Рассказы о Влодьзимеже Качмареке

Евгений Владимирович Макаренко

Повезло частному детективу, родившемуся в цивилизованной стране, где у каждого преступника имеются чётко выраженные мотивы и цели – такого негодяя искать легко и приятно. И совсем другое дело, если вы родились в Быдгоще, где безобиднейшие с виду люди, творят самую лютую и кровавую дичь по наитию и без злого умысла. И с такими справится только Влодьзимеж Качмарек – славный сын Польши и внук престарелого дедушки Ежи.

Оглавление

Качмарек и три медведя

Как-то раз Влодьзимеж намекнул отцу на тему того, что он не прочь хотя бы на пару деньков выбраться на природу, на свежий воздух, пожить в домике, построенном из подручных материалов, добывать пропитание охотой, рыбалкой и собирательством, научиться передвигаться по хвойному лесу будто Тарзан — посредством лиан, ночи напролёт отгонять от себя любимого кровожадных комаров и прислушиваться к каждому шороху, держа палец на курке снятого с предохранителя пистолета…

В первый же день осенних каникул папаша высадил Влодьзимежа на лесной поляне в четырехстах двадцати километрах от Быдгоща, и, пообещав вернуться за ним через две недели, укатил обратно в город. Чтобы не казаться себе самым гнусным быдгощским негодяем, Качмарек-старший не поскупился и оставил сына в дали от дома не одного, а с дойной козой и мешком, в котором можно было найти все, о чём Робинзон Крузо в своё время мог только мечтать: ружьё «Зауэр» — правда, без патронов, чтобы мальчик ненароком никого не пристрелил, дюжина мышеловок для охоты на мелкую дичь, удочка, справочник грибника на испанском языке, лопата для уборки снега, сигареты, фен, пачка соли — для заготовки солонины и сотня банок гречневой каши с говядиной.

Оставшись в одиночестве Качмарек первым же делом принялся за решение квартирного вопроса, что на деле оказалось до смешного просто — в пятидесяти метрах от его поляны располагалась заброшенная деревня с ещё крепкими, тёплыми домами из которой наш герой приволок целую Джомолунгму досок, кирпича и кое-что из мебели. Закатав рукава, парень со свойственными ему усердием и сноровкой, принялся за сооружение четырёхкомнатного шалаша, в котором комфортно бы чувствовал себя не только он, но и с первого же взгляда полюбившаяся ему коза, если бы не скрылась в неизвестном направлении вместе с привязанным к её рогам мешком, как только ей представилась такая возможность.

К утру следующего дня Влодьзимеж почувствовал, как у него замедляются и нарушаются мыслительные процессы, подавляется воля, возникают разнообразные звуковые и слуховые галлюцинации — из курса биологии школьник знал, что все эти симптомы не что иное, как последствия испытываемого им голода — спасибо козе — будь она трижды проклята.

Чтобы не загинуть в этом чёртовом осеннем лесу Качмарек в ближайшие два часа активно экспериментировал с так называемым подножным кормом, но единственное, что ему удалось установить, было то, что еловая кора хоть и сытнее, зато мох более сочный и его легче проглотить.

Но какой бы сытной не была кора, килограмма этого продукта, тщательно прожёванного и кое — как проглоченного, хватало, чтобы заморить нещадно мучавшего его червя лишь на какие-то жалкие две минуты и Влодьзимеж, трижды перекрестившись, отправился исследовать местность на предмет наличия в нёй чего-то более питательного.

К его ужасу, самым питательным, на что ему удалось натолкнуться в результате многочасового брожения по лесу, оказалась троица бурых медведей, притаившихся за кустами понтийского рододендрона, росшего на самом краю леса. Поведение животных с первого же взгляда показалось Качмареку более чем необычным — первый из них, самый крупный и бурый, стоя на задних лапах спиной к Влодьзимежу что-то пристально рассматривал в армейский бинокль, второй, макая время от времени в чернильницу огрызок гусиного пера, записывал в блокнот какую-то вероятно сугубо секретную информацию, а третий, с разорванным левым ухом и с мутоновой заплаткой на левом боку, тонкими кружочками нарезал ароматную полукопчёную колбаску, которой весь медвежий коллектив, похоже, собирался закусить уже разлитую по граненым стаканам какую-то мутную жидкость. В шаге от третьего хищника можно было разглядеть советскую ещё рацию 71-ТК-1 образца 1935 года — даже Качмареку было ясно, что с её помощью животные с кем-то держали связь.

При других обстоятельствах Влодьзимеж в обязательном порядке проявил бы редкостную трусость и, развернувшись на 180 градусов, бежал бы, неустанно попёрдывая, до самого Быдгоща, но сейчас, когда от нестерпимого голода его напрочь покинуло чувство самосохранения, парень повёл себя, мягко говоря, нестандартно: он бесстрашно подбежал к ничего не подозревавшему и потерявшему всякую бдительность безухому, и ткнул его в глаз подобранной по дороге палкой — животное заревело от боли, и, оставив колбасу, схватилось лапами за раненый орган, чем и не преминул воспользоваться Качмарек в одночасье превратившийся в молниеносного и очень коварного — еда тут же оказалась зажатой в его сильных когтистых руках.

Дальше всё происходило, как в каком-то страшном сне: Влодьзимеж, прижав к груди отбитый у врага деликатес, как ошпаренный выскочил из леса и раненой антилопой помчался в сторону расположенной неподалёку американской военной базы, не забывая периодически запихивать в рот добычу и глотать её, не пережёвывая. Он ни разу не оглянулся назад, но всей спиною чувствовал, что его дерзость безнаказанной оставлять никто не собирался, что за ним гонятся и самое страшное, по всей видимости, настигают — его мокрый от пота затылок уже чувствовал на себе горячее дыхание преследователей.

— Это конец. — Думал Качмарек, жалевший в те секунды лишь о том, что у него не было при себе связки гранат — ни кусочка своего нежного мяса врагу бы он не оставил.

В следующий момент его усталые ножки заплелись, и он кубарем полетел по земле, мысленно прощаясь с так нравившимися ему колбасой и жизнью. Последнее, что он слышал, перед тем как потерять сознание, были крики на английском языке и несколько автоматных очередей… До конца каникул Влодьзимеж провалялся в больнице. Случай в лесу почти стёрся из его памяти, его мысли захватили учёба и горячий поцелуй, которым его наградила полногрудая пани Плужек, за полученную им тройку в четверти по польскому языку и потому, как гром среди ясного неба для Качмарека прозвучала новость, о том, что перед Рождеством в своей резиденции в Бельведерском дворце его хочет видеть сам президент Польши!

Вот там-то и тогда-то Влодьзимеж и узнал, что медведями на поверку оказались переодетые русские шпионы! Выяснилось, что их наблюдали у американской базы целых четыре года, но никто и подумать не мог, кто на самом деле скрывался за личиной безобидных животных. Английский канал BBC даже умудрился снять о них, получивший впоследствии Оскар, документальный фильм, а польский филиал Greenpeace настоятельно требовал от властей признать тот лес и его окрестности национальным заповедником и подкармливал «животных» горячими шашлыками, мёдом и курами гриль. И только простой польский парень Влодьзимеж Качмарек вывел мерзавцев на чистую воду, спас Родину от очередного позора и заслуженно получил из рук главы государства орден Белого Орла…

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я