Слово (жанр)

  • Слово в древнерусской литературе — наиболее употребительное заглавие сочинений, иногда заменяемое другими: Сказание, Повесть, Поучение. Иногда Слово опускается в заглавии, но подразумевается; например, Об Антихристе, О письменех и т. п. Словами назывались в древнерусской литературе, как поучения и послания церковного характера, так равно и сочинения светского характера (например Слово о Полку Игореве). Доктор филологических наук Л.Г.Кайда считает, что жанр слова имеет прямую связь с появившимся в Европе в XVI веке жанром эссе. Внешняя близость слова и эссе — «в манере древних русских авторов размышлять над проблемами философии, религии, бытия. Близость внутренняя — в композиционно-речевой модели спонтанного развития мысли».

    В настоящем списке указаны наиболее популярные анонимные слова, так как слова, принадлежащие известным авторам, упомянуты под именами этих последних. Слова и сказания исторические и апокрифические указаны только главнейшие (исторические притом — только такие, которые встречаются как отдельные статьи). Сначала перечислены сочинения, более устойчиво надписываемые Сказаниями, затем те, которые чаще озаглавливаются Словами. Жития святых, иногда называемые сказаниями и словами, здесь не указаны. Отдельные исторические сказания весьма часто вставлялись составителями летописных сводов в их труды.

    Кроме вошедших в летописи, до нас дошло в рукописных сборниках большое количество благочестивых сказаний о монастырях, об особенно чтимых иконах. Наиболее замечательные из них:

    «Сказание о чудесах Владимирской иконы Божией матери», в составлении которого И. Забелин («Археологические известия и заметки», 1895, № 2) признает участие вел. кн. Андрея Боголюбского. Издание Импер. общества древней письм.

    * «Сказание (Повесть) о явлении чудотворного образа пречистыя Богородицы на Тихвине» — изд. Имп. общ. люб. др. письм., 1888.

    * «Сказание о явлении иконы пресвятой Богородицы во граде Казани».

    «Сказание об иконе Пресвятой Богородицы Одигитрия (Фёдоровския)».Перечисление наиболее чтимых икон находим в «Росписи св. иконам разным явлениям Пресв. Богородицы нашея и присно Девы Мария в разных градех и местех и в разных годех», напечатанной Белокуровым в «Чтен. Общ. ист. и др.» (1893, 1); в этой Росписи находятся и краткие сказания об иконах.

Источник: Википедия

Связанные понятия

Патери́к (греч. πατερικόν, или отеческая книга, отечник (греч. πατεριχόν βιβλίον), а также старческая книга (греч. γεροντιχόν βιβλίον) или вертоград (греч. λειμωνάριον) — жанр аскетической литературы, сборник изречений святых отцов, подвижников или рассказов о них.
«Пчела́» (греч. Μέλισσα) — сборник изречений IX века византийского происхождения, получивший весьма широкое распространение на Балканах и на Руси. «Пчела» была одним из основных источников сведений о древнегреческой философии и политической мысли античности в Древнерусском государстве. Автором оригинального греческого сборника большинство исследователей считают Антония Мелиссу. Оригинал издан в 136 томе Patrologia Graeca...
Пра́здничная мине́я, Цветосло́в, Цветная мине́я, или Анфоло́гий, Анфоло́гион (греч. Άνθολόγιον — буквально: собрание цветов от греч. ἀνθέμιον — цветок + греч. λέγω — собирать), или Трефоло́гий, Трефоло́гион, Трефоло́й (греч. Τρεφολόγιον — буквально:уплотненное собрание от греч. τρέφω — уплотнять, сгущать, свёртывать + греч. λέγω — собирать) — богослужебная книга, содержащая последования на праздники Господни, Богородичны и Святых, особенно чтимых Православной церковью. В «Праздничной минее» заключаются...
«Беседа трех святителей» — распространённый памятник в древнерусской письменности, состоящий из вопросов и ответов, изложенных от имени трёх святых православной церкви — Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста. Однако под этим названием в рукописной традиции известны различные сочинения: диалог Григория Богослова и Василия строго догматического характера, переводное «Устроение словес Василия и Григория Феолога, Иоанна» и собственно «Беседа трёх святителей», древнейшие русские списки...
Спи́сок (от спи́сывать) — списанный откуда-либо текст, а также документ, содержащий такой текст. В текстологии Нового времени списком называют документ, созданный в результате рукописного или машинописного воспроизведения текста первоначального документа (произведения, протографа данного списка), если воспроизведение осуществлено не автором первоначального документа, а другим лицом, в отличие от автографа (текста, принадлежащего руке автора первоначального документа). В текстологии древних и средневековых...

Упоминания в литературе

Факты соответствуют действительности, русские летописи на самом деле повествуют о неудачном военном походе 1185 года. С языковой точки зрения эпос выделяется на фоне древнерусской литературы богатством лексики – многие слова используются только здесь и нигде более. С точки зрения содержания благодаря языческой образности, противоречащей христианскому духу других древнерусских текстов, «Слово» также занимает особое положение. Когда сочинялось это произведение, остается неясным. Для литературы позднего XII или XIII века «Слово» было бы уникальным явлением, и поскольку неизвестны ни предшествовавшие ему, ни продолжавшие его традицию аналогичные тексты, то тогда оно должно было бы возникнуть на пустом месте. Рукопись, которую в 1786 году (или в 1795?) забрал из ярославского монастыря граф Алексей Мусин-Пушкин, восходила якобы к XV или XVI столетию и, как считается, в 1812 году погибла во время московского пожара. Копия этой рукописи, внезапно появившаяся только в середине XIX века и выполненная предположительно для царицы Екатерины II (ум. 1796), скорее просто передает содержание, чем дословно воспроизводит текст погибшего памятника, и ее нельзя принимать в расчет в дискуссии о подлинности. При этом издание оригинальной рукописи 1800 года пестрит ошибками, так как издатели не были знакомы с древнерусским языком, шрифтом и правописанием.
Долгое время ученым не был известен автор русского варианта Рафли, точнее – русской компиляции ряда древних источников. Уже в 80-е годы XX века современному исследователю А. А. Турилеву удалось доказать, что и автор компиляции книги Рафли, и автор рукописи, хранившейся в Центральном государственном архиве державных актов и представляющей из себя календарно-астрономический текст древнерусского астролога, – одно лицо, а именно – Иван Рыков, современник Ивана Грозного. Помимо этих двух текстов, книги Рафли и календарно-астрономического текста, Ивану Рыкову приписывают и сохранившийся по рукописи XVII в. текст медико-астрологического характера – Руководство по кровопусканию. Он облечен в эпистолярную форму, русское слово «святцы» употребляется в нем как эквивалент иноязычного «календарь». Главное же, можно сказать, достоинство рукописи, с точки зрения историка, в том, что она, в отличие от подавляющего большинства русских астрологических текстов того времени, – не анонимна, что, в частности, и позволило провести экспертизу авторства Ивана, как он называет себя в подписи, «грешного», по другим сходным по манере текстам.
Дружина встречается в этом сборнике неоднократно. В большинстве случаев слово имеет то значение, которое характерно для него в старославянских текстах ("спутники, товарищи"), и переводит соответствующие греческие слова ( и т. п.). Именно такое словоупотребление мы видим уже в заглавиях некоторых житий, например: «Мучение Феодора, Константина, Феофила, Калиста, Васоя и дружины их» (4-я часть рукописи). Однако, в некоторых случаях слово употребляется в военно-героическом контексте и выступает уже с несколько иным смыслом – как объединение людей вооружённых и/или с воинственными намерениями. Следуя указаниям пражского «Slovníku», находим слово в этом смысле в упомянутом «Мучении Феодора» и прочих, а также в «Житии Кондрата» (часть 7 рукописи). Правда, надо оговориться, что в словаре подборка упоминаний слова дружина по Супрасльской рукописи далеко не исчерпывающа и не ясно, чем руководствовались составители словаря, предпочитая одни упоминания другим. Вот примеры из этих двух текстов с греческими соответствиями:
Источниками для логографов, как историков прошлого, служили, кроме скудных документальных свидетельств, те же самые устные предания, из которых черпали поэты, рассказы жрецов и, наконец, произведения этих самых поэтов. Таким образом значительная доля труда логографов в этой области сводилась к прозаическому переложению известий о лицах и событиях, воспетых ранее Гомером, Гесиодом, кикликами и другими поэтами. Акусилай перекладывает в прозу, не без некоторых отступлений впрочем, поэмы Гесиода, Дионисий из Милета называется «киклическим писателем», а иные киклики цитировались в древности как «поэтические историки». Только в таком смысле можно и должно допускать влияние поэзии на прозаическую историографию и некоторую преемственность последней от первой. Влияние другого рода, более прямое и действительное, поэзии на прозу принадлежит позднейшей поре историографии, обнаруживаясь впервые на Геродоте. И в этом отношении аналогия прозы с драмою очевидна: о влиянии эпоса на драматургов доэсхиловских мы не знаем ничего, тогда как Эсхил, по преданию, называл свои трагедии крохами от гомеровской трапезы. Достаточно вспомнить здесь, как ближайший наставник Геродота Паниасис обработал Геракловы легенды в четырнадцати песнях и в значительной поэме изложил странствования ионян и судьбу их колоний и как наш историк под влиянием родственника – поэта обращал особенное внимание на те же предметы. Потому зависимость Геродота от эпической поэзии не подлежит сомнению. «Один только Геродот был вполне гомеристом», – замечает о нем Лонгин. Близость к Гомеру видна на каждой странице Геродотова текста, доказана учеными давно и состоит не в тождестве отдельных только слов и оборотов, но также во всем плане труда и в общем его характере.
При работе над настоящим изданием научный редактор серии П. К. Доброцветов сверил перевод ТФС с вариантами вышеперечисленных изданий. Им были указаны наиболее важные разночтения. Отдельные фрагменты текста, найденные в NPB и отсутствовавшие в ТФС, переведены и вставлены в текст или в примечания. Качество перевода ТФС в целом признается весьма высоким, однако и здесь встречается немало неточностей. Например, «устав общежительного злострадания» в ТФС был уставом «общественного злострадания» (с. 276); вместо «восплачем, чтобы воссмеяться вечным блаженным смехом» стояло «восплачем, чтобы воссмеяться вечным блаженным плачем» (с. 451); вместо святого Антония ошибочно указан святой Афанасий (с. 455); «красиво шагающий» конь в ТФС назван «шагистым» (с. 473); вместо «бесчинствовавшего со своими собственными дочерями Лота» в ТФС мы встречаем «присутствовавшего со своими дочерями Лота» (с. 489); «обитель св. Далмата» стала «Далматской обителью», то есть можно было ошибочно заключить, что обитель находилась в области Далмации (с. 615); «богоподобные» – «обожествленными» (с. 732), «неразрушимое жилище» – «вечным жилищем» (с. 783) и т. п. В результате научного редактирования в тексте ТФС появилось немало новых библейских ссылок. Кроме того, заменены некоторые устаревшие выражения и написание приведено в соответствие с нынешними нормами русского языка. Однако, исходя из уважения к дореволюционному переводу, заменяемые слова и фразы редакция сочла необходимым поместить в постраничные примечания. Текст нового издания, соответственно, снабжен новыми примечаниями и комментариями. Комментарии канонического характера принадлежат преподавателю Московской Духовной Академии священнику Александру Задорнову.

Связанные понятия (продолжение)

«Слово о законе и благодати» (полное название: «О Законе, через Моисея данном, и о Благодати и Истине через Иисуса Христа явленной, и как Закон отошел, (а) Благодать и Истина всю землю наполнили, и вера на все народы распространилась, и до нашего народа русского (дошла). И похвала князю нашему Владимиру, которым мы крещены были. И молитва к Богу от всей земли нашей», др.-рус. О законѣ мωѵсѣомъ данѣѣмъ, и ω благодѣти и истинѣ исоусомъ христъмъ бывшϊи. И како законъ ѿтиде, благодѣть же и истина всю...
Ирмоло́гий, Ирмологио́н, Ирмоло́г (греч. Εἰρμο-λόγιον от греч. Εἰρμός — буквально "ряд, последовательность" + греч. λόγιον — речь, слово) — богослужебная книга православной церкви, содержащая в себе богослужебные тексты, предназначенные для пения в церкви. Ирмологии бывают двух видов: первые, которые содержат тексты и ноты; вторые, содержащие одни тексты. Состав Ирмологиев разных изданий различается.
Вели́кий кано́н (греч. μέγας κανών) — православное гимнографическое произведение, написанное Андреем Критским. Текст канона находится в Триоди постной и состоит из 250 тропарей (строф) и считается самым длинным каноном из существующих.
Ко́рмчая книга, Ко́рмчая (церк.-слав. ко́рмчїй, ст.‑слав. кръмьчии — рулевой), Пида́лион (греч. Πηδάλιον, Πηδαλίων — кормовое весло, кормило, рукоять кормила или руль), или Номокано́н (греч. Νομοκανών от греч. νόμος - закон, устав + греч. κᾰνών - канон, правило) — сборники церковных и светских законов (см. также Византийское право), являвшихся руководством при управлении церковью и в церковном суде православных славянских стран; также служили для передачи различных древних текстов. Языки: старославянский...
Служе́бник (греч. Ίερατικόν) — богослужебная книга, славянских православных традиций, предназначенная для священника и диакона. Служебник — непременный атрибут для совершения священником литургии, поэтому еще называется «Литургион». Первоначально служебник назывался «Евхологий» — с греч. «молитвослов», «молитвенник», и включал в себя некоторые чинопоследования из Требника. Значительная часть текстов служебника повторяется в Чиновнике архиерейского священнослужения. Последования этих же служб для...
Мине́я, церк.-слав. минíа (от греч. μηνιαίος — «месячный, одномесячный, длящийся месяц») — общее название нескольких церковнослужебных (то есть предназначенных для богослужения) и четьих (то есть предназначенных для домашнего или келейного чтения) книг...
Богослуже́бные кни́ги в Православии — Церковью установленные для богослужения книги, излагающие полные чинопоследования или отдельные их молитвословия, а также подробные указания к их правильному совершению. Согласно «Изве́стию учи́тельному», входящему в состав Служебника, все богослужения Православной Церкви разрешено совершать только по соответствующим (богослужебным) книгам.
Священная история – это история событий (преимущественно связанных с древними евреями), изложенная в Ветхом завете (начиная от сотворения мира), а также история событий, связанных с жизнью Иисуса Христа и зарождением христианства, изложенная в Новом завете.
Синакса́рь, или Синакса́рий (церк.-слав. Сѷнаѯа́риꙗ, Сѷнаѯа́рь, Сѷнаѯа́рїй; греч. Συναξάριον — сборник; от греч. συνάγω — собираю, и греч. σύναξις) — собрание; первоначально собрание верующих на праздник, в дальнейшем — собрание сведений...
Лекциона́рий — богослужебная книга, сборник фрагментов текстов Священного Писания, расположенных согласно порядку церковного года и применяемая во время богослужений для библейских чтений Литургии слова, в восточной традиции именуемой литургией оглашенных. Возникновение лекционариев различные исследователи относят к III—VIII векам, предшественниками полноценных лекционариев были лекционарные заметки на полях манускриптов священного писания.
Месяцесло́в (др.-рус. мѣсѧцесло́въ, мѣсѧцосло́въ, ошибочная калька с (др.-греч. μηνολόγιον = др.-греч. μήν — «месяц» + др.-греч. λέγω — «собирать»), а не от др.-греч. λόγιον — «слово» или свя́тцы) — православный церковный календарь, церковно богослужебная книга с указанием дней памяти святых, годового круга церковных праздников. В православной церкви входит в состав таких богослужебных книг, как служебник, апостол, минея и типикон; может содержать также указания на особенности богослужения в тот...
«Хожде́ние Богоро́дицы по му́кам» — довольно популярный в древнеславянской письменности апокриф, представляющий собой перевод и отчасти переделку греческого «Откровения пресвятой Богородицы». Текст описывает муки грешников в аду. Пользовался особой популярностью у старообрядцев.
Апо́стольские мужи́ (греч. Αποστολικοί Πατέρες — апостольские отцы) — авторы ряда раннехристианских текстов второй половины I и II веков. Наименование «апостольские мужи» призвано продемонстрировать их прямую связь с апостолами, которых многие из апостольских мужей знали лично. Термин появился лишь в XVII веке и обычно связывается с именем патролога Котелериуса, издавшего в 1672 году под названием лат. Patres aevi apostolici писания Варнавы, Климента Римского, Ермы, Игнатия и Поликарпа.
Цветник — в русской библиографии общее название рукописных и старопечатных сборников определённого характера.
Номокано́н (греч. Νομοκανών — закон-правило) — византийские сборники церковных правил и императорских указов, касающихся церкви, составленные в VI—VII веках и впоследствии дополненные. Древнейший из номоканонов приписывают патриарху константинопольскому Иоанну III Схоластику (VI век). Известен также сербский номоканон архиепископа Саввы Сербского — Законоправило. Одна из редакций «Номоканона» была положена в основу древнерусской «Кормчей книги» (XIII в.) — основного источника церковного права в средневековой...
Торже́ственник — книга периода с конца XIV по XVII века, памятник русской письменности и литературы; древнерусский календарный сборник житий и похвальных слов, происхождение которого было вызвано богослужебными потребностями: статьи торжественника предназначались для чтения при богослужении, в поучение верующим. Однако к концу XVI века из сборника уставных чтений торжественник становится исключительно литературным сборником.
Евхоло́гий, Евхологио́н (ст.‑слав. Еѵхоло́гїй, Еѵхоло́гїωнъ, др.-греч. Εὐχολόγιον — «Сборник молитв» или «Молитвослов» от др.-греч. εὐχή — «молитва» + др.-греч. λέγω — «собирать») — православная богослужебная книга, являющаяся сборником молитв и чинов, взятых из «Служебника» и «Требника». В ней собраны молитвы на разные случаи. Эта книга была в употреблении ещё у византийцев. Из изданных в более позднее время известен евхологий, изданный Ж. Гоаром. Большое количество евхологиев собрал в своем сочинении...
И́кос (др.-греч. οἶκος — дом) — церковное песнопение, восхваляющее и прославляющее чествуемого святого и церковное событие. Икос образует составную часть утреннего канона, в котором помещается после 6-й песни (непосредственно вслед за кондаком). Автором первых икосов был, согласно церковному преданию, св. Роман Сладкопевец.
Аллилуиа́рий — изменяемая (чаще всего) часть литургии, состоящая в неоднократном пении Аллилуйя со стихами из Псалтири, предваряющая чтение Евангелия. Присутствует в большинстве существующих богослужебных обрядов.
Дидакти́ческая литерату́ра (от др.-греч. διδασκειν — поучать) — литература поучительного содержания, в которой художественная форма используется для выражения научных, этических, философских и прочих идей.
А́пракос (др.-греч. ἄπρακτος — не-делающий, не-дельный, праздничный) — разновидность Евангелия или Апостола, иначе именуемая «Недельным Евангелием (Апостолом)» или «Богослужебным Евангелием (Апостолом)», в которой текст организован не в каноническом порядке, установленном на Лаодикийском соборе, а календарно, согласно с недельными церковными чтениями, начиная с Пасхальной недели. Апракосами являются многие древнейшие славянские евангельские рукописи: Саввина книга, Остромирово евангелие, Архангельское...
Перевод Библии архимандрита Макария — первичный перевод Ветхого завета на русский язык, выполненный архимандритом Макарием (Михаил Яковлевич Глухарёв) с древнееврейского языка (масоретский текст) на русский язык, с ограниченным использованием церковнославянской лексики.
«Вертогрáд многоцвéтный» — поэтический сборник Симеона Полоцкого, над которым автор работал в 1676—1680 годы. Включает в себя несколько тысяч стихотворных текстов, написанных силлабическим стихом. Является памятником русской литературы второй половины XVII века и одним из наиболее изученных текстов Симеона.

Подробнее: Вертоград многоцветный
«Све́те ти́хий» (греч. Φῶς ἱλαρόν) — христианская молитва, наиболее употребительная у православных, на вечерне. Греческий текст молитвы считается одним из древнейших гимнов (в церковной традиции датируется IV веком). Употребительные мелодии на церковнославянский текст молитвы «Свете тихий» относятся к XVII—XIX векам.
Краткое славословие (Слава, Малое славословие, Малая доксология, лат. Gloria Patri) — краткая христианская молитва к Пресвятой Троице, широко употребляется в богослужении. Данная молитва не содержит каких-либо прошений, а только восславляет Бога.
Апо́криф (от др.-греч. ἀπό-κρῠφος — «скрытый, сокровенный, тайный» ← др.-греч. ἀπο- — «приставка со значением: прошлого» + др.-греч. κρύφος, κρυφός, κρυπτός — «скрытый») — произведение религиозной литературы (иудейской и христианской), посвящённое по преимуществу событиям и лицам Священной (ветхо- и новозаветной) и церковной истории, не включённое в канон Церковью (а ветхозаветный апокриф — также и иудейской синагогой).
Ви́рши (от лат. versus — стих, польск. wiersz, укр. вірш) — один из видов стиха духовного, а затем и светского содержания, развивавшийся сначала в Польше, затем на Украине и в Белоруссии с конца XVI до начала XVIII века, а после перешедший и в русскую литературу (конец XVII—XVIII века). Ранние восточнославянские вирши носили тонический характер, впоследствии под польским влиянием стали силлабическими, и этот термин стал ассоциироваться прежде всего с силлабикой. Впоследствии в разговорном русском...
Летопи́сец Е́ллинский и Ри́мский, или Е́ллинский и Ри́мский летопи́сец, или Е́ллинский летопи́сец (сокращённо ЕЛ) — крупнейший древнерусский компилятивный хронографический памятник.
Непереходящие праздники (также неподвижные праздники) — христианские праздники с неподвижными датами по солнечному календарю.
Студи́йский уста́в — набор правил и указаний, определявший порядок служб и регламентировавший использование основных богослужебных книг в византийской литургической традиции IX—XIV веков. Своим происхождением устав обязан преподобному Феодору Студиту (ум. 826), настоятелю Студийского монастыря.
Ирмо́с (церк.-слав. Ірмо́съ греч. εἱρμός — сплетение, связь), в византийском и русском православном богослужении — первая строфа в каждой из девяти песен канона, в которой прославляются священные события или лица. Ирмос служит мелодико-метрическим образцом для последующих строф (тропарей) данной песни. Тексты ирмосов гимнографические (в основном, парафразы Священного Писания). Музыкально ирмосы подчиняются системе осмогласия.
Моли́твы у́тренние (церк.-слав. Мл҃твы ᲂу҆́трєннїѧ) — первая часть обязательного ежедневного регулярного молитвенного правила прихожанина и клирика Русской Православной церкви, а также некоторых поместных церквей, исторически связанных с Русской. Молитвы, читаемые каждым утром. Тексты утренних и вечерних молитв можно найти в православном молитвослове.
Богоро́дичен (др.-греч. Θεοτοκίον) — в православном богослужении то или иное молитвенное песнопение в честь Божией Матери: стихира, тропарь или седален. Богородичны входят в состав всех служб, помещены во всех богослужебных книгах, кроме Евангелия.
Чи́нопосле́дование, последование (греч. ακολουθία) — в православной Церкви закреплённое церковными правилами или традиционно сложившееся последовательное сочетание молитв, песнопений и действий, совокупность которых составляет определённое богослужение. Например: «Чинопоследование всенощного бдения», «Чинопоследование Литургии преждеосвященных Даров» и т. п. Чинопоследованиями называются как отдельные службы ежедневного суточного богослужебного круга, так и различные таинства, требы и некоторые обряды...
Трио́дь, Триодио́н (от др.-греч. τρία — «три» и ᾠδή, ᾠδά — «песнь») — богослужебные книги православной церкви, содержащие трёхпесенные каноны (трипеснцы), откуда и происходит название.
Вели́кое славосло́вие (греч. Ἡ μεγάλη δοξολογία) — в православном богослужении молитвословие, основанное на ангельской песне, пропетой при благовестии пастухам о Рождении Иисуса Христа...
Азбуко́вники — рукописные сборники статей нравоучительного, учебного и энциклопедического содержания. Списки непонятных иностранных слов с их кратким объяснением (обычно глосс к текстам). Азбуковники составлялись в XVII веке на Украине и в России. Примерный синоним — глоссарий. Образцом служили западноевропейские тезаурусы.
«Дио́птра» или «Душезри́тельное зерца́ло» (др.-греч. «Διόπτρα» — зеркало) — сочинение византийского монаха XI века Филиппа Монотропа («Пустынника»).
Кни́жная спра́ва в Русском царстве в середине XVII века — деятельность в Русской церкви по редактированию текстов переводов богослужебных книг в 1640—1660-е годы. Наиболее важные правки в редакции текстов (наряду с рядом иных богослужебных изменений) были официально приняты при царе Алексее Михайловиче и Московском патриархе Никоне (отсюда распространённое название «никоновская книжная справа»). Несогласие с этими изменениями среди части Церкви послужило одной из причин раскола Русской церкви. В...
Кано́н (греч. κανών — правило, норма) — основанный на библейских песнях многострофный жанр православной богослужебной гимнографии, посвящённый прославлению какого-либо праздника или святого. Канон входит в состав утрени, повечерия, воскресной полунощницы, отпевания, панихиды, соборования и некоторых других богослужений, а также может читаться на молебнах и в келейной (домашней) молитве.
Законопра́вило Свято́го Са́ввы было составлено святым Саввой в 1219 году. Это был первый сербский устав.
Ексапостила́рий (также экзапостила́рий греч. ἐξαποστειλάριον; от греч. ἐξαποστέλλω — посылаю) или Свети́лен (греч. φωταγωγικά от греч. φωτός — свет + греч. ἄγω — вести, приводить) — в Православии песнопение, которое поётся на утрени по 9-й песни канона и малой ектении, а в воскресные дни — по пении Свят Госпо́дь Бог наш.
Доксоло́гия (от греческого греч. δόξα- слава, греч. λόγος — слово) — в христианской терминологии молитва, выражающая славословие Богу.
Псевдоэпиграфические сочинения, в современной текстологии также псевдэпиграфы (от др.-греч. ψευδής — ложный, обманчивый + др.-греч. ἐπι-γρᾰφή — «надпись») — тексты, приписываемые какому-либо лицу, не являющемуся их настоящим автором, — как правило, хорошо известному ритору, церковному либо общественному деятелю. Традиция ведёт начало с античности. Так, например, известны сочинения, приписываемые Дионисию Ареопагиту (о нём упоминается в Библии, Деян. 17:34), спутнику апостола Павла в Греции, впоследствии...

Подробнее: Псевдоэпиграфика
Неде́ля (церк.-слав. недѣ́лѧ) — в церковнославянском языке, который является богослужебном языком Русской православной церкви, название воскресного дня, когда «не делают» обычных работ, во исполнение четвёртой заповеди. Слово неделя происходит от — «не дело», то есть тот день, когда не занимаются работой (делом). В большинстве славянских языков слово имеет значение «нерабочий день, воскресенье». Встречается в памятнике XI века — Остромировом Евангелии, в этом же значении: «въ недѣлѭ».

Упоминания в литературе (продолжение)

Течение моей повести заключается между половинами 1396 и 1398 годов (считая год с первого марта, по тогдашнему стилю). Все исторические происшествия и лица, в ней упоминаемые, представлены с неотступною точностию, а нравы, предрассудки и обычаи изобразил я, по соображению, из преданий и оставшихся памятников. Языком старался я приблизиться к простому настоящему русскому рассказу и могу поручиться, что слова, которые многим покажутся странными, не вымышлены, а взяты мною из старинных летописей, песен и сказок. Предмет сей книги не позволяет мне умножить число пояснительных цитат, но читатели, Для проверки, могут взять 2-ю главу 5-го тома «Истории государства Российского» Карамзина, «Разговоры о древностях Новагорода»[1] преосвященного Евгения и «Опыт о древностях русских» Успенского. (Примеч. автора.)
Важно, что самое раннее упоминание одной из пяти дорог содержится в латинском житии св. Финтана, возможно VII в., где упомянута дорога Мидлохайра (acer Midlochre)[53]. Нужно сказать несколько слов о значении ранней ирландской житийной литературы. Ирландские агиографические произведения на латинском языке появляются в VII в. Самое раннее агиографическое сочинение – «Житие Бригиты из Келл Дара» Когитоса. Жития святых часто представляли собой случайные композиции, служащие местным условиям и интересам, доказывая исключительную святость места и местного святого с помощью чудес, им совершенных. Каждая община должна была продемонстрировать, что ее патрон был по святости не ниже остальных. Перед авторами житий часто стояли прагматические цели повышения репутации основателя монастыря для привлечения большего потока паломников и даров. Интересно, что иногда чудесные силы святого имели «вредоносный» характер, например, Руадан из Лоррха «любил проклятия»[54], св. Лашрен опрокидывает дерево Эо Росса. Часто в житиях мы имеем дело с кельтскими традиционными мотивами, а святые оказываются древними языческими божествами.
Итак, любое «свое» – то есть, в частности, новое – «замышление» безоговорочно отвергается. Однако речь идет в этом тексте не вообще о культуре, а о культуре церковной, вернее, о культе, воплощенном в иконе. А собственно «литературное» «Слово о полку Игореве», напротив, в самом своем зачине объявляет о себе, что оно будет создаваться по иному «замышлению», чем у великого песнотворца предшествующей эпохи. Из этого естественно сделать вывод, что и былинный эпос, созданный в определенный период, позднее уже не создавался, а только в той или иной мере изменялся и «дополнялся».
Непонятное слово «Пандекты» в названии творения преп. Антиоха требует объяснения. Его можно перевести буквально как «вмещающие в себя всё», «всеобъемлющий словарь или энциклопедия»[17], следовательно, это произведение, имеющее характер флорилегия[18], претендует на широкий охват тем популярного характера. Упоминание же о Богодухновенных или Святых Писаниях свидетельствует о прежде всего библейской составляющей данного сочинения (хотя, отметим, лишь библейской цитацией преп. Антиох не довольствуется, а привлекает и святоотеческие источники). С этой точки зрения «Пандекты» Антиоха можно охарактеризовать как своего рода обширную энциклопедию нравственно-аскетического учения, базирующуюся на Священном Писании и отцах Церкви. Здесь «преп. Антиох с помощью многочисленных цитат вкратце изложил всю премудрость, заключенную в Священном Писании и трудах святых отцов Церкви, которую он постиг через собственный духовный опыт»[19].
Эти восемьсот песен сохранились в письменном виде в трех основных трудах. Жизнеописание Миларепы, составленное со слов его ближайшего ученика Речунгпы, впервые перевел на английский Кази Дава Самдуп. Книга впервые вышла в 1928 году в Лондоне под заглавием «Великий йог Тибета Миларепа» (ред. Эванс-Венц). Затем Лобсанг Лхалунгпа перевел этот текст повторно и назвал книгу «Жизнь Миларепы» (издана в Нью-Йорке в 1977 году). Крупная подборка историй и песен под названием «Сто тысяч песен» была переведена Гармой Чангом и издавалась в различных редакциях. Оба этих труда содержат те материалы о Миларепе, которые уже не новы и на Западе, и на Востоке. Кроме того, существует редкое и малоизвестное собрание произведений «из устной передачи»: оно содержит, за некоторыми исключениями, совершенно другой материал. Это труд «Истории и песни, берущие начало в устной традиции Джецюна Миларепы»[9]. Он послужил источником при составлении данной книги, а также дополняющего ее издания «Удивительное путешествие» (Lotsawa, 1986). Еще несколько поучений Миларепы о практике можно найти в «Сокровищнице наставлений», а в менее известных тибетских изданиях содержатся другие варианты сборников историй и песен этого великого мастера.
Как известно, большинство книг Ветхого Завета (ТаНаХа – в еврейской традиции) написано на древнееврейском языке, или библейском иврите. Они многократно переводились на русский язык, сохраняя при этом многие существенные особенности оригинала. Один из лучших – перевод Д. Йосифона – сделан в семидесятых годах прошлого века. Все цитаты в тексте книги даны в соответствии с этим переводом. Однако сегодня в России самым распространенным остается синодальный перевод Библии, осуществленный под эгидой Синода РПЦ еще в конце XIX века. Это часто ведет к искажению личных имен и географических названий. Тем не менее, чтобы не создавать путаницы, автор использует «синодальные» имена, хорошо знакомые многим читателям с детства, при этом указывая в скобках аналог ивритского оригинала. Другие, менее известные имена собственные, он приводит в их изначальной форме, естественно, адаптированной к русскому языку. Неизвестные читателю слова лучше все же не подвергать искажениям даже в угоду освещенной временем традиции. Иногда, по необходимости, во избежание недоразумений он помечает в скобках: синод. и иврит., тем самым указывая на происхождение данной именной формы. Автору кажется, что так читатель легче усвоит текст, не прибегая к дополнительным справочным материалам.
Поэтому можно с уверенностью сказать, что данное произведение представляет собой один из лучших обзоров церковной догматики в Древней Церкви и находится в одном ряду с такими произведениями, как трактат «О началах» Оригена, «Большое огласительное слово» свт. Григория Нисского, «Энхиридион» блж. Августина и «Точное изложение Православной веры» преп. Иоанна Дамаскина. По словам И. Кастена, этот труд блж. Феодорита является «уникальным в греческой патристической литературе и очень ценным в истории догматов»[25]. Впрочем, очевидно, что он и до сих пор не потерял своей актуальности.
Если спросить любителя русской истории, в каком произведении содержится упоминание о Евпатии Коловрате, то большинство не задумываясь ответит – в «Повести о разорении Рязани Батыем», наиболее осведомленные добавят – которая входит в цикл повестей о Николе Зарайском. В подтверждение своих слов нам покажут солидное издание «Памятники древнерусской литературы», в оглавлении которого черным по белому будет написано название – «Повесть о разорении Рязани Батыем».
Как видно из характеристики иллюстраций и обзора пояснительных текстов, журнал позволяет получить достоверное впечатление об обеих святынях, в нем совершенно корректно приведены исторические и коранические сведения. Заслуживает внимания и то, что в текстах автора (может быть, не намеренно) подчеркивается то общее, что есть в монотеистических религиях (так, например, он переводит «бейтулла» как «Божий дом», говорит «Бог», упоминаются одинаково почитаемые в мировых авраамитических религиях Авраам, Гавриил). Замечания можно сделать относительно передачи имен собственных и нескольких специфических терминов, что отмечалось в ходе нашего обора. Научная терминология и правила транскрипции или транслитерации арабских слов в русском языке в конце XIX в. не были еще строго определены и регламентированы, использовались ходовые слова и обороты, часто заимствованные из языков-посредников (в частности, французского, например, Магомет вместо Мухаммад или Мухаммед). Месяц паломничества автор называет дзюльгидше (правильно: зу-л-хиджжа). В целом же стоит отметить, что широкие слои русской публики благодаря журналу «Всемирная иллюстрация» могли получить верное и исполненное уважения к другой вере представление об арабских мусульманских святынях и ознакомиться с обычаями мусульманских народов. Этот опыт, распространенный в многоконфессиональной и многонациональной Российской империи, достоин всяческого уважения и, возможно, подражания. Богатые книжные фонды БАН и их изучение и библиографирование могут с успехом способствовать этому.
Древняя Христианская Церковь в вопросе авторства книги не была единодушной. Так, святой Афанасий Александрийский пишет: «Начиная с сей книги (Книги Иисуса Навина. – Арс.) даже до Ездры, не все из них теми написаны, коих имена на себе носят и о ком повествуют»[5]. Однако, он не отрицает древности происхождения книги, полагая, что писателем вполне мог быть современник Иисуса Навина: «Оные (книги от Иисуса Навина до Ездры. – Арс.) в разные времена написали современные событиям пророки»[6]. Блаженный Феодорит приписывал происхождение книги позднейшему лицу, потому как в ней упоминается, по его словам, о какой-то «найденной книге»[7]. Замечательный русский библеист-ветхозаветник начала XX в. Юнгеров делает по этому поводу предположение, что блаженный Феодорит читал в Нав. 10:13 «ε?ρεθ?ν», найденный вместо «ε?θης», праведный[8]. Блаженный Иероним, знакомый с иудейским взглядом на историю канона священных книг, напротив, отстаивает принадлежность книги Иисусу Навину: «Находящееся здесь (в Книге Иисуса Навина. – Аре.) описание раздела земель, в предупреждение опасных споров, необходимо должен был сделать Иисус Навин»[9]. Не сомневался в принадлежности книги Иисусу Навину и Исидор Севильский. Святитель Иоанн Златоуст также относится к сторонникам авторства Иисуса Навина: «Иисус получает повеление разделить землю между израильтянами и описывает, какое колено какой получило удел, и что дано левитам»[10].
В том, что данное соседство не являлось случайным, убеждают наблюдения над четьими сборниками конца XV–XVI в. Для Иосифа Волоцкого писцом Павлом Васильевым в Новгороде было переписано Пятикнижие, в прибавлении к которому были помещены два полемических трактата «Вера и противление крестившихся иудеи в Африкии и в Карфагене и о въпрошении, и отве-тех, и о укреплении Иакова Жидовина» (РГБ. Волоколамское собр. (далее: Волок.). № 5. (1494 г.) Л. 377–483) и «Слово святого Козмы пресвитера на еретикы» (Там же. Л. 484–563). В литературе бытовало мнение, что сочинение «Вера и противление крестившихся иудеи в Африкии и Карфагене» было переведено с латыни Дмитрием Герасимовым в 1491 г. в Риме[198]. Это мнение вряд ли справедливо, поскольку можно указать список сочинения под названием «Книга Яков Жидовин», который датируется более ранним временем[199]. «Книга» представляет собой полемический трактат антииудейской направленности, в котором подробно обличается иудейское вероучение и образ жизни. Обстоятельства появления этого объемного сочинения на Руси совершенно не изучены.
Среди всех творений свт. Григория Двоеслова, папы Римского, наибольшую известность и славу стяжали «Собеседования о жизни Италийских отцов и о бессмертии души» (или «Диалоги» – от этого названия он и получил свое прозвище Двоеслова, ибо так на славянский язык дословно переводили слово «диалог»). Они напитывали душу христиан многих поколений и различных стран: в далекой тогда Англии Беда Достопочтенный ссылается на «Диалоги» с таким же почтением, как и восточный подвижник блж. Иоанн Мосх. Полностью переведенные на греческий язык в VIII веке папой Захарией, они быстро стали известны всему православному миру[1]. Имеется большое количество рукописей славянского перевода «Собеседований»; самый древний из сохранившихся списков относится, вероятно, к XIV веку, хотя первые опыты переводов, возможно, были сделаны еще ранее, в Болгарии в X–XI веках[2]. Иногда это сочинение характеризуют как «популярную книгу», уподобляя ее творению блж. Августина «О граде Божием», «переписанному для простецов»[3], однако нельзя не учитывать того факта, что книга сия находила (и находит) доступ не только к сердцам «простецов», но и к сердцам христиан, отличавшихся самым изыс канным вкусом.
Письменность и литература прежде всего относятся к словесности, как вид к роду. Понятие, выражаемое словесностию, гораздо общее, нежели понятия, выражаемые письменностию и литературою: в обширном смысле, словесность заключает в себе и письменность и литературу, как ее же собственные проявления. Все, что находит свое выражение в слове, все это принадлежит к области словесности: и народная поговорка или пословица – и курс философии; и народная сказка или песня – и эпическая поэма или драматическое произведение как великого поэта, так и бездарного сочинителя; и летопись, и история, и ученое сочинение, и учебник, и лексикон, и каталог книг, и книжка о легчайшем способе отращивать волоса и истреблять мух. К области письменности принадлежат те словесные произведения, которые народ, не знавший еще книгопечатания, почел достойными сохранить от забвения посредством письменного искусства. Под литературою разумеется или словесность народа, исторически развившаяся и отражающая в себе народное сознание, или какая-нибудь отрасль словесности, обнимающая собою известную сторону искусства и науки. Так, в последнем случае говорится: литература эстетики, литература истории, литература математики, медицины, технологии и т. д., разумея под этим собрание всех сочинений, относящихся до того или другого из исчисленных предметов. Понятие о литературе тесно связано с понятием о книгопечатании.
Казалось бы, все это должно было положить конец дальнейшему распространению сведений о так называемой «Влесовой книге». Однако в статье В. Скурлатова и Н. Николаева («Неделя», 1976, № 18) читатели были вновь оповещены о существовании памятника, который (если будет доказана его подлинность) должен быть причислен к открытиям, проливающим якобы новый свет на древнейшую историю восточных славян. Правда, авторы ставят вопрос как будто альтернативно: памятник, который они называют «таинственной летописью» или «Влесовой книгой», может быть, с их точки зрения, или подделкой, «интересной мистификацией», или «бесценным памятником мировой культуры»; «следствие» о «Влесовой книге», пишут они, «еще не закончено, и научный суд над ней не вынес окончательного приговора». Содержание же статьи показывает, что В. Скурлатов и Н. Николаев склонны считать «таинственную летопись», написанную на «дощечках», источником достоверным, подлинным. Поскольку содержание ее «необычно», «не укладывается в рамки существующих представлений о древности славянской письменности», постольку, многозначительно замечается во вводных словах к статье, «недоверие было первой реакцией некоторых ученых». Тем самым авторы как бы отмежевываются от ученых, высказывающих сомнения в подлинности «Влесовой книги».
Жанр поучения в литературе Киевской Руси и его разновидности. Личность и судьба митрополита Илариона. Время возникновения «Слова о законе и благодати». Религиозно-философское и политическое начала в содержании «Слова». Произведение Илариона как памятник торжественного красноречия: композиция, поэтические и риторические средства, ритмическая организация. Литературное значение «Слова».
Из кратких сведений источников известно, что грамматик Аполлодор, сын Асклепиада (время жизни определяется приблизительно 180–109 гг. до н. э.), был по происхождению афинянином, учился у известного философа Панэтия и грамматика Аристарха. Расцвет его деятельности приходится на середину II в. до н. э. и связан с александрийским периодом его жизни. Аполлодору принадлежат сочинения «Хроника», «О богах», «Периэгеза» («Описание земли») и ряд других, в которых он в стихотворной форме изложил события от 1084 г. до н. э. до своего времени. Эти произведения снискали ему славу хорошего писателя, мастера в изложении разных историй. Он также занимался исследованием этимологии греческих слов (являлся составителем так называемых «Этимологий») и вопросами мифологии, и его мнение на этот счет учитывалось александрийскими учеными.
Ученые спорят, существовало ли словоразделение в древнееврейском письме и как оно производилось. Но все согласны, что ко времени введения квадратного письма словоразделение уже было. Деление ветхозаветных книг на определенные, достаточно большие разделы было сделано самими древними авторами этих книг. Так, например, в Книге Бытия исследователи находят 10 больших отделов, на которые автор или редактор разделил книгу. Каждый такой отдел начинается словами: «таково событие» или «вот». Вот происхождение неба и земли, вот родословие Адама, вот житие Ноя и т. д. Пророки тоже обозначали особыми словами разделы своих книг: видение Исайи, слово, которое было в видении, и т. д.
Еще одна вольность при переводе состояла в передаче на русском языке того, что автор оставлял на латинском, будь это название книги, фраза или отдельные слова. Цитирование религиозных источников осуществлялось по каноническим русским изданиям. Переводчик стремился сохранить единообразие терминологии во всей книге, хотя в некоторых случаях это представлялось неестественным: ведь автор к такому единообразию не стремился. Транскрибирование греческих и еврейских слов и имен осуществлялось по английскому образцу, если не было очевидного или общепринятого русского эквивалента. В предлагаемом издании была полностью сохранена авторская система выделения отдельных слов и частей текста. Книга никоим образом не предполагает «легкого» чтения, и, вообще говоря, она для подготовленного читателя, знакомого с мифологией, историей, философией, религией и другими областями человеческой культуры. Вместе с тем сведений из энциклопедии «Мифы народов мира» (М., 1988) вполне достаточно для понимания почти всего текста.
Эпизод с явлением зверя во всех известных рукописях «Сказания» излагается одинаково, почти слово в слово, что также говорит об особом внимании переписчиков именно к этой части текста.
Во второй половине XVII в. ренессансно-барочная традиция панегирика – в ее латино-польском варианте – проникает и в Россию. Здесь она сыграла решающую роль в утверждении новой придворной культуры и нового придворного церемониала. Латинская барочная традиция эпидейктического красноречия, первые русские образцы которого были созданы Симеоном Полоцким[44], вписалась на русской почве в уже подготовленный культурный контекст. Эпидейктическое ораторское искусство зародилось еще в Киевской Руси, под влиянием византийской риторики, образцы которой были переведены на церковнославянский язык: одновременно они содержали критерии составления текста, в русском Средневековье не опиравшиеся на метатекстовую, то есть кодифицированную в руководствах, риторику. «Слово о законе и благодати» Илариона было толчком для развития русского панегирика, достигшего в XV–XVI вв. в Москве своего расцвета. Эта церковная традиция, изначально отмеченная политической направленностью, особенно ярко раскрылась в жанре панегирической проповеди[45].
Особое место в творчестве Евгения Лукина занимают поэтические переложения эпических песен средневековой Руси – «Слово о полку Игореве», «Слово о погибели Русской земли», «Задонщина». Он глубоко проник в характер мифопоэтического сказа и могучую духовную энергию народного предания, в суть анимистической символики природы в миропредставлении славянорусов, постиг смыслоценности бытия дружинного рыцарства, ощутил накал патриотических чувств создателей эпоса и осознал значимость творческого воскрешения древних песен для нового единения россиян, запутавшихся в хаосе разлада последнего десятилетия минувшего века. Переложение знаменитого памятника древнерусской литературы на современное наречие было очень удачным в художественном отношении и вполне соответствовало духу первоисточника. Это поэтическое переложение высоко оценили великий исследователь культуры Руси академик Д. С. Лихачев и ученые – знатоки эпического наследия Л. А. Дмитриев и О. В. Творогов.
Святой Григорий отправлял монахов в Англию, и они несли туда культуру латинской Церкви. Англосаксонские монахи, благодаря которым этот римский посев принес плод, вынуждены были сами создавать средства выражения своей веры. Это было необходимо и для совершения культа, для богослужения, которое было источником вдохновения для их поэтического творчества, и для апостольской деятельности. Эльфрик, например, был и «проповедником, и грамматиком»94. Долгое время, пока континент опустошался постоянными набегами, да и после этого, латинская культура сохранялась в основном в Англии. Труд святого Юлиана Толетанского Ars grammatica сначала был известен святому Альдхельму, а потом Беде Достопочтенному95. Последнего можно считать поистине чудесным плодом этих трудов: спустя менее ста лет после святого Августина Кентерберийского внук язычников стал учителем Церкви и одним из классиков христианской литературы! Этот потомок варваров знал и цитировал Плиния и других авторов классической античности, особенно поэтов: Овидия, Лукиана, Стация, Лукреция, а больше всего – Вергилия, которому пытался подражать. Он хорошо знал сочинения Отцов Церкви, особенно Августина, святого Григория, и сумел создать из этого драгоценного наследия единое гармоничное целое. В своем трактате о стихосложении он приводит в пример сочинения и классиков, и христианских авторов, и литургические гимны; он оправдывает вольности в отношении классических правил, которые позволял себе Седулий, чтобы воспеть славу Пресвятой Троицы96 или точнее передать истину слов Господа97.
Принято считать, что «Повесть» закончена «мудрым» летописцем Нестором в 1106 г. По мнению современных исследователей Нестор «творил» свою историю в XVI или в XVII веке. Например, Нестор, повествуя о приезде к Владимиру в 986 г. представителей разных религий, упоминает «немцев из Рима». Слово «немец» для обозначения любого западноевропейца вошло в обиход в XVI веке, а во времена Владимира их называли «фрязы» или «латины».
Составляя описания Святой Земли, древнерусские авторы руководствовались греческими проскинитариями и ставили перед собой вполне определенные, практические цели. У древнего писателя-паломника способ изображения святых мест базировался главным образом на личном опыте, при этом «чем точнее и вернее он передаст в очерковых описаниях не столько свои впечатления, сколько сами явления и предметы, тем в большей мере жанр будет отвечать своему назначению»[40]. Стремясь как можно точнее представить увиденные им реалии, средневековый писатель обращал внимание преимущественно на внешнюю, видимую сторону предмета. Отсюда преобладание конкретной лексики, присутствие некоторых иноземных слов, особого типа сравнений в языке автора хожения. Детальное описание святых мест было ориентировано на литературный этикет эпохи.
В том же XIX в., особенно после Отечественной войны 1812 г., усиливается интерес к изучению истории русского языка, наречий, географических названий, народных песен, поверий, преданий, обычаев и т. д. – словом, всего, что могло составить, по выражению М.П. Погодина, материал «для славянских сеней в русскую историю»[20]. Особенно в этом преуспели так называемые славянофилы и их последователи: К.С. Аксаков, А.Н. Афанасьев, Ф.И. Буслаев, А.Ф. Гильфердинг, В.И. Даль, П.В. Киреевский, П.Н. Рыбников, П.В. Шейн и другие, старания которых дали возможность читающей публике уяснить родство и единство общеславянской жизни, а также понять и объединить все главнейшие явления русской истории, выделить русский народ как своеобразный и самобытный, связанный с общечеловеческим историческим движением. Но, к сожалению, ни один из авторов не сделал даже попытки обратиться к изначальной истории росов как таковых, ограничиваясь, в лучшем случае, констатацией их славянских корней.
Однако наряду с традиционной существовала с середины III века и другая точка зрения, выразителем которой принято считать святителя Дионисия Александрийского. Его слова приводит Евсевий Памфил в Церковной истории: «С тем, что он зовется Иоанном и что книга эта написана Иоанном, я не спорю, как не спорю, что это человек святой и вдохновленный Богом, но мне трудно согласиться, что это апостол, сын Зеведеев и брат Иакова, написавший Евангелие от Иоанна и Соборное Послание. Меня приводят к этому заключению и весь характер изложения у обоих писателей, и выбор слов, и построение данной книги»[2].
Есть и такие апокрифы, которые продолжают библейские традиции. Среди них мы найдем и пророческие книги («Завет двенадцати патриархов»), и даже псалмы: книга «Псалмов Соломоновых», по-видимому, единственный дошедший до нас сборник молитв самых первых иудеохристиан. Удивляться тому, что текст, созданный уже после пришествия Христа, носит имя царя, жившего почти за тысячу лет до Него, не приходится – такова особенность апокрифической литературы. Имя знаменитого пророка или героя, стоящее в заглавии книги, указывает не столько на ее авторство, сколько на ту духовную традицию, к которой принадлежит этот текст. Вдохновенные слова этих молитв мы могли бы повторить и сегодня:
Цель данного введения – объяснить слова Джамгёна Конгтрула и придать его работе такую форму, в которой она станет яснее и доступнее для западного читателя. Я написал его по следующим причинам. Во-первых, вплоть до сегодняшнего дня не существует полного комментария к «Сокровищнице знаний». Во-вторых, труд Джамгёна Конгтрула лаконичен и труден для понимания. В-третьих, его работа энциклопедическая; в ней собран материал из многих источников и заимствованы крупные фрагменты из трактатов Гампопы «Драгоценное украшение Освобождения» (dam chos yid bzhin nor bu thar pa rin po che'i rgyan) и Бутона «История буддизма» (chos 'byung). Другие важные цитаты, с которыми, как он считает, аудитория должна быть знакома, он опускает. Не включенный сюда материал я брал из тибетских подлинников: трудов Гампопы и Бутона, а также из Гандавьюха-сутры (sdong po bkod pa'i mdo). В попытках составить комментарий, который мог бы обосновать и дополнить бесценное произведение Джамгёна Конгтрула, я опирался на сутры, письменные произведения и устные наставления совершенных лам.
2. Древнейшее свидетельство о составленном Тацианом Диатессароне дает Евсевий Кесарийский (IV в.) в своей «Церковной истории»: «Тациан составил какое-то согласование и свод Евангелий, которое назвал Диатессароном; это сочинение и теперь еще находится у многих» (т. IV, стр. 29). Слова первого церковного историка подтверждает и святой Епифаний Кипрский в своем «Сочинении о ересях» (т. 46, стр. 1), добавляя, что Диатессарон Тациана некоторые называли «Евангелием от евреев». Более же подробные сведения об этом творении Тациана сообщает Феодорит, епископ Кирский. «Тациан, – извещает он в своем “Сокращении еретического баснословия” (т. 1, стр. 20), – сложил Евангелие, которое называется Диатессароном, опустив родословные и все другие места, показывающие, что Господь по плоти происходил из семени Давидова. Этим Евангелием пользовались не только люди, принадлежавшие к его секте, но и те, которые следовали апостольскому учению, не сознавая коварства этого свода, а просто пользуясь им, как сокращенной книгой. Я сам нашел более двухсот книг этого рода, в почести имевшихся в наших церквах, все их отобрал в одно место и взамен их ввел Евангелия четырех евангелистов».
Эта книга создана как частица бесценного наследия известного историка и фольклориста Александра Николаевича Афанасьева (1826–1871). Он был глубоким исследователем славянских преданий, верований и обычаев. Эта книга выявляет живые связи языка и преданий, более того – воскрешает основы русского мышления, что особенно важно сейчас, когда язык и мышление русского человека изуродованы газетными штампами, блатным жаргоном и замусорены иностранными словами. К его трудам обращались разные поэты и писатели: А. К. Толстой и Блок, Горький и Бунин, Есенин. Данная книга сохраняет особенности старого правописания, чтобы дать почувствовать вкус и аромат словесных оборотов прошедшей эпохи.
а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я