мольбы, признанья, пени, // Всё, всё, что выразить бы мог, // А между тем притворным хладом // Вооружать и речь и взор, //
Вести спокойный
разговор, // Глядеть на вас веселым взглядом!..
Татьяна вслушаться желает // В беседы, в общий
разговор; // Но всех в гостиной занимает // Такой бессвязный, пошлый вздор; // Всё в них так бледно, равнодушно; // Они клевещут даже скучно; // В бесплодной сухости речей, // Расспросов, сплетен и
вестей // Не вспыхнет мысли в целы сутки, // Хоть невзначай, хоть наобум // Не улыбнется томный ум, // Не дрогнет сердце, хоть для шутки. // И даже глупости смешной // В тебе не встретишь, свет пустой.
Потом зашел к другим: к полицеймейстеру, к вице-губернатору, к почтмейстеру, но все или не приняли его, или приняли так странно, такой принужденный и непонятный
вели разговор, так растерялись, и такая вышла бестолковщина изо всего, что он усомнился в здоровье их мозга.
Они даже не занялись разными житейскими
разговорами, какие обыкновенно
ведут между собою провожающие покойника.
Так как
разговор, который путешественники
вели между собою, был не очень интересен для читателя, то сделаем лучше, если скажем что-нибудь о самом Ноздреве, которому, может быть, доведется сыграть не вовсе последнюю роль в нашей поэме.