Жорж Занд имела колоссальное влияние на выработку эмоциональной жизни в русском культурном строе, на выработку
русского отношения к свободе и искренности чувства, русского протеста против насилия, условности и неискренности в чувствах.
Неточные совпадения
У
русской радикальной интеллигенции выработалось идолопоклонническое
отношение к самой науке.
Когда
русский интеллигент делался дарвинистом, то дарвинизм был для него не биологической теорией, подлежащей спору, а догматом, и ко всякому не принимавшему этого догмата, например к стороннику ламаркизма, возникало морально подозрительное
отношение.
Только в одном Пушкине, единственном ренессансном
русском человеке, блеснула возможность иного
отношения к жизни.
Русский молодой человек, принадлежавший к поколению идеалистов 30-х и 40-х годов, исповедывал тоталитарное шеллингианство или тоталитарное гегелианство в
отношении ко всей жизни, не только жизни мысли и жизни социальной, но и жизни личной, в
отношении любви или чувства природы.
Основной вопрос, который интересовал
русских людей 40-х годов, увлекавшихся Гегелем, был вопрос об
отношении к «действительности».
Отношение русских нигилистов к науке было идолопоклонническим.
В художественном
отношении роман этот довольно слаб и безвкусен, но он очень интересен для истории
русской интеллигенции.
Для
русского сознания важно не
отношение к принципу собственности, а
отношение к живому человеку.
Но и Маркс и Энгельс говорили о буржуазном характере грядущей
русской революции, были за народовольцев, которые сосредоточились исключительно на свержении самодержавной монархии, и в этом
отношении были гораздо менее предшественниками Ленина, чем Ткачев.
Для судьбы России и
русского народа поразительно, что до революции Россией правил человек, который не верил в человека и имел нигилистическое
отношение к миру, и после революции правил человек, который тоже не верил в человека и имел нигилистическое
отношение к миру.
Не нужен был ни
русский коммунизм, ни книги Гекера, чтобы обнаружить унизительную ложь
отношений церкви со старым государством.
Тема о власти. Анархизм.
Русское отношение к власти. Русская вольница. Раскол. Сектантство. Отношение интеллигенции к власти: у либералов, у славянофилов. Анархизм. Бакунин. Страсть к разрушению есть творческая страсть. Кропоткин. Религиозный анархизм: религиозный анархизм Л. Толстого. Учение о непротивлении. Анархия и анархизм. Анархический элемент у Достоевского. Легенда о Великом Инквизиторе.
А тот, смотрю, глядит на меня и бледнеет, потому, знаете: наша полицейская служба к нам вольнолюбивых людей не располагает. Особенно в тогдашнее время, для француза я мог быть очень неприятен, так как, напоминаю вам, тогда наши
русские отношения с Франциею сильно уже портились и у, нас по полиции часто секретные распоряжения были за разными людьми их нации построже присматривать.
Это были листки французских брошюр, почти исключительно произведения польской эмиграции, которые в ярких, поражающих чертах изображали несчастья польской земли, стоны польского народа и не скупились на самые черные краски для обрисовки
русских отношений к Польше и русского гнета.
Неточные совпадения
Таков уже
русский человек: страсть сильная зазнаться с тем, который бы хотя одним чином был его повыше, и шапочное знакомство с графом или князем для него лучше всяких тесных дружеских
отношений.
Связь с этой женщиной и раньше уже тяготила его, а за время войны Елена стала возбуждать в нем определенно враждебное чувство, — в ней проснулась трепетная жадность к деньгам, она участвовала в каких-то крупных спекуляциях, нервничала, говорила дерзости, капризничала и — что особенно возбуждало Самгина — все более резко обнаруживала презрительное
отношение ко всему
русскому — к армии, правительству, интеллигенции, к своей прислуге — и все чаще, в разных формах, выражала свою тревогу о судьбе Франции:
Зимними вечерами, в теплой тишине комнаты, он, покуривая, сидел за столом и не спеша заносил на бумагу пережитое и прочитанное — материал своей будущей книги. Сначала он озаглавил ее: «
Русская жизнь и литература в их
отношении к разуму», но этот титул показался ему слишком тяжелым, он заменил его другим:
Допустим, что в процентном
отношении к единокровной массе евреев-шпионов больше, чем
русских, это можно объяснить географически — евреи живут на границе.
«Искусство и интеллект»; потом, сообразив, что это слишком широкая тема, приписал к слову «искусство» — «
русское» и, наконец, еще более ограничил тему: «Гоголь, Достоевский, Толстой в их
отношении к разуму». После этого он стал перечитывать трех авторов с карандашом в руке, и это было очень приятно, очень успокаивало и как бы поднимало над текущей действительностью куда-то по косой линии.