Неточные совпадения
В историческом христианстве слишком много
языческого приспособления к «
миру» и «мирскому», оно все приспособлено к физическому плану бытия, оно недостаточно последовательно аскетично, оно еще не духовно в своем выявлении.
Отношение к «
миру» было в христианстве все еще слишком
языческим.
Классически прекрасное
языческое искусство стремится к завершенности, совершенству форм здесь, на земле, в этом
мире.
Только в
языческом искусстве и есть эта классическая завершенность форм, это имманентное достижение красоты в этом
мире, силами этого
мира.
Законченное совершенство
языческого искусства никуда не зовет, оно оставляет здесь, в этом
мире.
В этой классически прекрасной завершенности форм
мира языческого нет прорыва в
мир иной, эта достигнутая завершенность замыкает в этом
мире.
И эта
языческая, дохристианская устремленность к классической и имманентной завершенности форм создает одну из вечных традиций в искусстве, перешедшую в
мир христианский.
В
языческом искусстве было устроение
мира сего — устроение в красоте, подобно тому, как есть такое устроение в
языческом государстве или в
языческой науке.
В классическом
языческом искусстве творческий акт художника приспособляется к условиям
мира сего, к жизни в красоте здесь.
Возрождение
языческое невозможно в христианском
мире, навеки невозможно.
Великий опыт чисто
языческого Возрождения в
мире христианском должен был кончиться проповедью Савонаролы, отречением Боттичелли.
Упадок и вырождение, мертвый академизм — неизбежны в конце
языческого Возрождения в христианском
мире.
Через искупление
мир придет к новой, творческой морали молодости, не к молодости
языческой, а к молодости в Духе Христовом.
Но христианский
мир по плоти и крови своей жил в общественности не аскетической, ветхозаветно-языческой, буржуазной, принадлежал ей по всем своим земным упованиям.
И христианство исторически шло по линии наименьшего сопротивления, по линии приспособления к разуму и расчету
мира сего, к
языческой природе человека, к физическому плану жизни.
Христианину надлежит верить, что в
языческом мире хотя и живо ощущалась потребность в таинстве, ибо она не устранима из религии по самому ее существу, и хотя она утолялась по-своему [Об этом см. ниже в отделе III.], но не было таинств истинных, «питающих в жизнь вечную», которые могли явиться лишь в христианстве, после воплощения Бога-Слова, давшего Свою Плоть и Кровь в живот вечный.
Так всегда говорит про Божьих людей слепой и глухой
языческий мир, так, пожалуй, скажешь и ты, потому что ты язычница.
Возрождение ценностей и благ
языческого мира, всей заключенной в этом мире подлинной жизни, почувствованной языческим миром святости первозданной плоти, есть дело религиозное и с религией воскресенья плоти связанное.
Если есть Бог, то трудно представить себе, чтобы он мог окончательно покинуть древний
языческий мир, сотворивший столь много великого и прекрасного, и предоставить его себе.
Неточные совпадения
Возделанные поля, чистота хижин, сады, груды плодов и овощей, глубокий
мир между людьми — все свидетельствовало, что жизнь доведена трудом до крайней степени материального благосостояния; что самые заботы, страсти, интересы не выходят из круга немногих житейских потребностей; что область ума и духа цепенеет еще в сладком, младенческом сне, как в первобытных
языческих пастушеских царствах; что жизнь эта дошла до того рубежа, где начинается царство духа, и не пошла далее…
Христова же церковь, вступив в государство, без сомнения не могла уступить ничего из своих основ, от того камня, на котором стояла она, и могла лишь преследовать не иначе как свои цели, раз твердо поставленные и указанные ей самим Господом, между прочим: обратить весь
мир, а стало быть, и все древнее
языческое государство в церковь.
Языческое благочестие, хотя и узнает Бога в
мире, но не в силах постигнуть в полноте те образы и лики, через которые Он зрится.
Эту отчужденность от
мира сразу почувствовали умнейшие из
языческих врагов христианства, напр.
Шеллинг, которому принадлежит заслуга отчетливой постановки этого вопроса, усматривает в язычестве откровение Второй Ипостаси и в
языческих богах видит лики Христа до Его пришествия в
мир.