Лета (океанида)

  • Лета — океанида. Сёстры океаниды: Асия, Гесиона, Диона, Дорида, Каллироя, Климена, Клития, Клония, Метида, Озомена, Плейона, Персеида, Стикс, Тихе, Филира, Эвринома и Электра.

    Отец Леты — титан Океан. В честь Лета назвали реку в Аиде.

    Река океаниды Лета — известна тем, что тот на кого попадёт капля её воды, тот забудет своё имя.

    (смотри в книге Перси Джексон и Олимпийцы).

Источник: Википедия

Связанные понятия

Океаниды (др.-греч. Ὠκεανίδες) — в древнегреческой мифологии нимфы, три тысячи дочерей титана Океана и Тефиды. Считалось, что они присматривают за всеми водными потоками на поверхности земли и даже под землей.
Нереиды (др.-греч. Νηρηίδες) — в древнегреческой мифологии морские божества, нимфы, дочери Нерея и океаниды Дориды, по внешнему виду напоминающие славянских русалок.
Фаенна (Фаэнна) в древнегреческой мифологии упоминается как одна из харит. Являлась дочерью верховного бога Древней Греции – Зевса и океаниды по имени Эвринома. Согласно иной версии, Фаенна была плодом любви Гелиоса – бога солнца и Эглы – геспериды.Хариты представляли собой воплощение доброго, вечно молодого, а также радостного начала жизни. Существовала некая связь между харитами и вегетативными силами природы, упорядочением земной жизни, а также трудовой и художественной деятельностью человека.Имя...
Тита́ны (др.-греч. Τιτᾶνες, ед. ч. Τιτάν) — в древнегреческой мифологии божества второго поколения, дети Урана (неба) и Геи (земли). Их шесть братьев и шесть сестёр-титанид, вступивших в брак между собой и породивших новое поколение богов: Прометея, Гелиоса, Муз, Лето и других.
Этна (др.-греч. Αἴτνη) — персонаж древнегреческой мифологии. Сицилийская нимфа, которую полюбил Зевс. Её поглотила земля, но затем из земли вышли близнецы Палики. Миф излагался в трагедии Эсхила «Этнеянки» (фр.6, 281а Радт).

Упоминания в литературе

Они вступили в браки между собой и породили новое поколение богов: Прометея, Гелиоса, Лето, а также муз и других. Таким образом, Рея – титанида в древнегреческой мифологии, супруга титана Кроноса и мать олимпийских богов: богини домашнего очага Бестии, богини полей и плодородия Деметры, богини семьи и родов Геры, бога подземного царства Аида, бога морей Посейдона, бога грома и молнии Зевса.
Когда Афродита узнала о смерти Адониса, полная невыразимого горя, сама пошла она в горы Кипра искать тело любимого юноши. По крутым горным стремнинам, среди мрачных ущелий, по краям глубоких пропастей шла Афродита. Острые камни и шипы терновника изранили нежные ноги богини. Капли ее божественной крови падали на землю, оставляя след всюду, где проходила богиня. Наконец нашла Афродита тело Адониса. Горько плакала она над так рано погибшим прекрасным юношей. Чтобы всегда сохранялась память о нем, велела богиня вырасти из крови Адониса нежному анемону. А там, где падали из израненных ног богини капли крови, всюду выросли пышные розы, алые, как кровь Афродиты. Сжалился Зевс-громовержец над горем богини любви. Велел он брату своему Гадесу и жене его Персефоне отпускать каждый год Адониса на землю из печального царства теней умерших. С тех пор полгода остается Адонис в царстве Гадеса, а полгода живет на земле с богиней Афродитой. Ликует вся природа, когда возвращается на землю к ярким лучам солнца юный, прекрасный любимец златой Афродиты Адонис.
У царя Приама был брат Тифон, очаровавший своей красотой крылатую богиню зари Эос, которая похитила Тифона и унесла его к себе на край Земли и Неба. Боги дали ему бессмертие, но не дали вечной молодости. Проходили дни и годы и оставляли безжалостные следы на его лице. Из красивого юноши он превратился в дряхлого, сморщенного старца.
Темным облаком в знак печали покрылась богиня Эос. Послала она на поле битвы своих сыновей, богов ветра, и принесли они тело Мемнона на берега реки Эсепа (ныне Чаталдере, Турция). Там оплакали его нимфы и соорудили ему гробницу. Эфиопы же – воины Мемнона – были превращены богами в черных птиц. С тех пор каждый год прилетают они на берега Эсепа к гробнице Мемнона и там оплакивают своего царя…
Дошедший до нас миф рассказывает о том, как Аполлон лишь однажды разгневал отца Зевса. Это случилось, когда сын Аполлона, известный эскулап Асклепий, необдуманно оживил одного смертного и тем самым разозлил бога Гадеса, лишив его одной тени усопшего в подземном царстве мертвых. В порыве злости Зевс убивает Асклепия перуном за неуважение перед законом Жизни и Смерти. В отмщение за смерть сына Аполлон поднял руку на верных оруженосцев Зевса, киклопов. Разгневанный на своевольное, необузданное поведение Аполлона, Зевс был уже готов отправить своего сына на вечное изгнание в Аид, но его мать Лето вымолила более мягкое наказание: Аполлон должен был год искупать свою вину, смиренно служа пастухом у царя Фер [1, III.10.4]. Миф об Аполлоне повествует о том, что, пройдя и усвоив полученный урок, бог Аполлон стал впоследствии во всем проповедовать умеренность и такие изречения, как «познай самого себя» и «ничего сверх меры» [10, I. 603-604].

Связанные понятия (продолжение)

Ни́мфы (др.-греч. νύμφαι, лат. nymphae — невесты) — божества природы в древнегреческой мифологии в виде девушек, олицетворяющих различные живительные и плодоносные силы Земли, природные объекты и явления. Каждая нимфа — это покровительница определённого объекта или явления природы, его душа и воплощение.
Ма́йя (др.-греч. Μαῖα матушка, кормилица; позднелат. Maia) в древнегреческой мифологии — старшая из семи сестёр-плеяд, дочерей титана Атланта и океаниды Плейоны, нимфа гор. Превосходила сестер красотой. Упомянута в «Одиссее» (XIV 435).
Асте́рия (др.-греч. Ἀστερία, «звёздная») — в древнегреческой мифологии звёздное божество, дочь титана Коя и Фебы, сестра Лето. Жена Перса, мать Гекаты.
Каллисто (др.-греч. Καλλιστώ, букв. «прекраснейшая») — в греческой мифологии аркадянка, дочь Ликаона (согласно Евмелу и другим). Именуется паррасийкой (Овидий). Либо одна из нимф (по Гесиоду), либо дочь Никтея (по Асию), либо дочь Кетея (по Ферекиду).
Корибанты (др.-греч. Κορύβαντες) — название мифических предшественников жрецов Кибелы или Реи во Фригии, в диком воодушевлении, с музыкой и танцами, отправлявших служение великой матери богов. Они — сыновья Аполлона и музы Талии, Или сыновья Аполлона и Коры-Персефоны. По родосцам, это некие демоны — дети Афины и Гелиоса. Либо они — дети Крона, либо дети Зевса и Каллиопы, тождественные Кабирам. Либо титаны дали Рее корибантов, прибывших из Бактрианы или Колхиды. Либо с Эвбеи. Овидий в «Метаморфозах...
Данаиды (др.-греч. Δᾰνᾰΐδες) — в древнегреческой мифологии 50 дочерей царя Даная, 49 из которых убили своих мужей в первую брачную ночь. Гипермнестра единственная сохранила жизнь своему мужу Линкею. Убийства произошли за 775 лет до основания Рима. Данаиды за своё преступление были осуждены в Аиде наполнять водой бездонную бочку; отсюда выражения «работа Данаид» — бесплодная, нескончаемая работа и «Данаидова бочка».
Гекатонхе́йры (др.-греч. Ἑκατογχείρες, от. др.-греч. ἑκατόν, «сто, сотня» и χείρ, «рука») (Сторукие, лат. Центиманы) — в древнегреческой мифологии — сторукие пятидесятиголовые великаны, олицетворение стихий, по Гесиоду — сыновья верховного бога Урана (неба) и Геи (земли): Бриарей (Эгеон), Котт и Гиес. Согласно Евмелу — старшие дети Урана и Геи (по Гесиоду, младше титанов и циклопов).
Тифон (Тифоей, др.-греч. Τυφῶν, Τυφωεύς, Τυφώς, эпич. Τυφάων) — в древнегреческой мифологии могущественный и чудовищный великан, порожденный Геей и Тартаром (вариант: только Герой); чудовище с сотней драконьих голов, человеческим туловищем до бедёр и змеями вместо ног; олицетворение огненных сил земли и её испарений, с их разрушительными действиями (имя Тифон одного корня с глаголом τύφω, что означает «дымить, чадить»).
Лелантос (др.-греч. Ληλαντος) — в древнегреческой мифологии титан второго поколения, сын Коя и Фебы, вероятно, бог воздуха и выслеживанием охоты. Имя трактуется как производное от «двигаться незаметным», «избежать внимания». С ним ассоциируется равнина Лелантон на острове Эвбея, в частности это название упоминают Страбон и Теогнид.
Арка́д или Арка́с (др.-греч. Ἀρκάς) — в древнегреческой мифологии сын нимфы Каллисто и Зевса. Эпоним Аркадии, исторической области в центральной части Пелопоннесского полуострова. По версии, сын Пана и Каллисто.
Психе́я, или Психе́ (др.-греч. Ψυχή — «душа», «дыхание») — в древнегреческой мифологии олицетворение души, дыхания; представлялась в образе бабочки или девушки с крыльями бабочки. В мифах её преследовал Эрот (Амур), то она мстила ему за преследования, то между ними была нежнейшая любовь. Хотя представления о душе встречаются начиная с Гомера, миф о Психее впервые был разработан лишь Апулеем в его романе «Метаморфозы».
Гига́нты (др.-греч. Γίγαντες; ед. ч. Γίγας) — в древнегреческой мифологии великаны.
Эри́нии (от др.-греч. Ἐρινύες «гневные») — в древнегреческой мифологии богини мести. В римской мифологии им соответствуют фурии.
Дафнис (др.-греч. Δάφνις, от δάφνη «лавр») — в древнегреческой мифологии прекрасный юноша, герой сицилийской буколической поэзии. Сын Гермеса и местной нимфы (или возлюбленный Гермеса), либо сын Аполлона, любимец богов и в особенности муз.
Аргона́вты (др.-греч. Ἀργοναύται, от Αργώ — название корабля и ναύτης — мореплаватель) — в древнегреческой мифологии участники похода в Колхиду (побережье Чёрного моря) на корабле «Арго».
Горго́ны (греч. Γοργώ, Γοργών, вероятно от греч. γοργός — грозный, ужасный) — в древнегреческой мифологии — змееволосые чудовища, дочери морского божества Форкия (Форкиса) и его сестры Кето...
Колхи (груз. ქოლხები); (др.-греч. Κόλχος) — собирательное название западных древнегрузинских племён, занимавших территорию юго-восточного и восточного Причерноморья.
Горго́на Меду́за (точнее Ме́дуса, др.-греч. Μέδουσα — «защитница, повелительница») — наиболее известная из трех сестёр горгон, чудовище с женским лицом и змеями вместо волос. Её взгляд обращал человека в камень. Была убита Персеем. Упомянута в «Одиссее» (XI 634).
Астерий (др.-греч. Ἀστέριος «звёздный») — персонаж древнегреческой мифологии, аргонавт. Участник состязаний на колеснице в честь погребения Пелия.
Гевьон, или Гёфьён (Gefyon — «даритель»; также Gefjon, Gefjun, Gefn) — в скандинавской мифологии богиня плодородия, асинья, которой служат умершие девушки. В Эдде сохранилось предание, что Гевьон, женщина из рода Асов, получила от конунга Швеции Гюльви в дар за занимательные речи столько земли, сколько можно вспахать на 4 быках за одни сутки. Гевьон превратила в быков своих сыновей, рожденных от великана, и они провели такую глубокую борозду, что отрезали от Швеции большой кусок земли, названный...
Эгина (др.-греч. Αἴγινα) — в древнегреческой мифологии наяда, дочь речного бога Асопа, похищенная Зевсом и родившая ему сына Эака, слывшего самым благочестивым и справедливым среди греков.
А́ргус (точнее Аргос или Арг др.-греч. Ἄργος), прозванный Паноптес, то есть всевидящий — в древнегреческой мифологии многоглазый великан; в переносном смысле — неусыпный страж.
Бриарей (др.-греч. Βριάρεως, «могучий») — в древнегреческой мифологиипрозвище гекатонхейра Эгеона (Αἰγαίων). Сын Урана и Геи. Известен под именем Бриарей среди богов, Эгеон у людей.
Деспина (Деспойна, др.-греч. Δέσποινα «владычица») — в древнегреческой мифологии эпитет дочери Деметры и Посейдона Гиппия, её подлинное имя Павсаний не раскрыл непосвященным. Когда Деметра скиталась по земле, ею овладел Посейдон в образе коня. Согласно жителям Фигалии (Аркадия), Деметра родила не коня Ариона (как по другим сказаниям), а Деспойну. Алтарь Деспойны находился в Олимпии.
Да́ну (санскр. dānu «влага») — в ведийской мифологии воплощение первобытной воды, мать Вритры (демона хаоса, врага Индры, персонификация засухи, в образе змея или дракона стерегущего и сдерживающего воды), убитого Индрой. Упоминается в Ригведе (I.32.9)...
Балий и Ксанф (др.-греч. Βάλιος, Ξάνθος, «пятнистый» и «рыжий») — имена коней Ахилла в древнегреческом эпосе.
Золото́е руно́ — в древнегреческой мифологии золотая шкура барана, посланного богиней облаков Нефелой, или Гермесом по приказу Геры, или самим Зевсом, на спине которого дети орхоменского царя Афаманта — Фрикс и Гелла — отправились к берегам Азии, спасаясь от преследований мачехи Ино (или, по другой версии мифа, тётки Биадики). По дороге Гелла упала в море, названное после этого Геллеспонт — «море Геллы» (современный пролив Дарданеллы).
Кар (Карий, др.-греч. Κάρ, Κᾱρός) — в античной мифологии эпоним карийцев. Согласно Николаю Дамасскому, сын Зевса и Торребии. У озера услышал пение нимф, и научился от них музыке, песни назвали торребии, а озеро Торребийским. По карийскому мифу, брат Лида и Миса. По другой версии, сын Креты.
Дактили (др.-греч. Δάκτυλοι «пальцы») — в древнегреческой мифологии демонические существа-лилипуты, обитавшие на Крите на горе Ида (или на вершине горы Ида во Фригии, тогда они считались служителями фригийской Матери), где они прислуживали Великой матери богов или Рее. В некоторых традициях отождествляются с кабирами, корибантами и тельхинами.
Скандинавская мифология — мифология древних скандинавов, часть древнегерманской мифологии.
Силены (др.-греч. Σειληνοί, Σιληνοί, ед. ч. Σειληνός, лат. Sileni) — божества собственно малоазиатской мифологии, отождествленные греческой драмой с сатирами, от которых они, однако, изначально отличались как по происхождению, так и по демоническим свойствам.
Ладон (др.-греч. Λάδων) — персонаж древнегреческой мифологии, титан, как и многие титаны после поражения в Титаномахии превратился в чудовище — дракона. Также встречается форма имени Лафон или Лефон.
Ве́тры или Ветра́ (др.-греч. Ἄνεμοι) — в древнегреческой мифологии персонификации ветров; дети Астрея и Эос: Борей, Нот и Зефир. У Гесиода упомянуто три ветра, у Гомера к ним добавлен Евр.
«Титанома́хия» (др.-греч. Τιτανομαχία) или Войны титанов — в древнегреческой мифологии — битва богов-олимпийцев с титанами, серия сражений в течение десяти лет в Фессалии между двумя лагерями божеств задолго до существования человеческого рода: титаны, с базой на горе Отрис, и Олимпийцы, которые придут править, с базой на горе Олимп. Титаномахия также известна как Битва титанов или Битва богов. Поле сражения находилось между горами Отрис и Олимп в Фессалии. Олимпийцы одержали победу с помощью циклопов...

Упоминания в литературе (продолжение)

Титаны сражались с Орфийской горы, боги – с Олимпа. Лишь только титан Океан со своими детьми сразу перешел на сторону Зевса и призывал братьев и сестер отступить. Десять лет продолжались сражения, но ни одна сторона не могла одержать победы, ибо силы были равны. И только одно смогло склонить чашу весов на сторону Громовержца: он приказал освободить заключенных в Тартаре киклопов и гекатонхейров. Против такой силы титаны не устояли и были низвергнуты в Тартар.
После этого кораблю предстояло пройти между двумя страшными чудовищами – Сциллой и Харибдой. Сцилла похитила с корабля шесть моряков, а Харибда едва не потопила корабль, втянув его в свою утробу вместе с огромным водяным потоком. Наконец греки пристали к острову, где паслось священное стадо бога Гелиоса. Спутники Одиссея убили нескольких быков и за это были наказаны: страшная буря потопила корабль. Одиссей был выброшен волнами на остров, где царствовала нимфа Калипсо. Целых семь лет пробыл он на этом острове и лишь на восьмом году, соорудив плот, отправился в дальнейшее плавание. Волны принесли плот в гостеприимную страну феаков. Одиссей скрыл было свое имя, но на пиру, когда певец запел о подвигах героев Троянской войны, невольно выдал себя. Радушные феаки доставили героя на родину. Так закончились долголетние странствования Одиссея по неведомым морям и далеким землям…
От тепла ее языка изо льда появился еще один великан по имени Бури. Огромный, сильный и прекрасный, он произвел на свет сына по имени Бёр: о матери не сообщается ничего, но ею была, по-видимому, ледяная великанша, поскольку тогда в мире только они и жили – не считая Аудумлы. Бёр взял в жены Бестлу, дочь ледяного великана Бельторна, и у них родились три сына: Один, Вили и Ве – первые боги. Один с братьями убили Имира и сделали из его тела землю, а из крови – океан и установили над землей его череп, создав таким образом небо. Затем боги поймали несколько искр и горячих углей, вылетевших из Муспеля, и поместили на небо освещать небеса и землю. Также они посадили на небо темную великаншу Нотт (ночь) и ее прекрасного светлоликого сына по имени Даг (день), чтобы они друг за другом объезжали мир раз в 24 часа, и прекрасных брата и сестру по имени Мани (луна) и Суль (солнце). Теперь по их передвижениям можно было исчислять дни, месяцы и годы.
– Это узнают только святые отцы, дитя… Когда прежний бог Апис, жития которого было двадцать шесть лет, два месяца и один день, отправился в прекрасную страну запада и был погребен в гробничном подземелье, на покое, при великом боге Озирисе, при Анубисе и при богине подземного мира на западе, в вечном доме своем, то нового бога Аписа долго искали по всему Египту и нашли только в низовьях Нила, и тогда верховный жрец торжественно при всем народе ввел его в храм Пта – отца богов.
Аид не мог не исполнить воли Зевса. Он согласился отпустить Персефону, но перед расставанием обнял ее и заставил проглотить зерно граната – символ неразрывности брака. После этого Персефона никогда уже не могла забыть Аида. Персефона села в колесницу с Гермесом, и крылатые кони понесли ее над бездонными пропастями подземного царства. В мгновение ока достигли они Элевсина и остановились перед застывшей в скорби Деметрой. Вздрогнула Деметра от топота буйных коней и подняла голову. Увидела свою дочь, вспыхнула от радости, обняла ее и вознеслась вместе с ней на Олимп. Там Зевс определил ее судьбу так: две трети года Персефона будет жить на земле, с матерью, а на одну треть возвращаться к своему мужу Аиду в подземное царство.
Народ толковал, что боги разгневались на Кеми (Египет), но за что, он не мог сказать этого. Очевидно было, что божественная Хатхор, богиня любви, разгневалась на поклонение, воздаваемое в Танисе другой богине или женщине поразительной красоты. Лоцман добавил, что она появилась в стране несколько лет тому назад неизвестно откуда, была почитаема, как богиня, и исчезла так же таинственно, как появилась. Теперь она видима всем людям и обитает в своем храме. Люди поклоняются ее дивной красоте и чтут ее как богиню. Была ли она богиней или смертной женщиной, лоцман не знал, но богиня любви разгневалась на нее и послала на землю мрак и гадов.
Известен миф о любви Селены к юноше Эндимиону, получившему от богов дар вечной молодости и спящему беспробудным сном в пещере горы Латма в Карии. Селена родила Эндимиону 50 дочерей – такое количество недель было в греческом году. Древние греки связывали лунные фазы с изменениями лика богини и считали, что, меняя свой облик, Селена оказывает влияние на природу и человека.
В другом месте, на высокой скале, картина изображает царя и царицу, которые молитвенно воздымают руки к солнечному диску, изливающему на них лучи свои. Тут же изображены и старшие царевны, Ми, или Мери-Атен, и Мак-Атен. В то время, вероятно, у Аменхотепа не было еще прочих шести дочерей. Между прочим, фараон обращается к божеству с такою клятвою: «Сладкая любовь наполняет сердце мое к царице, к ее юным детям. Даруй высокую старость царице Ноффи-Ти, да держит она многие годы руку фараона. Даруй высокую старость царской дочери Мери-Атен и царской дочери Мак-Атен и детям их: да держат они руку царицы, матери их, всегда и вечно. В чем, я клянусь, есть истинное сознание того, что говорит мне сердце мое. Нет никогда лжи в том, что я говорю».
– Кто виновен в живой смерти бессмертных?[6] Кто виновен в смерти Хирона? Кто к скале Кавказа приковал Прометея? Не примирится сын Япета с Зевсом. Но без пищи бессмертия ослабел титан, терзаемый тысячелетия коршуном тартара, прилетающим теперь с неба богов. Кто вызвал коршуна из преисподней на небо? Рассказал мне Зефир-Ветер: стрелой Геракла, напоенной лернейским ядом, ранен в ногу кентавр Хирон. Обрекла рана бессмертное тело на вечную муку. И подарил Хирон свое бессмертие прикованному Прометею, чтобы умножить мощь титана, укрепить его силу, ослабевшую от страданий за тысячи лет, чтобы забилось усталое сердце титана с силой двойною.
Много лет прошло с тех пор, как богиня любви обещала троянцу Парису в жены прекраснейшую из женщин. Давно дожидался Парис, чтобы богиня вспомнила о нем. Наконец однажды ночью он увидел необычайный сон. Сама сладкосмеющаяся Афродита явилась к нему и сказала:
Помимо Ахеронта и Кокита в Тартаре текут еще три реки, отделяющие подземный мир от верхнего, солнечного: Флегетон, огненная река; Стикс, река, название которой входит в слова клятвы, которой клянутся боги; и Лета, река забвения.
…И дошел Великий Александр в своем походе до земли Хинд, где полгода стоит лето, а полгода зима, где большие храмы, полные золота и всякого богатства. И рассказали ему жрецы о Долине бриллиантов, что лежала в глубокой бездне, куда никогда не проникал взор человека, ибо в ней обитали неведомые сильные змеи. Отважившиеся спуститься в Долину оставались там навсегда, умирая от одного только взгляда ядовитых аспидов.
И улеглась буря, и сменился мир, и время мира стало другим: отделилась тьма от света и день от ночи, воцарилось в небе юное солнце, помогал ему править молодой месяц. Довольна осталась Ильматар. превращением: плавает она по дремотному морю, по туманной глади, и под ней оживают водные глубины, а над ней озаряется небо. Довольна Ильматар и рада сама обустроить творение: куда вытянет руку, там воздвигается мыс за мысом, куда ногой ступит – остаются рыбам ямы и лососьи тони, где коснется земли боком, там разглаживается берег, куда склонит голову – появляются малые бухты. Отплыла хозяйка вод от суши и в глубоком море создала подводные скалы, где пропорют днища ладьи, и моряки найдут свою погибель. Все устроила Ильматар: воздвигла столбы ветров и все земные страны с пестрыми горами, с реками, с ручьями, с озерами, с ущельями в утесах, и только Вяйнемёйнен никак не мог покинуть материнскую утробу. Еще тридцать лет провел он в тесном чреве, через пуповину впитывая тайны творения, и от раздумий в темном узилище сделался мудрее мудрого. Просил он скрытые от глаз небесные светила отворить неведомые засовы, дать ему выход из заточения, но не получил свободы ни от месяца, ни от солнца, ни от семизвездной Медведицы – не слышали светила, высоко вознесся их престол.
– Ведь через год, в этот же месяц, ты вернешься ко мне? Ты не забудешь, Алкид?
Помогла царевна своему милому выполнить не один, не два, а целых двенадцать подвигов. «Выбирай, – говорит Морской Царь, – в награду любую из двенадцати моих дочерей себе в жены!» Выбрал Иван-царевич прекрасную Василису Премудрую. Пировал-плясал на свадебном пиру весь подводный народ, а царевич умыслил со своей молодой женой уйти на белый свет. Задумано – сделано… Спроведал о бегстве Морской Царь, ударился в погоню за беглецами. Понесся-полетел он, во гневе своем, черной тучею, засверкал огнем молний пламенным… Почуял Иван-царевич погоню; обернула Василиса Премудрая его рыбой-окунем, а сама разлилась слезами горючими – побежала по желтому песку, по мелким камушкам быстро-водною светлой речкою. «Будь же ты речкою целых три года!» – заклял разгневанный отец свое детище. По другому же разносказу – так и не догнал Морской Царь беглецов: вышли они из подводного царства на белый свет, стали во палатах царских у Иван-царевичева отца век вековать, наживать малых детушек… А к Морскому Царю так-таки никакой весточки о том и не дошло, словно дочь любимая с богоданным зятем – оба навек из мира живых сгинули…
БУ́СИРИС (Бусири́д). В греческой мифологии Бусирис – царь Египта, сын Посейдона (по другой версии – Эгипта) и Лисианассы, дочери египетского царя Эпафа. Когда страну поразила засуха, длившаяся то ли восемь, то ли девять лет, кипрский прорицатель Фрасий предсказал, что бедствие прекратится, если каждый год жертвовать Зевсу одного чужеземца. Бусирис начал с самого Фрасия, а потом приносил в жертву случайных гостей до тех пор, пока не явился Геракл, следовавший к саду гесперид. Он позволил жрецам связать себя, подвести к алтарю, дал повязать свои волосы лентой, и Бусирис, взывая к богам, уже готов был занести жертвенный топор, но тут Геракл порвал путы и зарубил Бусириса, его сына Амфидаманта и всех присутствовавших при этом жрецов.
Семья приняла и обласкала Париса, поверив Кассандре, но проигнорировав ее предупреждения об опасности такого шага. Парис же, насладившись их обществом, вскоре направился в Спарту, где его ожидала обещанная Афродитой награда. Кассандра, рыдая, уговаривала не делать этого, предрекая троянцам войну и гибель. Но отважные воины, никогда не боявшиеся сражений, не обратили внимания на стенания прорицательницы. Побывав в гостях у спартанского царя Менелая, троянцы увезли его жену Елену, считавшуюся самой красивой женщиной Греции. Афродита сдержала слово: Парис и Елена полюбили друг друга. Но на защиту семьи Менелая поднялись правители многих греческих областей. Против Трои снарядили огромный флот. Так началась война, которой суждено было длиться десять лет и привести к гибели города.
Блодуэдд – валлийская богиня предательства. Блодуэдд, имя которой переводится как «цветочный лик», является ипостасью Девы Триединой Богини. В триаду с ней входят также Арианрод и Керридвен. Блодуэдд – богиня весны, обрядов инициации и цветов, наиболее известна своими хитрыми уловками, изменой мужу Ллеу (или Лугу), сыну бога, и его убийством. Она считается Королевой мая, а ее священный брак с Ллеу – кровавым жертвоприношением, необходимым для продолжения цикла колеса года. В наказание за предательство мужа Блодуэдд превратили в сову. Это превращение символизирует неизбежную метаморфозу чувственной девы в мудрую старуху. Она считается девятикратной богиней, так как была создана из девяти цветущих цветов: примулы, душистого горошка, ракитника, таволги, лопуха, крапивы, цветов дуба, боярышника и каштанового цвета. Блодуэдд является одной из пяти богинь Авалона наряду с Арианрод, Бранвен, Керридвен и Рианнон.
А знаете ли вы, что Марс – это один из древнейших богов Италии и Рима, который входил в триаду богов, первоначально возглавлявших римский пантеон (Юпитер, Марс и Квирин). Древняя Италия почитала его как бога плодородия. Считалось, что гибель урожая или падеж скота – это гнев Марса. Месяц март происходит от имени Марс, этот месяц был первым в римском году, в нем совершался обряд изгнания зимы. Позднее Марс отождествили с греческим Аресом, и он стал богом войны. Храм Марса уже как бога войны был воздвигнут на Марсовом поле вне городских стен. Так как Марс отец Ромула и Рема, то Марс считался родоначальником и хранителем Рима. Копье, хранившееся в жилище римского царя – регии, было символом Марса. Отправляясь на войну, римляне взывали к Марсу.
Сын Исиды был последним из богов, царствовавших на земле. Процарствовав много лет, он вознесся на небо, присоединился к свите Ра в Ладье Вечности и вместе с другими богами стал защищать солнце от демонов и от Апопа.
Сурова и неприступна была в те времена земля тавров. Высились со всех сторон над морем, Понтом Эвксинским, высокие скалы, сбегали с гор бурные реки, а в чащобе заповедного леса водились дикие кабаны и медведи, которые разрывали на куски всякого, кто осмелится ступить под сень заповедных деревьев. Тавры были гордым и суровым народом, таким же, как эта неприветливая земля, как синие крымские горы, поросшие сосной, буком и гибким кизилом, покрытые до мая белыми снежными шапками, а летом зеленевшие высокой, в рост человека, травой. Предводитель тавров, жестокий и неразговорчивый царь Зарнак, отдал приказ захватывать силой все корабли, которые во время зимних и осенних штормов прибивало к скалистым берегу, и приносить в жертву Артемиде тех чужеземцев, которых пощадило суровое море. Каменное сердце было у одноглазого, мрачного, похожего на неприступную береговую скалу царя Зарнака! Одетая в белый хитон Ифигения была вынуждена каждое утро вонзать острый нож в сердце очередного несчастного пленника, захваченного воинами Зарнака, и распятого на жертвенном алтаре Артемиды. Радовалось сердце богини, во имя которой приносились обильные жертвы, радовалось сердце жестокого правителя тавров, ибо все имущество потерпевших крушение моряков отныне становилось его собственностью, и только сердце самой Ифигении было печально, ибо не по душе была ей такая жестокая служба.
По другой версии, Парис похитил Елену, когда та молилась в храме Афродиты, и любовью к Парису она воспылала лишь в дороге – когда троянский корабль остановился на острове Краная. Некоторые же предания сообщают, что Парису достался лишь призрак Елены, который создала коварная Гера, – сама же Елена была перенесена в Египет, где прожила семнадцать лет в ожидании своего законного супруга.
Творение же – и рассказ о нем в «Младшей Эдде» – шло своим чередом, и наступил черед сотворения времени. Время в архаических обществах измерялось по движению светил, и боги стали искать в окружающем их наполовину хаотическом мире материал для сотворения небесных тел. «Они взяли сверкающие искры, что летали кругом, вырвавшись из Муспелльсхейма, и прикрепили их в середину неба Мировой бездны, дабы они освещали небо и землю. Они дали место всякой искорке: одни укрепили на небе, другие же пустили летать в поднебесье, но и этим назначили свое место и уготовили путь. И говорят в старинных преданиях, что с той поры и ведется счет дням и годам». Старинные предания, на которые ссылается Равновысокий, – это знаменитое «Прорицание вёльвы» в «Старшей Эдде».
М. Ю. Лермонтов (1814–1841) нисколько не преувеличивал, когда рисовал в стихотворении «Отчизна», говоря о России, «разливы рек ее, подобные морям». Память юного Пушкина (а она всегда поражала современников) жадно впитывала рассказы бабушки и местных старожилов. Живыми образами рисовались в воображении и белокаменная церковь-лебедь со стерегущими ее тридцатью тремя богатырями. Я выскажу здесь смелое предположение, тем не менее имеющее полное право на существование. Через двадцать лет после отъезда из Захарова, уже в Царском Селе, в конце лета 1831 года А. С. Пушкин напишет свою «Сказку о царе Салтане, о сыне его славном и могучем богатыре князе Гвидоне Салтановиче и о прекрасной Царевне Лебеди». В сказке этой оживут детские его воспоминания о посещениях подмосковного храма в Иславском:
Небо Петербурга, холодные люди, врожденный недуг и отсутствие пестрой сказки цветущей родины сделали свое дело. Умерла Нина. Умерла далеко… А через несколько лет умер и отец её.[9] Скончалась скоро и старая Барбалэ, но сказки верной, преданной служанки, перемешанные с былью, её рассказы, лившиеся из ссохшихся уст, её сказания из далекого прошлого Кавказа не умерли, нет: пережили они и старую Барбалэ, и юную, безвременно погибшую, княжну…
– Поздно зовешь меня, мать моя. Болотный царь овладел мною, и я осуждена остаться его рабою, на дне болота. Прощай, мать! Я в последний раз говорю с тобою. Близка зима, и скоро мы, с царем-супругом, задремлем на тинистом ложе, пока солнце не возвратит земле тепла. Новым же летом я дам тебе знак, что я жива и помню о тебе.
Встреча ежегодного нового года была радостным событием для всех египтян. Дата приходилась на 19 июля, на начало разлива реки Нил. Тийе и ее семья с особой тщательностью готовились к торжественному празднику, которому покровительствовала богиня Хатхор-«Золотая госпожа любви»: защитница любви, женственности, материнства, красоты, веселья и танцев. По законам того времени, жителям Египта не разрешалось входить внутрь храмов. Священную миссию, обращение к богам, брали на себя фараон и жрецы. Горожане могли только один раз в год можно было увидеть статую Хатхор, которую выносили на свет и выставляли на площадь перед храмом бога Амона. Поэтому люди ждали празднования нового года, чтобы лицизреть лик богини и загадать на счастье желание.
Сегодня исполнялось ровно семь тысяч лет с прихода в Трехлунье Карубиала, Божественного Единорога, предводителя светлоэльфийского пантеона. «Ангел, посланный наставлять старшие расы на путь истинный» – так говорили о нем теологи людей. Эльфы считали пришельца, не имеющего никакого отношения ни к творению Детей Звезд, ни к созданию Лантара, воплощением Природы. С его появлением Праматерь оказалась в забвении, звездные божества отодвинулись на второй план, заняв места в свите нового бога-ангела.
Эврисфей знал, что в Аркадии живет керинейская лань, посланная богиней Артемидой в наказание людям. Лань эта опустошала поля. Эврисфей велел Гераклу поймать ее и живой доставить в Микены. Эта лань была необычайно красива: рога у нее были золотые, а ноги медные. Подобно ветру носилась она по горам и долинам Аркадии, не зная никогда усталости. Целый год преследовал Геракл керинейскую лань. Она неслась через горы, через равнины, прыгала через пропасти, переплывала реки. Все дальше и дальше на север бежала лань. Не отставал от нее герой, он преследовал ее, не упуская из виду. Наконец Геракл достиг в погоне за ланью крайнего севера – страны гипербореев и истоков Истра[9]. Здесь лань остановилась. Герой хотел схватить ее, но ускользнула она и как стрела понеслась назад, на юг. Опять началась погоня. Только в Аркадии удалось Гераклу настигнуть лань. Даже после столь долгой погони не потеряла она сил. Отчаявшись, Геракл прибег к своим не знающим промаха стрелам. Он ранил златорогую лань стрелой в ногу и только тогда поймал ее. Геракл взвалил чудесную лань на плечи и хотел уже нести ее в Микены, как предстала перед ним разгневанная Артемида и сказала:
«Видел я страны чуждые и красоты земель отдаленных; видел весну цветнее, видел лето блистательнее, видел осень обильнее благословениями полей и вертоградов, нежли в стране нашей; но нигде не видал я старцев почтеннее, мужей величественнее, юношей любезнее и дев прекраснее, как в земле Славеновой».
а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я