Неточные совпадения
Русский
народ как будто бы хочет не столько свободного государства,
свободы в государстве, сколько
свободы от государства,
свободы от забот о земном устройстве.
Славянофилы и Достоевский всегда противополагали внутреннюю
свободу русского
народа, его органическую, религиозную
свободу, которую он не уступит ни за какие блага мира, внутренней несвободе западных
народов, их порабощенности внешним.
В русском
народе поистине есть
свобода духа, которая дается лишь тому, кто не слишком поглощен жаждой земной прибыли и земного благоустройства.
Россия — страна бытовой
свободы, неведомой передовым
народам Запада, закрепощенным мещанскими нормами.
Славянофилы хотели оставить русскому
народу свободу религиозной совести,
свободу думы,
свободу духа, а всю остальную жизнь отдать во власть силы, неограниченно управляющей русским
народом.
Эта воля к
свободе и к свету есть и в самых земляных и темных еще слоях
народа.
Можно допустить, что Сам Бог предоставляет своим
Народам свободу в постановке динамических исторических задач и в их выполнении, не насилует их, когда они борются за творчество более высоких ценностей.
Нельзя без волнения читать эти строки: «Я памятник себе воздвиг нерукотворный, к нему не зарастет народная тропа…» «Слух обо мне пройдет по всей Руси великой…» «И долго буду тем любезен я
народу, что чувства добрые я лирой пробуждал, что в мой жестокий век восславил я
Свободу и милость к падшим призывал».
Революция есть фатум в жизни
народов, ее течение не определяется
свободой, в нем есть неотвратимость.
Только через эту
свободу возможно для него служение и выражение судьбы
народа.
В так называемых демократиях, основанных на принципе народного суверенитета, значительную часть людей составляет
народ, еще не сознающий себя свободными существами, несущими в себе достоинство
свободы.
Не Гарибальди вдохновляет его, — этот удивительный человек, не знающий, что такое невозможность, — не подвиги его лихих волонтеров, не радостно-грозная стихия поднявшегося за
свободу народа, нет!
Раньше слова горя и печали пеплом ложились на сердце мне, а теперь, как острая искра, зажигают его, ибо всякое горе ныне — мое горе и недостаток
свободы народу утесняет меня.
Самому Адаму была бы присуща царская, а вместе и отцовская власть над человечеством, которое представляло бы собой одну широко разветвившуюся семью [Несостоятельность этого утверждения доказал Д. Локк в полемике с Р. Филмером, автором трактата «Патриарх: защита естественной власти королей против неестественной
свободы народа» (1680).
Неточные совпадения
Как ни приманчива
свобода, // Но для
народа // Не меньше гибельна она, // Когда разумная ей мера не дана.
Доля
народа, // Счастье его, // Свет и
свобода // Прежде всего!
Великий муж, коварства полный, // Ханжа, и льстец, и святотать, // Един ты в свет столь благотворный // Пример великий мог подать. // Я чту, Кромвель, в тебе злодея, // Что, власть в руке своей имея, // Ты твердь
свободы сокрушил. // Но научил ты в род и роды, // Как могут мстить себя
народы: // Ты Карла на суде казнил…
Но что ж претит моей
свободе? // Желаньям зрю везде предел; // Возникла обща власть в
народе, // Соборный всех властей удел. // Ей общество во всем послушно, // Повсюду с ней единодушно. // Для пользы общей нет препон. // Во власти всех своей зрю долю, // Свою творю, творя всех волю, — // Вот что есть в обществе закон.
Пенсильванская область в основательном своем законоположении, в главе 1, в предложительном объявлении прав жителей пенсильванских, в 12 статье говорит: «
Народ имеет право говорить, писать и обнародовать свои мнения; следовательно,
свобода печатания никогда не долженствует быть затрудняема».