Неточные совпадения
Но даже и дети не
знали, что задолго до их рождения, в первую пору своего замужества, она пережила тяжелую, страшную и не совсем обычную драму, и что сын Саша не есть ее первый и старший сын, каким себя считал. И уж никак не предполагали они, что город Н. дорог
матери не по радостным воспоминаниям, а по той печали и страданию, что испытала она в безнадежности тогдашнего своего положения.
Но уже близилось страшное для
матерей. Когда появились первые подробные известия о гибели «Варяга», прочла и Елена Петровна и заплакала: нельзя было читать без слез, как возвышенно и красиво умирали люди, и как сторонние зрители, французы, рукоплескали им и русским гимном провожали их на смерть; и эти герои были наши, русские. «Прочту Саше, пусть и он
узнает», — подумала
мать наставительно и спрятала листок. Но Саша и сам прочел.
Но то, что всегда
знала мать: боязнь утраты — почувствовал и Саша,
узнал муку любви, томительность безысходного ожидания, всю крепость кровных уз…
Тогда, после разговора с
матерью, он порешил, что именно теперь,
узнав все, он по-настоящему похоронил отца; и так оно и было в первые дни.
Все засмеялись, а Саша смотрел на
мать, на ее темные, без блеска, теперь повеселевшие глаза, и думал: «А если бы ты
знала про энского губернатора, смеялась бы ты?»
— Нет, — а выражение?.. Ну да что, Василий Васильевич: видно, вам никогда не приходилось разговаривать с
матерью, а то
знали бы, что
мать не переслушаешь. Ого, уже час, а Сашенька еще не спит. Учится, — улыбнулась она, — как он не скрытничает, а
знаю я, до чего ему хочется в университет!
И ответила
мать: «Ты же радовал меня, сын? Порадуй и теперь. А когда пойдешь на муку, пойду и я с тобою; и не смеешь ты крупинки горя отнять от меня — в ней твое прощение, в ней жизнь твоя и моя. Разве ты не
знаешь: кого любит
мать, того любит и Бог! Радуй же, пока не настала мука».
У того была
мать, благородная и несчастная Елена Петровна, а этот словно никогда не
знал матери и ее слезами не плакал — и как белеют зубы в легкой улыбке!
О, ужас! Кто скажет, что все они не думают так же, но молчат и ждут чего-то, а потом придут и скажут: вор!
Мать… а она
знает наверное? А Женя Эгмонт?..
— Я переменю квартиру. Он не
узнает. Сашенька, придешь ты, а мать-то твоя убежала, убежала
мать, мать-то.
— Да? Не спорю. Но по какой вашей мужской морали сын, идущий к
матери, должен быть схвачен? Не должны ли вы все склониться и закрыть глаза, пока он проходит? А потом уж хватайте, там, где-нибудь, где хотите, я этого не
знаю.
Но странно: не имела образа и
мать, не имела живого образа и Линочка — всю
знает, всю чувствует, всю держит в сердце, а увидеть ничего не может… зачем большое менять на маленькое, что имеют все? Так в тихом шелесте платьев, почему-то черных и шелестящих, жили призрачной и бессмертной жизнью три женщины, касались еле слышно, проходили мимо в озарении света и душистого тепла, любили, прощали, жалели — три женщины:
мать — сестра — невеста.
Уже догадываясь, но все еще не веря, Жегулев бросается за угол к тому окну, что из его комнаты, — и здесь все чужое, может быть, по-своему и хорошее, но ужасное тем, что заняло оно родное место и стоит, ничего об этом не
зная. И понимает Жегулев, что их здесь нет, ни
матери, ни Линочки, и нет уже давно, и где они — неизвестно.
Спали обе женщины в одной комнате, и
мать никогда не
узнала, каким это было ужасом для измученной, в своем огне горевшей Линочки.
И ужас начинался с той минуты, как тушилась свеча, и Линочка
знала, что
мать не спит и не заснет, и думает свое, и лежит тихонько, чтобы не мешать Линочкиному сну.
Неточные совпадения
А счастье было так возможно, // Так близко!.. Но судьба моя // Уж решена. Неосторожно, // Быть может, поступила я: // Меня с слезами заклинаний // Молила
мать; для бедной Тани // Все были жребии равны… // Я вышла замуж. Вы должны, // Я вас прошу, меня оставить; // Я
знаю: в вашем сердце есть // И гордость, и прямая честь. // Я вас люблю (к чему лукавить?), // Но я другому отдана; // Я буду век ему верна».
Оказалось, что Чичиков давно уже был влюблен, и виделись они в саду при лунном свете, что губернатор даже бы отдал за него дочку, потому что Чичиков богат, как жид, если бы причиною не была жена его, которую он бросил (откуда они
узнали, что Чичиков женат, — это никому не было ведомо), и что жена, которая страдает от безнадежной любви, написала письмо к губернатору самое трогательное, и что Чичиков, видя, что отец и
мать никогда не согласятся, решился на похищение.
— Ну, так я ж тебе скажу прямее, — сказал он, поправившись, — только, пожалуйста, не проговорись никому. Я задумал жениться; но нужно тебе
знать, что отец и
мать невесты преамбиционные люди. Такая, право, комиссия: не рад, что связался, хотят непременно, чтоб у жениха было никак не меньше трехсот душ, а так как у меня целых почти полутораста крестьян недостает…
Княжна подошла к своей
матери и рассказала ей все; та отыскала меня в толпе и благодарила. Она объявила мне, что
знала мою
мать и была дружна с полдюжиной моих тетушек.
Надо вам сказать, что у меня нет семейства: об отце и
матери я лет двенадцать уж не имею известия, а запастись женой не догадался раньше, — так теперь уж,
знаете, и не к лицу; я и рад был, что нашел кого баловать.