Глава XVII. В стане врага
— Пора, дорогая, переходить к решительным действиям, — нежась в постели, сказал Даркус.
— О, да! — мой господин, ответила Карлин, медленно выползая из-под одеяла.
— Какой дух у моей непобедимой армии?
— Как никогда, боевой! — с гордостью ответила любовница.
— Отлично, отлично, чёрт побери! Я назначаю тебя, моя любимая, командующей этого величайшего похода! — злорадно улыбаясь, воскликнул король, начав свои распоряжения.
— Благодарю, за оказанное доверие, мой Властелин! — льстиво, с нескрываемой радостью прошипела Карлин.
— Наконец-то, за всё сполна, я рассчитаюсь со своей сестрёнкой Изабеллой, за все мои унижения, страдания, и справедливость восторжествует, — продолжил король.
— Несомненно, мой всемогущий повелитель, — поддакивала Карлин.
— Лизоблюд! Лизоблюд! — внезапно заорал король Хантакондрии.
Заскрипела дверь и в спальню прошмыгнул мутант, похожий на гипертрофированного колорадского жука.
— Я здесь, мой господин, — трусливо, прогнусавил слуга.
— Приказываю тебе, объявить боевую готовность всех частей наших войск, подготовить корабли для похода, курс на Иристонию! — скомандовал, Даркус. — Внезапность, залог успеха! — продолжил король.
— Что же ты стоишь, олух? Выполнять! Живо! — рявкнула Карлин на слугу, запустив в него при этом сапогом, стоявшим у кровати.
Лизоблюд, как тень исчез из спальни, быстрей, чем появился, даже Даркус не сразу понял, что же произошло, он всегда периодически уходил в свои мысли, для Карлин это было не ново.
— Итак, дорогая, что же мы имеем? — это были мысли вслух, нежели общение. — Десять тысяч отборных и обученных троллей, с полным боевым боекомплектом, — рассуждал в слух Даркус. Двадцать пять тысяч калатрописов, и восемь тысяч мутантов на неоригелиях, — загибая пальцы, продолжал король. Карлин поняла, что наступило время и ей вставить словцо.
— И если всего перечисленного будет недостаточно, то у Вас, мой повелитель, есть несокрушимое оружие — Аламиты, сила которых, камня на камне не оставит от Иристонии, — победоносно подытожила она. От слов про волшебные камни, у Даркуса заблестели глаза и лихорадочно задрожали руки.
— Я отомщу, ох, как я отомщу, только бы завладеть третьим камнем, и они пожалеют, что родились на этом свете! — с яростью в голосе, прохрипел король.
