Неточные совпадения
Отец еще прежде хотел мне передать всю свою ученость в математике, то есть первые четыре арифметические правила, но я так непонятливо и лениво учился, что
он бросил
ученье.
Я сам слышал, как этот добрейший старик просил Жеванова сделать
ему большое одолжение, которого
он никогда не забудет, — заняться рисованьем с бедным мальчиком, который очень тоскует по матери, — и Жеванов занимался со мной; но
ученье не только в этот раз, но и впоследствии не пошло мне впрок; рисованье кружков, бровей, носов, глаз и губ навсегда отвратило меня от рисованья.
Две причины могли произвесть эту печальную перемену: догнав во всех классах моих товарищей, получая обыкновенные, весьма небольшие, уроки, которые я часто выучивал не выходя из класса, я ничем не был занят не только во все время, свободное от
ученья, но даже во время классов, — и умственная деятельность мальчика, потеряв существенную пищу, вся обратилась на беспрестанное размышление и рассматриванье своего настоящего положения, на беспрестанное воображание, что делается в
его семействе, как тоскует о
нем его несчастная мать, и на воспоминание прежней, блаженной деревенской жизни.
Я возненавидел в душе противную гимназию,
ученье, и решил по-своему, что
оно совершенно бесполезно, совсем не нужно и что от
него все дети делаются негодными мальчишками.
Доктор расспросил и осмотрел меня внимательно, нашел, что я несколько похудел, побледнел и что пульс у меня расстроен, но отпустил в класс, не предписал никакого лекарства, запретил изнурять меня
ученьем, — не веря моим словам, что
оно слишком легко, — приказал наблюдать за мной и никуда одного не пускать.
Упадышевский принял все нужные меры: кроме того, что
он сам беспрестанно подходил ко мне,
он поручил двум воспитанникам постоянно смотреть за мной во всякое время, свободное от
ученья; дядька же мой должен был идти со мной всякий раз, когда я выходил на задний двор.
В заключение
он сказал, что правительство не затем тратит деньги на жалованье чиновникам и учителям и на содержание казенных воспитанников, чтоб увольнять
их до окончания полного курса
ученья и, следовательно, не воспользоваться
их службою по ученой части; что начальство гимназии особенно должно дорожить таким мальчиком, который по отличным способностям и поведению обещает со временем быть хорошим учителем.
Камашев не изменил себе до конца;
он предложил совету взыскать с моей матери за пятимесячное пребывание мое в гимназии все издержки, употребленные на мое содержанье и
ученье.
Везде приняли нас очень благосклонно, но Григорий Иваныч объявил, что я могу поступить собственно к
его товарищу Запольскому, потому что
они воспитанников разделили; что трое старших находятся непосредственно под
его наблюдением; что
его воспитанники, через год кончив курс гимназического
ученья, должны оставить гимназию для поступления в службу, и что
он, Григорий Иваныч, тогда будет жить особо и воспитанников иметь не хочет.
Должно сказать правду:
ученью нашему были полезны
его отлучки, потому что в
его отсутствие занимался нами Григорий Иваныч, гораздо внимательнее и лучше своего товарища, и я это очень понимал.
Хотя я занимался
ученьем очень охотно, но не совсем был доволен этим известием, потому что во время вакации я надеялся хорошенько поудить, а главное — пострелять; отец обещал еще за год, что
он приготовит мне ружье и выучит меня стрелять.
Наконец, дней через пять
он сказал мне, что
ученье в классах идет очень вяло, что многие еще не съехались, что время стоит чудесное и что мы поедем к Ивану Ипатычу в Кощаково, чтоб еще с недельку на свободе погулять и поучиться.
Я могу беспристрастно говорить о
нем, потому что не участвовал в этом высоком стремлении, которое одушевляло преимущественно казенных воспитанников и пансионеров: своекоштные как-то мало принимали в этом участия, и мое
учение шло своей обычной чередой под руководством моего воспитателя.
Дмитриеву, которому было уже с лишком за двадцать лет, наскучило студентское
ученье, правду сказать весьма неудовлетворительное; может быть, были и другие причины, — не знаю, только
он решился вступить в военную службу;
он внезапно оставил университет и, как хороший математик, определился в артиллерию.
Между тем она, по страстной, нервной натуре своей, увлеклась его личностью, влюбилась в него самого, в его смелость, в самое это стремление к новому, лучшему — но не влюбилась в
его учение, в его новые правды и новую жизнь, и осталась верна старым, прочным понятиям о жизни, о счастье. Он звал к новому делу, к новому труду, но нового дела и труда, кроме раздачи запрещенных книг, она не видела.
Неточные совпадения
Кутейкин. Из ученых, ваше высокородие! Семинарии здешния епархии. Ходил до риторики, да, Богу изволившу, назад воротился. Подавал в консисторию челобитье, в котором прописал: «Такой-то де семинарист, из церковничьих детей, убоялся бездны премудрости, просит от нея об увольнении». На что и милостивая резолюция вскоре воспоследовала, с отметкою: «Такого-то де семинариста от всякого
учения уволить: писано бо есть, не мечите бисера пред свиниями, да не попрут
его ногами».
Скотинин. Да коль доказывать, что
ученье вздор, так возьмем дядю Вавилу Фалелеича. О грамоте никто от
него и не слыхивал, ни
он ни от кого слышать не хотел; а какова была голоушка!
Для
них подобные исторические эпохи суть годы
учения, в течение которых
они испытывают себя в одном: в какой мере
они могут претерпеть.
Разговор этот происходил утром в праздничный день, а в полдень вывели Ионку на базар и, дабы сделать вид
его более омерзительным, надели на
него сарафан (так как в числе последователей Козырева
учения было много женщин), а на груди привесили дощечку с надписью: бабник и прелюбодей. В довершение всего квартальные приглашали торговых людей плевать на преступника, что и исполнялось. К вечеру Ионки не стало.
Начались подвохи и подсылы с целью выведать тайну, но Байбаков оставался
нем как рыба и на все увещания ограничивался тем, что трясся всем телом. Пробовали споить
его, но
он, не отказываясь от водки, только потел, а секрета не выдавал. Находившиеся у
него в
ученье мальчики могли сообщить одно: что действительно приходил однажды ночью полицейский солдат, взял хозяина, который через час возвратился с узелком, заперся в мастерской и с тех пор затосковал.