Неточные совпадения
Творение предполагает движение, динамику внутри
божественной жизни.
Оставался закрытым другой тезис антиномии:
творение мира есть внутренний процесс расщепления и развития в
Божественном бытии.
Творящий человек причастен природе
Божественной, в нем продолжается богочеловеческое
творение.
Свобода Перво-Адама не могла быть диавольской свободой, потому что
божественная свобода в положительном своем содержании не могла быть еще открыта в семидневном
творении.
Перво-Адам не был еще приобщен к тайне
Божественной Троицы через Абсолютного Человека и потому не знал еще творческой свободы, он есть лишь первая стадия
творения.
«Fiat есть терпкая матка (herbe Matrix) в первой воле отца, и оно схватывает (fasst) и держит природу, которую дух формирует рожденную от Меркурия, и это есть дух Божий» [IV, 41, § 48, ср. 483, § 2, 510, § 27.]. «Das göttliche Schuf, als die Begierde der ewigen Natur, welche das Fiat der Kräfte heisst» [
Божественное творение, как страстное желание вечной природы, называется творческим «Да будет» (нем.).] [IV, 495, § 13.], и соответствует в системе Беме «да будет» Моиссеевой космогонии.
В новом небе и новой земле — вся полнота бытия, вся мощь
божественного творения; в старом небе и старой земле — действительно лишь все то творческое, что войдет в царство Божье, остальное — призрак, ложь, обман.
Неточные совпадения
Поэтому при противопоставлении
творения и эманации главный спор идет не о Боге, но о мире, не о
божественной основе мира, но об его тварной природе: есть ли мир только пассивно рассеивающая и ослабляющая лучи
божественного света среда, или же он по-своему собирает, отражает и проявляет их? есть ли особый фокус мира, возможен ли мир наряду с Абсолютным и как и в каком смысле возможен?
Здесь адское начало вводится как принцип
творения, который затем лишь обессиливается началом света, т. е. уже чисто
божественным принципом бытия.
Положительная основа бытия есть, прежде всего, мир
божественных идей, Бог в
творении; эти идеи всеменены в ничто, в беспредельность; и последняя становится основой самостоятельного бытия в его независимости и свободе: все существует чрез Бога и от Бога, но именно тем самым оно получает силу быть в себе и для себя, вне Бога, как не-Бог или мир.
Божественная София предвечно есть, как пребывающая основа
творения, имеющая неисчерпаемую мощь и глубину.
С одной стороны, мир, созданный силой
божественной любви, премудрости и всемогущества, имеет в них незыблемую свою основу, и в этом смысле мир не может не удаться,
божественная премудрость не способна допустить ошибки,
божественная любовь не восхощет ада как окончательной судьбы
творения.