32.Кто-то всегда рядом
Вечерние сумерки сгущали небо Амстердама в темную ночь. Лина смотрела в окно, тихо потягивая свой кофе. Сан Хён уже спал. С улицы веяло весенним, тёплым воздухом. Завернувшись в плед, Лина присела в кресло. Ей было холодно, знобило.
— «Похоже, я заболела». Она взяла градусник. — «37 и 8. Ну, так и есть. Какая неприятная ситуация. а ещё работать». — Она только начала переводить эти документы. Нужно было сделать несколько экземпляров на разных языках. Сильно схватило живот. Похоже, пришли эти дни. И всё так не вовремя. Она откинула голову на спинку мягкого кресла и сама не заметила, как заснула. Проснулась она ранним утром. — «Четыре утра. Жуть… сколько я так проспала?» — Горло болело так, что даже языком было больно ворочить. Живот и ноги просто отваливались. Она сходила, а ванну и легла на кровать. Зуб на зуб не попадал. — «Ну как вот так?» — Заболеть весной, да ещё и так сильно. Она вообще болела очень редко. Но уж если болела, то всё протекало тяжело и мучительно. Она снова забылась. Проснулась от того, что ей стало очень тепло. Открыв глаза, она увидела улыбающегося Сан Хёна. Но он был, какой-то другой. Что же не так? Он перекрасился. Стал ярким блондином. — — Который час?
— 12.00.
— Мне нужно работать.
— Лина лежи, ты вся горячая
— Горло болит. — Лина прохрипела. Хён подложил руку под её голову и дал ей чашку, с каким-то напитком.
— На, пей!
— Что это?
— Пей Лина. Это тебя вылечит.
— Я заболела. Ты можешь заразиться.
— Ничего, не заражусь. Ты себя совсем извела. Пей, давай.
— Мне нужны таблетки.
— Я всё купил уже. Тебя так трясло, ты мерзла.
— Я ничего не соображаю вообще.
— Ты спи. Выспишься — будет легче.
— Ты перекрасился?
— А так хуже?
— Нет, очень хорошо.
— Лина спи, я рядом буду.
— А ты…
— Я тут посижу в кресле. — Он встал с кровати.
— Может, сядешь тут? — она показала глазами на кровать. — Тут места хватит. — А можно?
— Можно, если я тебе не мешаю. — Хён лег рядом. Бережно накрыв её одеялом, положил ей холодное полотенце на лоб. Лина то засыпала, то просыпалась. Во сне она почувствовала себя, в каком-то коконе. Мягкий, теплый. Она стала забираться в этот кокон поглубже. Ей казалось, что она летит куда-то или плывёт. Вдалеке она увидела, какую то подушку. Она доплыла и крепко обняла эту штуковину, которая спасла её от утопления… Ей стало тяжело дышать… Вода подступила ей по самое горло… Лина открыла глаза. Она лежала в объятиях Сан Хёна и по-видимому вцепилась в него очень крепко.
— Ты сильная какая! Я думал, ты меня придушишь — Хён улыбался.
— Прости я не хотела — она немного смутилась. — Мне снился, какой-то бред. Сан Хён опять протянул ей чашку со странным чаем.
— Давай пей ещё. Я всегда его пью, когда простужен. За сутки встаю на ноги. — Мне и вправду лучше.
— Вот. Пей. Я умею лечить. Как ты? Хочешь есть?
— Да Хённи ты обо мне заботишься как о маленькой девочке.
— Кто-то всегда должен быть рядом. — Сан Хён наклонился к Лине и взял её на руки.
— Ну что ты, я сама дойду»
— Нет я отнесу тебя. — Посадив её на стул, он накинул Лине на плечи кофточку. Достал столовые приборы. Разложил еду.
— Вот. Ешь.
— А ты?
— И я тоже. Я не привык, есть один. Он налил ей белого вина.
— Хён меня сейчас совсем развезёт.
— Ничего, быстрее заснешь — быстрее поправишься. Только сейчас Лина заметила, что у Сан Хёна перебинтована та рука, которую он пытался себе порезать.
— Что с твоей рукой?
— Да так.
— Ты обжегся?
— Нет. — Сан Хён улыбнулся.
— Что это? — Он снял повязку. На руку была свежая татуировка. Имя Лины и какие-то узоры.
— Хённи?
— Это мне так нужно было. Ешь, а то остынет.
— Но это же больно?
— Не настолько больно, как одиночество. Не бери в голову.
Ели молча. Лина иногда поднимала глаза на Сан Хёна, но он «залип» в телефоне.
— Лин, смотри. — Он подсунул ей свой телефон. — Смотри. На SVOL Entertainment завели несколько дел.
— И?
— Представляю, что там сейчас будет.
— А что будет? Как ты думаешь?
— Лина ты в курсе что-ли?
— Ну как тебе сказать…
— Лина!
— Ты же общался со следователями. И ты передал им бумаги.
— Я?
— Ну, ты же указал где они лежат.
— Так их нашли?
— Конечно.
— Это из-за этого?
— Да. Сейчас по твоему делу идут проверки. Есть подозрение на заказное убийство.
— Да блин, я же жив!
— А кто об этом знает, кроме меня, мистера Хёрта, Джекки и двух наших же следователей?
— То есть это не трактуется как самоубийство?
— Пока SVOL пытается держать эту версию, а там как пойдет. Хён перебинтовал себе руку.
— Как тебе это удалось?
— Ну, это просто желание справедливости.
— До сих пор мне казалось, что таких понятий добиться вообще невозможно. — Хённи! Ты же сам сказал, что, кто-то должен быть всегда рядом.
— Что же дальше?
— А ничего. Посадят их, а компанию разгонят.
— А ребята?
— Уйдут в другую компанию.
— А их возьмут?
— Решим. Понимаешь что, Господин Пак Ли Чан сам подал иск о возбуждении дела, а мы ему только помогли. Анонимно.
— Пак Ли Чан? Он хороший человек.
— Ну, так вот. Если бы он не начал, нам было бы куда сложнее, но после твоей «смерти» Джун пошёл к нему, и они раскрутили всю эту кашу, так как Джун увидел, что ты дышишь и сказал об этом Ли Чану.
— Ого!
— Ну, вот как-то так. Но потом всех убедили, что ты мертв. И убедили именно SVOL а громче всех об этом трезвонил Иль То Кан
— То Кан… Ну, всё понятно. У него есть причины желать моей смерти.
— Так вот они разругались с Пак Ли Чаном. И он, Ли Чан в смысле, подал заявление о проверке деятельности То Кана. А тут, как рояль в кустах, и твои бумаги подоспели. Сан Хён опять замолчал. Погрузился в свои мысли.
— Ты здорово готовишь, Хённи, спасибо тебе.
— Что? Ой я что-то задумался… Да это было не сложно. Просто ты так устала и заболела к тому же. Мне хотелось немного порадовать тебя.
— У тебя это получилось.
— Правда? — Лина наклонилась к Хёну и легонько поцеловала его в щёку. Сан Хён поднял на неё глаза.
— У тебя руки холодные… А губы горячие… Лина… — Схватив Лину в охапку, он упал с ней на кровать. — Я с тобой, согревайся и просто расслабься
— Хённи…
— Лина я тут… Как-то резко поехала голова, захотелось спать. Этот айдол обладал, какой-то неимоверной энергией, которой он подчинял, очаровывал, влюблял в себя и полностью въедался в подсознание. Он не казался ей навязчивым. Просто он первый кто решал всё быстро, сам, и ей хотелось быть с ним маленькой слабой девочкой. В голове самого Сан Хёна была только она. И уж если ей было плохо, то он готов был сделать всё что угодно, лишь бы Лина улыбалась. Она рядом и ему становилось просто хорошо. Будучи к ней вот так близко, он сам расслабился. Сон накатил и взял в свои объятья обоих.
