Твоя душа любви континентальной
Меж образами права в сердцеедах
Ты славишь утомительный, как ночь
Обрывок счастья, встретив сон и смелость,
Он будет горд в приличии нам — только.
За океаном смотрит вдаль Акрополь
И недрам блага возвышает твердь,
Умеют жить под пристальным им — Богом
Верховных черт скульптуры: образа и стиля.
На званных ликах утоляют словом — брань,
А ствол Египта будит верхи — этих лиц,
Приказывая ночью стынуть в страсти
Континентальной ношей блага и любви.
Ты будишь зов долины, чтоб ей пасть,
А ночь внутри сибирских стен у слова
Окутывает робкий ветер — снова
И ублажает городские стены мира.
Пустили стрелы нам под вечностью — внутри
Опалы ветхих кладезей из права и оковы —
Внутри монгольской степи мужества — знакомой,
Что вечно ходит в страхе — под нагим.
Искусство поднимает в том приличие,
В китайской речи мудрость пашет — вновь
И открывает вольность милой встречи
На верхней палубе изнанки лиц и стран.
Они пребудут снова в дар — отличием
По европейской схожести мучения и славы —
Иметь свою культуру в странной роли
На душах личности природы блага — в боли.
Как ветхий ищет странный слог — на том,
Он поднимает камень в тесных рамках Бога,
Откуда вынув кладезь в форме рока
Под душами искусства — смотрит нам.
Пропал континентальный вихрь затмения,
Он сжёг мосты и право в смелость — быть
Любовью личности под ужасом возмездия,
Им оставаться этим в дар — своим рабам.
Подходит личный фокус на равнинах,
Иль стать индийской площади от мира
Сегодня искупает страх за подлостью,
А ветер Рима в бытие — родном.
Нисходит ночь и виден сплошь Акрополь
Внутри нечаянного образа последних
Искусств противоречий в днях и вепрях,
Они твоей душой уходят небом — прочь.
Египетский воззрел народа — тот укор
И падать им не страх умеет — в вольность,
А дух сегодня в социальных модах
Под ревностью которого — ты жил.
Опять по философской робе спрятал день
Манеру думать европейскому лицу,
Как жить в степи на многих присказках и душах,
А в этом праве миру — быть умом.
Нетленный посох на любви — прошёл
И жив искусством по японской лире
Завет формальной гордости, что сном
Прошли года внутри войны и мира.
