Если бы человеческая личность не была идеальной по отношению к реальным условиям ее собственного существования, человек и не мог бы иметь идеи Бога,
и никакое откровение никогда бы не могло сообщить ему эту идею, потому что он не в состоянии был бы понять ее…
Неточные совпадения
Это
и есть русская коммунитарность, общинность, хоровое начало, единство любви
и свободы, не имеющее
никаких внешних гарантий.
Он понимал, что религия прогресса не рассматривает никого
и ничего,
никакой момент как самоценность.
Когда же этому конец?» «Поймут ли, оценят ли грядущие люди весь ужас, всю трагическую сторону нашего существования?» В последней записи «Дневника» написано: «Страшная эпоха для России, в которой мы живем
и не видим
никакого выхода».
Нельзя, впрочем, сказать, что в России не было
никакой связи с Грецией, она существовала через греческую патристику, хотя
и была прервана.
Этим только
и можно объяснить увлечение такими примитивными
и не выдерживающими
никакой философской критики теориями.
Огромная разница еще в том, что в то время как Руссо не остается в правде природной жизни
и требует социального контракта, после которого создается очень деспотическое государство, отрицающее свободу совести, Толстой не хочет
никакого социального контракта
и хочет остаться в правде божественной природы, что
и есть исполнение закона Бога.
Но именно Толстой потребовал безумия в жизни, именно он не хотел допустить
никакого компромисса между Богом
и миром, именно он предложил рискнуть всем.
Нет почти
никакой разницы в практической жизни, личной
и общественной, между человеком, верующим в Бога
и не верующим в Бога.
Он любил выражаться с нарочитой грубостью
и почти нигилистической циничностью, он не любил
никаких прикрас.
Отношение между Творцом
и творением не вызывает
никаких представлений о судебном процессе.
Он описывал пережитый им мистический опыт, который очень напоминает то, о чем писали Экхардт
и Бёме, о которых он, конечно, не имел
никакого понятия.
Но суровость, не допускающая
никакой игры избыточных сил, была связана у него с оптимистической верой в возможность окончательной победы над смертью, в возможность не только воскресения, но
и воскрешения, т. е. активного участия человека в деле всеобщего восстановления жизни.
Первое течение не ставит
никаких творческих проблем,
и в прошлом оно опирается не столько на греческую патристику, сколько на сирийскую аскетическую литературу.
Поразительно, что на Соборе 17-го года, который стал возможен только благодаря революции, не обнаружилось
никакого интереса к религиозным проблемам, мучившим русскую мысль XIX
и начала XX в.
«Это, однако же, нужно ему сказать», — подумал Чичиков и, пришедши к полковнику, объявил, что у него каша
и никакого толку нельзя добиться, и комиссия построений ворует напропалую.
Захар неопрятен. Он бреется редко; и хотя моет руки и лицо, но, кажется, больше делает вид, что моет; да
и никаким мылом не отмоешь. Когда он бывает в бане, то руки у него из черных сделаются только часа на два красными, а потом опять черными.
Неточные совпадения
— Но знаете ли, что такого рода покупки, я это говорю между нами, по дружбе, не всегда позволительны,
и расскажи я или кто иной — такому человеку не будет
никакой доверенности относительно контрактов или вступления в какие-нибудь выгодные обязательства.
Даже начальство изъяснилось, что это был черт, а не человек: он отыскивал в колесах, дышлах, [Дышло — толстая оглобля, прикрепляемая к середине передней оси повозки при парной упряжке.] лошадиных ушах
и невесть в каких местах, куда бы
никакому автору не пришло в мысль забраться
и куда позволяется забираться только одним таможенным чиновникам.
— Но позвольте, — сказал наконец Чичиков, изумленный таким обильным наводнением речей, которым, казалось,
и конца не было, — зачем вы исчисляете все их качества, ведь в них толку теперь нет
никакого, ведь это всё народ мертвый. Мертвым телом хоть забор подпирай, говорит пословица.
«Конечно, — говорили иные, — это так, против этого
и спору нет: земли в южных губерниях, точно, хороши
и плодородны; но каково будет крестьянам Чичикова без воды? реки ведь нет
никакой».
— Теперь тот самый, у которого в руках участь многих
и которого
никакие просьбы не в силах были умолить, тот самый бросается теперь к ногам вашим, вас всех просит.