Д

  • Д, д (название: дэ) — пятая буква почти всех славянских кириллических алфавитов, а в украинском — шестая. Используется и в кириллических письменностях других языков. В старо- и церковнославянской азбуках носит название «добро»; в кириллице выглядит как и имеет числовое значение 4, в глаголице — как и имеет числовое значение 5. Кириллическая форма происходит от византийского уставного начертания греческой буквы дельта (Δ) — которая, как и нынешняя печатная кириллическая Д, рисовалась с «лапками» внизу; глаголическое начертание также возводят к греческой дельте, но строчной и курсивной (δ).

Источник: Википедия

Связанные понятия

М, м (название: эм) — буква всех славянских кириллических алфавитов (13-я в болгарском, 14-я в русском и белорусском, 15-я в сербском, 16-я в македонском и 17-я в украинском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках называется «мысле́те», что первоначально означало «думайте» (в современном церковнославянском языке название буквы уже не совпадает с формой глагола мы́слити). В кириллице является 14-й по счёту, выглядит как и имеет числовое...
И, и (название: и, иже) — буква почти всех славянских кириллических алфавитов (девятая в болгарском, 10-я в русском и сербском, 11-я в украинском и македонском; в белорусском отсутствует, вместо неё используется буква І); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках называется «и́же» (переводится как «который» или «которые») и является 10-й по счёту; в кириллице выглядит как и имеет числовое значение 8, потому также называется «и́же осьмери́чное...
Е, е (название: е; в украинском и некоторых других алфавитах э) — буква всех современных кириллических алфавитов. В русском, белорусском, болгарском алфавитах — шестая по счёту, в украинском, сербском и македонском — седьмая; используется также в письменностях неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках является шестой по порядку и называется «ѥстъ» и «есть» соответственно; в кириллице выглядит как и имеет числовое значение 5, в глаголице — как и имеет числовое значение 6. Буква развилась...
П, п (звучание названия: пэ) — буква всех славянских кириллических алфавитов (16-я в болгарском, 17-я в русском и белорусском, 19-я в сербском, 20-я в македонском и украинском). Используется также в письменностях некоторых неславянских народов: монголов, казахов, таджиков, абхазов и всех народностей России. В старо- и церковнославянской азбуках носит название «покои» (ст.-сл.) или «поко́й» (ц.-сл.), что означает «мир, покой, спокойствие, отдых», а также «кончина». В кириллице обычно считается 17-й...
К, к (название: ка) — буква всех славянских кириллических алфавитов (11-я в болгарском, 12-я в русском, белорусском и сербском, 13-я в македонском и 15-я в украинском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов, где на её основе были даже построены многочисленные новые буквы, наподобие Ҡ, Қ, Ӄ, Ҟ или Ҝ. В старо- и церковнославянской азбуках называется «ка́ко» (ст.-сл.) или «ка́кѡ» (ц.-сл.), что означает «как». В кириллице является 12-й по счёту, выглядит как и имеет числовое...

Упоминания в литературе

Единственно, надо было дать какое-то место буквам, которые обозначали звуки, отсутствовавшие в греческом: Б, Ж, Ц, Ч, Ш и т. д. И они были поставлены либо рядом с буквами, обозначавшими максимально похожие звуки (Б – рядом с В, Ж – рядом с З), либо в конец алфавита. Когда вместо глаголицы стали использовать более похожую на греческие буквы кириллицу, алфавитный порядок в целом сохранился, хотя некоторые редкие буквы в разных списках занимают разные места, а некоторые имеются лишь в части списков.
О магическом использовании звуков речи вне зависимости от их функции в языке написано очень мало. Самыми ранними и наиболее полными сочинениями на эту тему, вероятно, являются фрагменты заклинаний из Греческих магических папирусов. Эти заклинания, преимущественно теургические по своей сути (поскольку имеют отношение к богам), содержат длинные ряды гласных. Приблизительно в середине I века до н. э. Филипп Иудей (чье имя явно отсылает как к каббале, так и к греческой теургии) связывал семь гласных греческого языка с семью видимыми планетами[24]. Важно заметить, однако, что гласные, о которых говорит Филипп Иудей, это не звуки, которые реально произносятся в речи, а буквы – графические, письменные изображения гласных звуков. Например, в английском языке есть только пять букв для обозначения гласных (или шесть, если считать «Y»). При этом у нас 12 (или около того, в зависимости от диалекта и произношения) гласных звуков. В действительности самый распространенный в английском языке гласный звук /?/ (например, конечный звук в слове sofa, «диван») не имеет собственной буквы в английском алфавите. Этот звук называется «шва» (то есть нейтральный гласный), и в Международном фонетическом алфавите он обозначен перевернутой строчной буквой «Е» – «?». При этом в английском правописании он может обозначаться пятью разными знаками: буквой «A», как, например, в слове sofa («диван»), или буквой «E», как в слове receipt[25] («квитанция, чек») и т. д. При этом мы имеем дело с одним и тем же гласным звуком. Ни один язык не располагает такой системой письменности, которая бы совершенно точно отражала всю фонетику языка (все его звуки)[26]. Поэтому Филипп Иудей в своей работе рассматривает греческие буквы, а не звуки, которые этими буквами обозначаются.
Следует особо отметить, что начертания буквы д, представленные на фотографии, соответствуют греческим уставным, а не кириллическим образцам, хотя и те и другие близки между собой. Буква щ также больше напоминает некоторые древние начертания ?, чем щ кириллицы. Своеобразно начертание ш с сильно заниженными и разведенными от центра крайними мачтами, что также позволяет сближать его с греческим ?, а не только с кириллическим ш.
Дело в том, что вплоть до начала XVIII века на Руси достаточно было поставить знак «титло» над буквой, чтобы превратить ее в число. Например, первая буква кириллицы «аз» () превращалась в единицу (), третья[3] буква «веди» () – в два () и т. д. С одиннадцатой буквы «и», числовое значение которой равнялось десяти (), начинался отсчет десятков. Сотни обозначались с буквы «рцы» () и т. д.
Вторая половина надписи выполнена непривычными сегодня буквами. Причем, здесь использовано сразу несколько азбук. Разделителями между ними служат какие-то гербы. Двуглавые орлы и т. д. По-видимому, они каким-то образом соотносятся с использованными тут видами русской письменности. Первые несколько строк этой части надписи расшифрованы. Последние строки не имеют надежного перевода до сих пор. Несмотря на то, что в последних двух строчках используются в основном привычные нам кириллические буквы. Вот «перевод», а точнее переложение на привычные нам современные буквы, первых нескольких строк этой русской надписи, заимствованный нами из книги [808].

Связанные понятия (продолжение)

Б, б (название: бэ) — вторая буква всех славянских и большинства прочих кириллических алфавитов, третья — в греческом варианте арнаутского диалекта албанского языка (Б b). В старо- и церковнославянской азбуке носит название «букы» (ст.-сл.) или «буки» (ц.-сл.), то есть по-нынешнему просто «буква». В кириллице выглядит как и числового значения не имеет, в глаголице — как и имеет числовое значение 2. Кириллическая форма происходит от одного из начертаний греческой беты (β), происхождение же глаголической...
Л, л (русское название: эль, в аббревиатурах эл) — буква всех славянских кириллических алфавитов (12-я в болгарском, 13-я в русском, белорусском и сербском, 14-я в македонском и 16-я в украинском); используется также в письменностях неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках называется «людиѥ» (ст.-сл.) или «лю́ди» (ц.-сл.). В кириллице является 13-й по счёту, выглядит как и имеет числовое значение 30; в глаголице по счёту 14-я, выглядит как и имеет числовое значение 50. Происхождение...
В, в (название: вэ) — третья буква всех славянских и большинства прочих кириллических азбук. В старо- и церковнославянской азбуке носит название «ве́де» (вѣдѣ, ст.-сл.) или «ве́ди» (вѣ́ди, ц.-сл.). В кириллице выглядит как и имеет числовое значение 2, в глаголице — как и имеет числовое значение 3. Кириллическая форма происходит от греческой беты (B, β), глаголическую же обычно соотносят с латинской V. Среди начертаний кириллической В в рукописях и печатных книгах большинство в целом сохраняет общую...
Н, н (название: эн) — буква всех славянских кириллических алфавитов (14-я в болгарском, 15-я в русском и белорусском, 16-я в сербском, 17-я в македонском и 18-я в украинском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках называется «нашь» (ст.-сл.) или «на́шъ» (ц.-сл.). В кириллице является 15-й по счёту, выглядит как и имеет числовое значение 50; в глаголице по счёту 16-я, выглядит как и имеет числовое значение 70. Происхождение кириллической...
Ѥ, ѥ (Е йотированное) — буква кириллических алфавитов некоторых старых письменных славянских языков, в частности старославянского, древнерусского и сербского извода церковнославянского. В старославянской кириллице 35-я по счету, построена как лигатура букв І и Є, выглядит как . В глаголице отсутствует (заменяется буквой для обычной Е), числового значения не имеет. В начале слов и после гласных означает сочетание звуков , после согласных (чаще всего л, н или р) — их смягчение плюс звук . Собственного...
Ф, ф (название: современное эф), иногда в аббревиатурах — фэ) — буква всех славянских кириллических алфавитов (21-я в болгарском, 22-я в русском, 23-я в белорусском, 25-я в сербском и украинском, 26-я в македонском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках носит название «фрътъ» (ст.-сл.) или «фе́ртъ» (ц.-сл.).
Р, р (название: эр) — буква всех славянских кириллических алфавитов (17-я в болгарском, 18-я в русском и белорусском, 20-я в сербском, 21-я в македонском и украинском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках носит название «рьци» (ст.-сл.) или «рцы» (ц.-сл.), что означает «говори, скажи» (повелительное наклонение от глагола «рещи»).
Г, г (название: гэ) — четвёртая буква всех славянских и большинства прочих кириллических алфавитов. В старославянской азбуке носит название «глаголь», в церковнославянской — «глаголь», то есть «говори». В кириллице выглядит как и имеет числовое значение 3, в глаголице — как и имеет числовое значение 4. Кириллическая форма происходит от заглавной греческой буквы гамма (Γ), глаголическую же возводят либо к греческому скорописному начертанию строчной гаммы, либо к соответствующей букве семитского письма...
С, с (название: эс, в аббревиатурах иногда сэ) — буква всех славянских кириллических алфавитов (18-я в болгарском, 19-я в русском и белорусском, 21-я в сербском, 22-я в македонском и украинском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках носит название «сло́во», что могло означать разное: «слово, речь, дар речи, молва, весть, известие, проповедь, изречение, Писание, заповедь». В кириллице обычно считается 19-й по порядку и выглядит как...
Й, й (и кра́ткое, и неслоговое, ий, йи) — буква большинства славянских кириллических алфавитов (10-я в болгарском, 11-я в русском и белорусском, 14-я в украинском. В сербском и македонском отсутствует, вместо неё используется буква Ј). Буква Й входит также в письменности на кириллической основе для многих неславянских языков.
Х, х (русское название: ха; в аббревиатурах иногда хэ: хэбэ) — буква всех славянских кириллических алфавитов (22-я в болгарском, 23-я в русском, 24-я в белорусском, 26-я в сербском и украинском, 27-я в македонском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках носит название «хѣръ», смысл которого не ясен: считать его, как это часто делается, связанным со словом «херувим» затруднительно (последнее не содержало ятя, хотя в качестве фонетической...
Ꙗ, ꙗ (условное название: я, а йотированное или аз йотированный) — 34-я буква старославянской кириллицы. Построена как лигатура букв І и А. В глаголице отсутствует — соответствующие звуки там обозначаются буквой ять (Ⱑ). Числового значения не имеет. В начале слов и после гласных обозначает звуки , после согласных — их смягчение и звук . В церковнославянской письменности обычно объединяется с малым юсом (Ѧ) и помещается на 34-е место в азбуке (подробнее о взаимоотношении этих двух форм см. в статье...

Подробнее: А йотированное
А, а — первая буква всех алфавитов на кириллической основе. В старославянской азбуке носит название «аз», означающее русское местоимение «я». Восходит к др.-греч. α (альфа), а эта последняя — к финикийскому «Алеф». Приставка «а» (перед гласными. — «ан») в заимствованных словах обозначает отсутствие признака, выраженного основной частью слова. Соответствует русскому «без» и «не». Напр.: «а-морфный» — бесформенный, «а-симметричный» — несимметричный.
Т, т (название: тэ) — буква всех славянских кириллических алфавитов (19-я в болгарском, 20-я в русском и белорусском, 22-я в сербском, 23-я в македонском и украинском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках носит название «тврьдо» (ст.-сл.) или «тве́рдо» (ц.-сл.), что означает «твёрдое, крепкое, неприступное, укреплённое, надёжное, мужественное, непоколебимое, неотступное». В кириллице обычно считается 20-й по порядку и выглядит как...
Ы, ы — 29-я буква русского, 28-я буква белорусского и 27-я буквa молдавского алфавитов (официальный в ПМР), является лигатурой. В других национальных славянских кириллических алфавитах отсутствует (в современных южнославянских языках древние звуки и совпали давно, но буква Ы из сербского и болгарского алфавитов была исключена только в XIX веке; а в украинском алфавите вместо пары Ы/И используется И/І). Используется также в кириллических письменностях неславянских языков (казахский, монгольский...
Ру́сский алфави́т (ру́сская а́збука) — алфавит русского языка, в нынешнем виде — с 33 буквами — существующий с 1918 года (буква Ё официально утверждена лишь с 1942 года: ранее считалось, что в русском алфавите 32 буквы, поскольку Е и Ё рассматривались как варианты одной и той же буквы).
Ц, ц (название: цэ) — буква всех славянских кириллических алфавитов (23-я в болгарском, 24-я в русском, 25-я в белорусском, 27-я в сербском и украинском, 28-я в македонском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках носит название «ци» (ст.-сл.) или «цы» (ц.-сл.), смысл которого не вполне ясен: его связывают с формой им. пад. множ. ч. муж. рода «ции» от вопросительного и относительного местоимения «кыи» (какой, который); с древнерусским...
Алфавит современного македонского языка был создан в 1944 году, утверждён в 1945, и с тех пор не изменялся. В нём, как и в алфавите сербского языка, по сравнению с русским отсутствуют буквы Ё, Й, Щ, Ъ, Ы, Ь, Э, Ю, Я, но есть 7 других букв.
Я, я (название: я) — буква большинства славянских кириллических алфавитов; 30-я в болгарском, 32-я в белорусском, 33-я в русском и украинском, во всех четырёх последняя (в украинском с 1990 года, до этого в конце стоял мягкий знак); из сербского исключена в середине XIX века, в македонский, построенный по образцу нового сербского, не вводилась. Используется также в большинстве кириллических письменностей неславянских языков. В церковнославянской азбуке также называется «я», но выглядит двояко: и...
З, з (название: зэ) — буква всех славянских кириллических алфавитов (девятая в русском, белорусском, сербском и македонском, восьмая в болгарском и 10-я в украинском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов, где на её основе были даже построены новые буквы, наподобие Ҙ. В старо- и церковнославянской азбуках называется «земля́» и является восьмой по счёту; в кириллице выглядит как (Z-образная форма более древняя) и имеет числовое значение 7, в глаголице выглядит как и имеет...
Ж, ж (название: жэ) — буква всех славянских кириллических алфавитов (восьмая в русском, белорусском, сербском и македонском, седьмая в болгарском и девятая в украинском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов, где на её основе были даже построены новые буквы, наподобие Ӂ или Җ. В старо- и церковнославянской азбуках называется «живѣ́те» (то есть «живите», повелительное наклонение от «жити») и является седьмой по счёту; в кириллице выглядит как и числового значения не имеет...
Ь, ь (современное название: мя́гкий знак) — буква большинства славянских кириллических алфавитов (28-я в болгарском, 29-я в белорусском, 30-я в русском и 31-я в украинском (перемещена на нынешнее место в 1990 г., а была последней); из сербского исключена в середине XIX века, в македонский, построенный по образцу нового сербского, не вводилась). Самостоятельного звука не обозначает, может рассматриваться как диакритический знак, модифицирующий значение предыдущей буквы. В украинском также используется...
Вуко́вица (названа по имени создателя, Ву́ка Стефановича Караджича), или сербская кириллица, которую в Сербии называют просто «азбука» — кириллический алфавит для сербскохорватских языков, созданный в начале XIX века и с тех пор не менявшийся. Используется преимущественно в Сербии, Черногории и реже в Боснии и Герцеговине. По сравнению с русским алфавитом, в вуковице отсутствуют Ёё, Йй, Щщ, Ъъ, Ыы, Ьь, Ээ, Юю, Яя, но используются 6 других букв Јј, Ћћ, Ђђ, Њњ, Љљ и Џџ. Каждая буква, по крайней мере...

Подробнее: Сербский кириллический алфавит
Ю́сы — буквы старославянских азбук, кириллицы и глаголицы, обозначавшие древнеславянские носовые гласные, впоследствии (в X веке) утратившие назализацию в большинстве славянских языков. Предположительно оба кириллических юса происходят либо из особого начертания греческой буквы альфы Ѧ, характерного для христианских надписей IX—XI веков, либо, по другой версии, из глаголического малого юса, повёрнутого на 90° по часовой стрелке.
Ъ, ъ — 28-я буква русского алфавита, где называется «твёрдый знак» (до реформы 1917—1918 годов — 27-я по счёту, называлась «еръ»), и 27-я буква болгарского алфавита, где называется «ер голям» («большой ер»); в других славянских кириллических алфавитах отсутствует: её функции при необходимости выполняет апостроф (рус. съезд — укр. з’їзд — белор. з’езд). В старо- и церковнославянской азбуках носит название «ѥръ» и «еръ», соответственно, смысл которого (впрочем, как и смысл названий некоторых других...
Ѕ, ѕ (македонское название — дзе, старинное название — зело́) — буква расширенной кириллицы, 10-я буква македонского алфавита, 8-я буква старо- и церковнославянских азбук; использовалась и в других языках.

Подробнее: Зело
Ѹ, ѹ или Ꙋ, ꙋ (ук или оук, глаголица: Ⱆ) — буква старославянской азбуки. Первоначально диграф букв О и У (точнее, буквы «ик», варианта ижицы) писался горизонтально, но впоследствии, для экономии места, стали использовать вертикальную лигатуру, а впоследствии и вовсе заменили буквой У.

Подробнее: Ук (кириллица)
Ѧ, ѧ (малый юс) — буква исторической кириллицы и глаголицы, ныне употребляемая только в церковнославянском языке. В старославянском глаголическом алфавите имеет вид и считается 35-й по порядку, в кириллице выглядит как и занимает 36-ю позицию. Числового значения в глаголице и ранней кириллице не имеет, однако в поздней кириллице использовалась как знак числа 900 (так как по форме напоминает греческую букву сампи с тем же числовым значением).
О, о (название: ) — буква всех славянских кириллических алфавитов (15-я в болгарском, 16-я в русском и белорусском, 18-я в сербском, 19-я в македонском и украинском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках носит название «онъ» (что обозначает не только «он», но и «тот»). В кириллице является 16-й по счёту, выглядит как и имеет числовое значение 70. В глаголице по счёту 17-я, имеет вид и числовое значение 80. Происходит от греческой...
Ю, ю (название — ю) — буква большинства славянских кириллических алфавитов (29-я в болгарском, 31-я в белорусском, 32-я в русском и украинском; из сербского исключена в середине XIX века, в македонский, построенный по образцу нового сербского, не вводилась). Используется также в письменностях некоторых неславянских языков. В кириллице обычно считается 33-й по порядку (), в глаголице по счету 34-я (). Числового значения не имеет. Название в славянской азбуке совпадает с современным — «ю»; в старо...
Ш, ш (название: ша) — буква всех славянских кириллических алфавитов (25-я в болгарском, 26-я в русском, 27-я в белорусском, 29-я в украинском, 30-я в сербском и последняя в македонском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках также носит название «ша», смысл которого неизвестен. В кириллице обычно считается 28-й по порядку (если речь идёт о ст.-сл. азбуке) или 27-й (в ц.-сл. азбуке), в глаголице по счёту 29-я, числовое значение соответствует...
Ҁ, ҁ (ко́ппа) — архаический кириллический знак, который едва ли стоит считать буквой. Использовался в старославянской письменности исключительно в качестве числового знака для числа 90, что в точности воспроизводило средневековую греческую систему записи чисел: в качестве буквы коппа (Ϙ) вышла из употребления до начала «классического» периода древнегреческой литературы (а потому и не включается в состав стандартного 24-буквенного греческого алфавита), но сохраняется в качестве числового знака (с...
Кра́тка (ранее кра́ткая); также бре́ве (лат. breve «короткое»), бре́вис, дуга́ — один из кириллических и латинских надстрочных чашеобразных диакритических знаков; заимствована из древнегреческой письменности, где означала краткость гласных. В типографике различаются кириллическое бреве и латинское бреве: как правило, первое имеет утолщения по краям, второе — в середине.
Лати́нский алфави́т (лати́ница) — восходящая к греческому алфавиту буквенная письменность, возникшая в латинском языке в середине I тысячелетия до н. э. и впоследствии распространившаяся по всему миру.
Щ, щ (название: ща) — буква ряда славянских кириллических алфавитов: 27-я в русском (литературным произношением считается долгое мягкое , но встречаются также краткое мягкое , диалектное и устаревшее ), 26-я в болгарском (произносится как ) и 30-я в украинском (произносится как твёрдое ); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В белорусском алфавите отсутствует, вместо Щ используется сочетание «шч»; из сербского алфавита упразднена реформой Вука Караджича (заменена обычно...
Ѣ, ѣ (название: ять, слово мужского рода) — буква исторической кириллицы и глаголицы, ныне употребляемая только в церковнославянском языке.
Чувашская письменность (чуваш. чӑваш çырулӑхӗ) — общее название алфавитов, буквы которых использовались для передачи элементов звуковой речи в письменности чувашского языка.
Ѵ, ѵ (и́жица) — буква старославянской азбуки, а также дореформенного русского алфавита. Происходит от греческой буквы ипсилон (υ). В русском языке использовалась для обозначения гласного звука в немногих словах греческого происхождения (мѵро, сѵнодъ).
Ѿ, ѿ (от) — буква старославянской азбуки. Хотя она появилась как лигатура букв омега (Ѡ ѡ) и твердо (Т т), она функционирует как отдельная буква алфавита, следующая после хера и перед ци. Она была включена в самый первый распечатанный кириллический абецедарий (на иллюстрации), и продолжает использоваться в современную эпоху.От используется в церковнославянском языке для обозначения предлога отъ и приставки от-. Она не используется для этой последовательности букв в каком-либо другом контексте, а...
Ϙ, ϙ или Ϟ, ϟ (название: ко́ппа, др.-греч. ϙόππα или κόππα) — вышедшая из употребления буква греческого алфавита. В системе греческой алфавитной записи чисел имеет числовое значение 90. Происходит от финикийской буквы — куф, означавшей глухой увулярный взрывной согласный . От буквы «коппа» произошли латинская буква Q и кириллический знак Ҁ.

Подробнее: Коппа (греческий алфавит)
Ѯ, ѯ (кси) — буква расширенной кириллицы. Использовалась в старославянском алфавите, из которого перешла в церковнославянский алфавит.
Ꙟ, ꙟ (ын, ыня) — буква расширенной кириллицы, использовавшаяся в убыхском языке и в румынском кириллическом алфавите. Этой буквой изображалась приставка în- (например, в слове Ꙟвъца = învăţa (в молдавском — ынвэца) — изучать, учиться) или îm- (перед Б, П и М), так что буква встречалась только в начале слова (а потому над ней всегда стоял знак тонкого придыхания, при необходимости в сочетании со знаком острого ударения). Происхождение буквы окончательно неизвестно. Предполагают, что она представляет...
Че́шский алфави́т (чеш. Česká abeceda) — вариант латиницы, который используется при написании на чешском языке. Основные принципы этого алфавита: «один звук — одна буква» и добавление диакритических знаков над буквами для обозначения звуков, далёких от латинского языка.
Ѫ, ѫ (большой юс, болг. Голям юс, Голяма носовка) — буква исторической кириллицы. Обозначала звук . Используется в церковнославянских календарных таблицах (в так называемом ключе границ Пасхалии): там разные годы отмечены разными буквами, в зависимости от того, на какой день приходится праздник Пасхи; большой юс отмечает те редкие годы, в которые Пасха приходится на 24 апреля (ст. ст.): последний раз это было в 1888 году и снова будет только в 2051 году.
Ѡ, ѡ (оме́га) — буква старо- и церковнославянской кириллицы, другие названия: от, о. Соответствует греческой букве омега (Ω, ω), хотя воспроизводит только строчное её начертание (заглавное встречается крайне редко, только в заголовках в декоративных целях). В кириллице имеет вид или , в древней (круглой) глаголице — . Числовое значение в кириллице — 800, в глаголице — 700.

Упоминания в литературе (продолжение)

4) В области согласных можно в нашем тексте отметить несколько характерных ошибочных написаний. Сюда относится написание «избущек» (2 е), могущее стоять в связи с тем, что в татарском языке, по моим наблюдениям, встречается произношение б с столь слабым смыканием губ, что звук слышится средний между б и в, то есть похожий на тот и другой; отсюда рассматриваемое написание приводит к вопросу, не проявляется ли в нем особенность диалекта писавшего (уроженца дер. Арской, Уфимской губ.). Здесь мы видим, как малограмотные написания могут оказываться полезными для диалектологии языка. Отметим далее написания «стебному» (9 ж) и «ползу» (12 г), где глухой согласный передан начертанием соответствующего звонкого, т. е. был воспринят с звонкостью, очевидно благодаря соседству с сонорным согласным (н, л); написание «стикному» (9 б) представляет весьма обычную ослышку, состоящую в замене смычного согласного одного органа произношения смычным другого органа; очевидно, слово не было понято писавшим. Отметим еще пропуск мягкого согласного д в словах «ходит» (13 ж) и «найдет» (14 ж), оба случая у одного и того же ученика. Написание «ходеш» соответствует особенности татарского языка, состоящей в некотором смягчающем влиянии палятального гласного на следующий за ним твердый согласный.
Морфология основывается на системе «корней», большинство которых состоит из трех согласных. Основное значение слова выражено этими тремя согласными, а добавление гласных, а также приставок, инфиксов и суффиксов из согласных определяет точный смысл и функцию слова. Например, три согласных k-t-b образуют корень, основное значение которого – «письмо, писание». Корень сам по себе является грамматической абстракцией. Слова в обычной речи формируются добавлением гласных, приставок, инфиксов и суффиксов. Так, в арабском ка-taba означает «он написал», katab-ta — «ты написал», kātib — «писатель», kitāb — «книга», ma-ktab — «место, где пишут», то есть «школа», и т. д. Словари семитских языков составляются не по словам, как в европейских языках, а по корням. И слово maktab следует искать не на букву m, а в разделе, где указан корень слова – k-t-b.
Исторически письменная и устная формы литературного языка были разобщены, долгое время они представляли собою разные типы языка – и по происхождению, и по функции; в частности, они обслуживали и разные жанры литературы. Письменная форма ближе к церковнославянской книжной традиции и в своей орфографии, которая сложилась лишь к середине XVIII века, сохраняет более архаические особенности русского языка, нежели его устная форма, сложившаяся на сто лет позже. В середине XX века обе формы стремятся к совпадению, причем усреднение вариантов идет по линии выбора наиболее целесообразного – из устной или письменной формы. Так, в выражении наиболее важных флексий и вообще грамматических частей слова язык ориентирован на письменную норму, чем достигается единство выражения одной и той же флексии и упрощение системы обозначений. Например, различные варианты произношения возвратной частицы – сь, окончания глаголов и прилагательных ориентированы на письменный их вариант: собирала/с’/ при написании собиралась на месте старого произношения (стандарт) собирала/с/ (хотя возможно было и произношение собирали/с’/ в положении после переднего гласного); горь/к’ий/, а не старое произношение горь/кай/ при написании горький, и т. д. Наоборот, все (или большинство) упрощения в середине морфем идут по линии устной нормы (речи) – и особенно это относится к упрощениям в произношении безударных гласных.
Но больше всего язык пострадал в начале 20-го века, когда к власти пришли большевики. Орфографическая реформа 1918 года ввела в обиход новые буквы, а от множества старых решено было просто избавиться. По сути древнеславянская азбука была варварски изуродована. Вместо древних, несущих исцеление и исполнение желаний «Аз», «Буки», «Веди» пришли «а», «бэ», «вэ», которые могут лишь передавать на письме определенные звуки. Кстати, старинный способ обучения грамоте всегда предполагал заучивание полного звучания буквы, а это, как вы понимаете, совершенно не случайно. Например, возьмем хотя бы название буквы «д» – она называлась «Добро». А буква «п» продолжала носить древнее название «Покой». Понятно, что многократное повторение таких слов при заучивании алфавита давало положительный эффект!
Но больше всего язык пострадал в начале 20-го века, когда к власти пришли большевики. Орфографическая реформа 1918 года ввела в обиход новые буквы, а от множества старых решено было просто избавиться. По сути древнеславянская азбука была варварски изуродована. Вместо древних, несущих исцеление и исполнение желаний «аз», «буки», «веди» пришли «а», «бэ», «вэ», которые могут лишь передавать на письме определенные звуки. Кстати, старинный способ обучения грамоте всегда предполагал заучивание полного звучания буквы, а это, как вы понимаете, совершенно не случайно. Например, возьмем хотя бы название буквы «д» – она называлась «добро». А буква «п» продолжала носить древнее название «покой». Понятно, что многократное повторение таких слов при заучивании алфавита давало положительный эффект!
Графема – это единица письменности. В алфавите – это буква, а в неалфавитных системах письма – знак, иероглиф и т. п. Это мельчайшая смыслоразличительная единица письма, соответствующая фонеме в устной речи (например: «а», «б» и т. д.)
Из других, более известных пособий для народных школ заметим книгу г-на Паульсона. Он начинает обучением письму по разлинованным квадратикам; сначала ученик чертит разные линии, треугольники, квадратики, потом и фигурки: домик, весы, зеркало, ножницы и проч. Мысль этого предварительного черчения прекрасная и употребляется во всех германских школах. Вслед за тем следует обучение письму по косым линиям. Г-н Паульсон также начинает с изучения всех гласных и составляет слоги: уй, яй, юй. За гласными упражнение в согласных, по нескольку букв разом: б, п, м; д, т, н; г, к, х, и проч. Г-н Паульсон также начинает с изучения всех гласных и составляет учение грамоте идет несколько живее, тем более что рядом с печатными буквами приведены косые, употребляемые на письме. Примеры слов подобраны не всегда удачно; автор, кажется, более всего заботился, чтоб только известная буква находилась в слове; так на букву з встречаем слова: «зеня, зыби, зюзя, аза, узы».
Таким образом, слово дружина среди всех старославянских текстов «чешской рецензии» представлено фактически только в двух произведениях, близких по языку и связанных общим происхождением, а именно с «переводческой школой» Сазавского монастыря середины – второй половины XI в. Чешские переводчики, безусловно, свободно пользовались этим словом, в сущности употребляя его в том смысле, в каком оно выступало в текстах кирилло-мефодиевского круга – то есть "спутники, товарищи" и т. п. Однако, в славянском переводе Гумпольдова Жития св. Вацлава («2-м старославянском Житии св. Вячеслава») оно последовательно применяется к окружению князя. В этом отношении характер и контекст использования слова соответствует тому, что мы наблюдали в древне-болгарских текстах. Это соответствие надо объяснять, по всей видимости, литературными контактами книжников Сазавского монастыря и просто влиянием болгарской и русской традиций церковнославянской книжности. Вместе с тем, слово дружина во 2-м Житии не имело терминологической точности, не указывая на какую-то определённую социальную категорию или институт. Оно обозначало предельно широкий круг людей: вообще всех тех, кто был в тот или иной момент при князе, или тех, был с ним как-то связан и т. д. «Другов», упомянутых в Востоковской редакции «1-го старославянского Жития Вячеслава», правильнее было бы, на мой взгляд, понимать как обозначение особой социальной категории древнечешского общества XI–XIII вв., известной под латинизированным обозначением druh/druhones.
До некоторой степени уже сами числа образуют собственный язык, который понимали и которым пользовались первобытные племена, поддерживая связи между собой на языке чисел. А в древних алфавитах (например, в древнееврейском) численные значения приписывались и буквам. До сих пор это широко применяется во многих традициях, в том числе и в нашей. Например, в нумерованных списках в текстах вместо чисел 1), 2), 3), 4) пишут: а), б), в), г) и т. д.
Если сравнить лингвистику с другими гуманитарными науками, то бросается в глаза одна ее особенность. В ряде наук в течение веков менялись представления и о самом их предмете, и об их задачах и целях. Но если мы сравним грамматику Дионисия Фракийца и современный школьный учебник русского языка, то обнаружим много общего. Сходна сама задача – научить правильному языку. Сходно понимание языка – как некоторой системы правил, извлекаемой из множества уже существующих, а не конструируемых автором текстов. Сходно выделение основных изучаемых областей языка: фонетика, морфология, синтаксис (они и изучаются в этом порядке); при этом основное внимание там и там уделяется грамматике. Сходны многие основные понятия и термины (русские термины часто представляют собой кальки с древних языков): звук, гласный звук, согласный звук, слово, предложение, часть речи, глагол, наречие, местоимение, падеж, лицо, наклонение, залог и т. д. Некоторые из них появились даже до Александрии; например, первым выделил части речи Аристотель в IV в. до н. э. Лишьсинтаксическая терминология современного учебника отсутствовала в александрийский период и появилась намного позже. Но и она разработана еще в XIII–XVI вв. Также в античности еще не было представления о значимых частях слова – корне, суффиксе и т. д. Но и оно появилось в XVI–XVII вв.
В санскрите одно из слов для обозначения понятия света: ruca («светлый», «ясный») и ruc («свет», «блеск»). В последующем языковом развитии «шь» и «ц» превратилось в «с» (чередование согласных и гласных звуков – обычное фонетическое явление даже на протяжении небольших временных периодов) и достаточно неожиданным (на первый взгляд) образом осело в столь значимых для нас словах, как «русский» и «Русь». Первичным по отношению к ним выступает более архаичное слово «русый», прямиком уходящее в древнеарийскую лексику и по сей день означающее «светлый». От него-то (слова и смысла) и ведут свою родословную все остальные однокоренные слова языка. Данная точка зрения известна давно. Еще русский историк и этнограф польского происхождения, один из основоположников отечественной топонимики Зориан Яковлевич Доленга-Ходаковский (1784–1825), критикуя норманистские пристрастия и предпочтения Н.М. Карамзина, писал: «Тогда б увидел и сам автор (Карамзин. – В.Д.), касательно Святой Руси, что сие слово не составляет ничего столь мудреного и чужого, чтобы с нормандской стороны, непременно из-за границы, получать оное; увидел бы, что оно значит на всех диалектах славянских только цвет русый (blond) и что русая коса у всех ее сыновей, как Rusa Kosa i Rusi Warkocz (коса. – В.Д.) у кметей (крестьян) польских равномерно славится. ‹…› Есть даже реки и горы, называемые русыми»[11].
В санскрите одно из слов для обозначения понятия света: ruca («светлый», «ясный») и ruc («свет», «блеск»). В последующем языковом развитии «шь» и «ц» превратилось в «с» (чередование согласных и гласных звуков – обычное фонетическое явление даже на протяжении небольших временных периодов) и достаточно неожиданным (на первый взгляд) образом осело в столь значимых для нас словах, как «русский» и «Русь». Первичным по отношению к ним выступает более архаичное слово «русый», прямиком уходящее в древнеарийскую лексику и по сей день означающее «светлый». От него-то (слова и смысла) и ведут свою родословную все остальные однокоренные слова языка. Данная точка зрения известна давно. Еще русский историк и этнограф польского происхождения, один из основоположников отечественной топонимики Зориан Яковлевич Доленга-Ходаковский (1784–1825), критикуя норманистские пристрастия и предпочтения Н.М. Карамзина, писал: «Тогда б увидел и сам автор [Карамзин. – В.Д.], касательно Святой Руси, что сие слово не составляет ничего столь мудреного и чужого, чтобы с нормандской стороны, непременно из-за границы, получать оное; увидел бы, что оно значит на всех диалектах славянских только цвет русый (blond) и что русая коса у всех ее сыновей, как Rusa Kosa i Rusi Warkocz [коса. – В.Д.] у кметей (крестьян) польских равномерно славится. <…> Есть даже реки и горы, называемые русыми».
Ознакомление детей со знаковой системой языка. Детей 6–7 лет знакомят с буквами русского алфавита, принципом позиционного чтения, затем обучают послоговому и слитному способам чтения, учат составлять слова и предложения из букв азбуки и т. д.
Такая система обозначения весьма проста – если только знать «ключ» к ней. Обыкновенно торговец выбирает какое-нибудь слово, составленное из 10 различных букв; чаще всего останавливали выбор на словах: трудолюбие, правосудие, ярославец, миролюбец, Миралюбов. Первая буква слова означает 1, вторая – 2, третья – 3 и т. д.; десятою буквою обозначается нуль. С помощью этих условных букв-цифр торговец и обозначает на товарах их цену, храня в строгом секрете «ключ» к своей системе обозначения. Если например, выбрано слово:
Практически с самого начала иероглифики она существовала в двух вариантах: традиционные иероглифы в виде фигурок людей, животных и т. д., похожих на пиктограммы, и скоропись, так называемая иератика, больше похожая на китайские иероглифы, где знаки уже не напоминают образы окружающего мира. Именно этой скорописью написано большинство дошедших до нас произведений литературы Древнего Египта.
Стоит начать с имени верховного бога греческого пантеона – Зевса. Имя Зевс – Zeus имеет весьма характерное для латыни окончание «us». Это окончание существительных мужского рода в именительном падеже. В этрусском языке окончание «us» тоже использовалось, хотя и не так часто, как в латыни. Имя главного бога этрусков звучит «Йевус», где «us» опять же окончание, а значимый корень аналогичен и по звучанию, и по смыслу русскому «явь» и еврейскому «Яхве» – «сущее, сущий». В русском языке окончание «us» сохранилось в виде «уш» в ласкательной форме имен собственных. Так, латинское Petrus – русск. «Петруша», лат. Paulus – русск. «Павлуша» и т. д.
Прошло сто лет, и в 1631 году французский медик Теофраст Ренодо использовал это слово в названии первого во Франции еженедельного печатного издания «Ла газет». Это был небольшой листок размером в половину обычного стандартного листа писчей бумаги. Во французском произношении буква «д» исчезла, и слово стало звучать как «газет». Со временем это слово превратилось из существительного собственного в нарицательное – наименование особого типа периодических изданий – газета.
Следует обратить внимание на термины «основа» («a stem»), «полнозначная основа», «знаменательный элемент», «корень», «корневая морфема», «слово» («word»), используемые для описания структуры сложного слова (a compound word). В определениях сложного слова в русском языке преобладают термины «основа», «корневая морфема», а в определениях сложного слова (a compound word) в английском языке в основном используются термины «слово» («word») и «основа» («stem»). Употребление разных терминов обусловлено, по нашему мнению, принадлежностью данных языков к разным типам грамматического оформления слова. Русский язык относится к синтетическим языкам, в которых «грамматические значения выражаются в пределах самого слова (аффиксация, внутренняя флексия, ударение, супплетивизм и т.д.) [Розенталь 1972: 355]. Английский язык относится к группе аналитических языков, в которых «грамматические значения (отношения между словами в предложении) выражаются не формами самих слов, а служебными словами при знаменательных словах, порядком знаменательных слов, интонацией» [Розенталь 1972: 20]. Более того, как отмечает В.В. Гуревич, «в английском языке преобладают одноморфемные слова, в которых не всегда легко установить четкую границу между корнем и грамматическим окончанием, т.е. нет четкости «морфологического шва» [Гуревич 2003: 112]. В связи с тем, что в английских словах не всегда четко определена граница между корнем и окончанием, используют понятия «word» или «stem». Поэтому считаем приведенные в данном контексте термины «основа», «корневая морфема», «слово» («word») и «основа» («stem») близкими по значению.
Кaк известно, термин фольклор был впервые предложен Вильямом Джоном Томсом (1803 – 1885) в его письме, дaтировaнном 12 aвгустa 1846 годa и подписaнным псевдонимом «Aмброз Мертон», в aнглийский журнaл Aтенеум. В этом письме aвтор предлaгaл зaменить бытовaвшие тогдa в Aнглии определения «нaродные древности» (Popular Antiquities) или «нaроднaя литерaтурa» (Popular Literature) нa состaвной термин фольклор (Folk-Lore – the Lore of the People). Термин, создaнный Томсом, окaзaлся счaстливым и пережил и со временем вытеснил современные ему термины в других языкaх – фрaнцузский traditionnisme, немецкий Volkskunde, итaльянский demopsicologia и т.д.
Надо сказать, что некоторые из перечисленных слов с корнем инвест– не такие уж новые для русского языка. [Современный словарь… 2000] указывает, что глагол инвестировать и однокоренные с ним слова инвестор, инвестиция были заимствованы русским языком еще в начале XX в. Слова инвестировать и инвестиция зафиксированы в первом томе «Толкового словаря русского языка» под ред. Д. Н. Ушакова (1935 г.). Но при этих словах стоит помета «экон.»[6]. Эта помета сопровождает указанные слова и в более поздних словарях – например, в четырехтомном академическом [МАС]. И только в конце XX в. термины с корнем инвест– покидают узкие рамки профессионального словоупотребления экономистов и начинают употребляться в общелитературном языке.
В этой строфе, из 7 пар рифм, явные опорные согласные в 3: вино – давно, Трике – руке; клики – великий. В рифме: блажной – важной – опорная согласная одного слова отделена во втором вставным звуком; кроме того, оба слова начинаются одним и тем же звуком. В рифме: пьёт – передаёт – ударная гласная йотированная, т. е. как бы заключает в себе опорный звук j; кроме того, оба слова начинаются одним и тем же звуком. Вполне классической рифмой опять остается лишь одна: собранье – молчанье; но и здесь должно заметить, что оба рифмующиеся слова построены одинаково: оба – трехсложные, в обоих после начальной согласной следует неударное о, потом группа из двух согласных (бр и лч), и т. д.
Почти все личные имена, которые мы давно привыкли считать русскими, были принесены христианством на Русь через Византию, которая собрала лучшие имена из своего языка, а также иноязычные имена и канонизировала их, то есть официально узаконила, сделав именами церковными. Поэтому они имеют греческое, латинское, древнееврейское происхождение, изредка можно встретить имена, принадлежащие некоторым другим восточным языкам, например, сирийские, египетские. Это же можно сказать и о многих других народах. Именно поэтому прослеживается соответствие имен в разных языках: русское – Иван, польское – Ян, французское – Жан, английское – Джон, немецкое – Иоганн; русское – Михаил, французское – Мишель, польское – Михал; русское – Ольга, немецкое – Хельга; русское – Павел, французское – Поль, немецкое – Пауль и т. д. При переходе имен из других языков утратилось их первоначальное значение (ведь все они произошли от нарицательных существительных), и они становились уже только именами собственными.
Опора на орфографию соответствует пониманию среднего носителя языка, который, видимо, ответит на вопрос, является ли потому что словом, отрицательно. Если же спросить, является ли это выражение союзом, число положительных ответов существенно вырастет. В принципе мы могли бы игнорировать мнение неспециалистов, как обычно делается при разработке научной терминологии. Однако ответы специалистов-лингвистов в общих чертах такие же, что подтверждает и лексикографическая практика. Лингвисты могут дополнить свои ответы разными объяснениями и рассуждениями, но в целом взгляды, очевидно, совпадают: потому что считается союзом, состоящим из двух слов, но не словом. Более того, орфографическая и пунктуационная особенность оформления таких эквивалентов слов (в течение, несмотря на, так как, потому что и др.) отражает интуитивное стремление лингвистов и нормализаторов языка отделить подобные единицы от сходных словосочетаний. Признав подобные комплексы самостоятельными лексическими единицами, можно более строго сформулировать и ряд орфографических и пунктуационных правил, например «лексемы в течение, в продолжение, являясь предлогами, пишутся через – е»; «лексемы так как, потому что пишутся без запятой между компонентами союза» и т. д.
Лексика кяхтинского языка была преимущественно русской, грамматический строй – китайским: слова не изменялись, глаголы употреблялись в форме императива, существительные и местоимения в препозиции становились определениями – следовательно, было утрачено различие между личными и притяжательными местоимениями, и т. д. Знаменита фраза «моя твоя понимай нету». В Китае одно время этот язык преподавался чиновникам, торгующим с Россией, издавались учебники и существовали экзаменационные комиссии (обычно составители пособий при этом называли кях-тинский пиджин русским языком; насколько искренним было такое представление, не вполне ясно) (примеч. cxcviii).
Очень долгое время руны использовались наряду с латинским алфавитом. Они обозначали не только отдельные звуки, но и целые понятия. Пользуясь руническими символами и заключенными в них понятиями, составляли сообщения, с их помощью наносили на личные предметы (оружие, кольца, гребни) и шаманские атрибуты (погремушки и барабаны) имена их владельцев. Люди вырезали рунами какие-либо заветные слова, например на кольце (для завоевания любви), оружии (для победы в сражениях) и т. д. Так, в «Старшей Эдде» в речах Сигрдривы содержится призыв на использование рун Тейваз (t) и Науд (n):
А.Д. Чертков пишет: «На монете Иоанна Грозного при русской надписи видим и арабскую, означающую его имя Ибан».
Но с этим словом, местоимением первого лица, связаны и другие интересные вещи. Те, кто признает изначальную композитность этого местоимения, расчленяют его по-разному. Так, например, О. Семереньи [Семереньи 1980: 231] пришел к выводу, что *-m было более ранним, и именно оно было личным окончанием глагола в первом лице: «Следовательно, значащим элементом в номинативе является не *eg(h), а -om; *eg(h) – это элемент, который в качестве префикса присоединялся к местоимению *em». То, что позднее (т. е. современное) первое лицо восходит к комплексу частиц, а собственно показателем первого лица является m-основа (см. м-ой, м-не, mein, my, moi и т. д.), признает также В. Н. Топоров ([Топоров 1992] и др. его статьи). Эту форму он реконструирует как *eg’hom и пишет о ней: «и. – е. *eg’hom, как бы его ни членить, …состоит более чем из одного элемента, из двух по крайней мере» [Топоров 1992: 131]. Первым элементом он считает дейктический элемент: *e-, *H’e-, *H’ei-? *H’I и т. д. Вторым элементом – усилительную частицу: *-g’h-, *-gh-. Но основное внимание он уделяет последнему элементу, с опорой на -m-, развивая идею совместного существования этой формы и той, которая выступает в родительном падеже и обычно трактуется как супплетивное образование для косвенных падежей у местоимения первого лица – т. е. *men. По мнению В. Н. Топорова, это *men связано с корнем «общементального значения» (см. mens/mentis), «тонкой духовной субстанции», противопоставляемой субстанции более грубой, связываемой со вторым лицом. То есть, по концепции В. Н. Топорова, в виде интродукции сначала вводится «Вот моя здешнесть», то есть я, после чего это я поясняется через *men-, атрибуируется.
Мы не будем далее пересказывать содержание книги Д. Бикертона, а остановимся на одном его принципиальном утверждении, что «дети создают язык, его грамматику». Утверждение о языковой биопрограмме автор повторяет и в «Языке Адама», хотя и не акцентирует его как в предшествующих исследованиях. Одним из новых доказательств возможностей детей структурировать неструктурированный речевой инпут является факт возникновения никарагуанского жестового языка. Как пишет Джуди Кегл, после прихода к власти сандинистов в 1979 г. они создали школу-интернат для глухих детей, куда свезли детей со всей страны. К 1983 г. в двух школах в окрестности Манагуа было 400 глухих школьников. Языковая программа была нацелена на овладение чтением по губам испанской разговорной речи и дактилологию. Жестовому языку детей не обучали, но каждый из них привез средства пантомимы, которые позволяли им общаться со слышащими родственниками. Дети стали общаться на жестовом пиджине, используя иконические холистические жесты из домашних заготовок. Однако когда в школе появились дети 4–5 лет, произошла «креолизация» языка. Жесты стали более стандартизированными, приобрели дискретность, т. е. вместо целостного обозначения ситуации стали использоваться комбинации жестов. Семантические роли деятеля и объекта действия стали передаваться порядком жестов и пространственными частицами, появились однотипные обозначения множественного числа объектов и т. д. (Kegl, Senghas, Coppola 1999; Kegl 2002).
Общий трансляционный алгоритм, понятно, должен содержать весь потенциальный набор ключевых символов. Как показали исследования, и в самом деле могут существовать матрицы, использование которых приводило к формированию различных символов, имеющихся в распоряжении человечества. Это графические фигуры, часто именуемые графемами, употребляемые в качестве букв, цифр, других знаков (например – астрологических), фрагментов орнаментов, которые встречаются на оружии, предметах быта, ювелирных изделиях, рисунках одежды и т. д. Причём знаки тиражируются в чисто художественных целях, хотя изначально они служили для нужд мантических, связанных с прорицанием. А это указывает на то, что устойчивые образные ряды, закреплённые сознанием, отражают универсальную взаимосвязь плотного и тонкого, то есть феноменального и ноуменального миров. Потому порядок следования символов, например – во фразе, слове, узоре, можно соотнести с порядком следования явлений на нашем вещественном плане. Считается, что в процессе гадания каждый символ той или другой магической системы открывает определённую дверь в мир ассоциаций, на основе которых прорицатель с помощью своего опыта и делает предсказание. Сейчас известно несколько таких систем, называемых иногда «замкнутыми ассоциативными системами». Одна из древнейших – 22 карты Старших Арканов Таро. Можно вспомнить 22 буквы священного еврейского алфавита, 64 гексаграммы китайской «Книги Перемен». Есть сведения, что и кириллица – старый её вариант, содержащий 43 буквы, – является такой системой [3]. К подобной категории знаков относится и рунический строй Футарк (рис. 1).
Использование иноязычных выражений: Академик Веселовский… <…>, затем уже переходя, так сказать, на то, что тогда называлось privatissimo, т. е. на домашние занятия (из выступления В. В. Виноградова). Этот дом имел cour d’honneur (из беседы А. П. Евгеньевой), в том числе латинских: eo ipso, sapienti sat, suum cuique, in vino veritas (из пародии В. Д. Левина); casus Levi (из лекции А. В. Исаченко).
Основной путь обогащения словаря языка – словообразование. Новые слова создаются двумя основными способами: 1) морфологическим (с помощью приставок и суффиксов – аффиксный; а также путём сложения основ – безаффиксный); 2) неморфологическим (переход из одной части речи в другую, переосмысление лексем, расщепление слов на омонимы и т.д.). Новые слова могут быть общеязыковыми и индивидуально-авторскими (окказионализмы).
Получила распространение трактовка, отчётливее всего выраженная в статье М. Д. Лесник «К вопросу о приглагольном управлении в современном русском языке». По мнению М. Д. Лесник, управление есть там, где «употребление косвенного падежа имени существительного (или любого субстантивного слова) вызывается лексическим значением или грамматическими особенностями господствующего слова».24
Конечно, оба эти труда ученые построили на усилиях и вкладах своих предшественников и современников; в науке не существует иного пути для развития продуктивной научной деятельности. Назовем лишь нескольких наиболее выдающихся личностей. Это англичанин А.Х. Сэйс, издавший в 1871 г. первый моноязычный шумерский документ, а именно надпись Шульги, содержащую двенадцать строк, а также указавший в подробном филологическом комментарии на несколько важных особенностей шумерского языка. Это и Франсуа Ленорман с его монументальными «Аккадскими исследованиями (очерками)», начатыми в 1873 г. Это и Пауль Хаупт, который скопировал множество шумерских двуязычных и моноязычных надписей в Британском музее и внес существенный вклад в изучение шумерской грамматики и лексикографии. Далее, P.E. Бруннов: он составил перечень шумерских знаков и их прочтений и на материале доступных в то время двуязычных табличек создал наиболее полный словарь шумерских слов, имеющий принципиальную важность для всех лексикографов с момента опубликования в 1905 гг. до наших дней, хотя он и дополнен рядом глоссариев, подготовленных другими учеными, чтобы идти в ногу со временем. Это Ж.Д. Принс, опубликовавший первый существенный шумерский лексикон в 1905 г.; и Фридрих Делитцш, составивший шумерскую грамматику и шумерский глоссарий, основанный скорее на корнях слов, нежели на отдельных знаках и правилах их чтения.
Очевидно, что исследование суперсегментных средств как системы способствовало бы и дальнейшему изучению лингвистической природы отдельных суперсегментных единиц. Отметим, кстати, что такой подход является не только значимым для фонетики как таковой, но и представляет очевидный интерес для теории дериватологии, поскольку такие единицы, как слог, такт (фонетическое слово), фраза (синтагма), период, фоноабзац и т. д., будучи единицами сложными, производными, являются удобным объектом для первой попытки установления деривационных отношений в области фонетических явлений.
Хотя символический способ письма позволял представить множество идей и событий с помощью знаков, имеющих ясно выраженное сходство с тем, что они представляют, но во многих случаях эти символы носили произвольный характер. Они походили на знак, который мы используем для обозначения доллара: будучи поставленным перед числом, он обозначает деньги, то есть скорее понятие, чем слово. Наши цифры 1, 2, 3 и т. д. также являются символами, обозначающими понятия. Они обозначают сами числа, а не названия чисел, выраженные словами. Хотя люди из разных стран Европы понимают их одинаково, но называют разными словами. Англичанин прочитает эти числа не так, как испанец, немец или итальянец.
Обращая внимание на то, что части речи (в том числе и местоимения) не представляют собой абсолютно закрытый класс слов, Степанова М.Д. и Хельбиг Г. в свое время отмечали, что « «слова формируют словарный состав соответствующего языка, «открытый» и подвижный в своей основе: большинство слов относятся именно к «открытым классам» [Степанова, Хельбиг, 1978, с. 18]. К «открытым» классам относятся и местоимения.
Все отмеченные в наличном материале примеры, где приглагольная падежная форма может быть понята как форма вин. ед. = род. ед. ж. р., в действительности представляют исконные формы родительного падежа, пережиточно сохраняющиеся как элемент супинной конструкции [Пеньковский 1975-а: 86–88] (ср.: «А поехали они к Царюграду Отымать царицы Соломанихи» – А. В. Марков. Беломорские былины. М, 1901. С. 453), как члены глагольных словосочетаний с особыми типами управления (ср.: «Да женился князь да во двенадцать лет, Уж он брал княгини девяти годов» – А. Д. Григорьев. Архангельские былины. Т. I. Ч. I. M., 1904. С. 30) и в ряде других случаев. Все они заслуживают специального изучения.[32]
Образование этнических названий от гидронимов – явление довольно распространенное. Примерами этого могут служить уже названные выше моравы – от реки Моравы, полочане – от Полоты, а также бужане – от Буга, балкарцы – от реки Балк (кабардинское название реки Малки на Северном Кавказе) и т. д. Но рассматриваемый случай совсем иной. Дело в том, что гидронимы и топонимы с корнем «рос/рус» известны не только в районе Среднего Днепра, они во множестве представлены во всей Восточной и Центральной Европе (только в Карпатах их насчитывают семьдесят шесть, в том числе десять рек[177]), а кроме того, они нередко встречаются и в Западной Европе, и даже в Азии. И если подходить к этому вопросу формально, то, как остроумно заметил В.П. Кобычев, «значительное количество… названий с неменьшим успехом, чем днепровская Рось, могло бы претендовать на право считаться родоначальником этнического имени русь»[178]. Впрочем, еще в XIX веке русскими историками уже выдвигались подобные предположения относительно Закарпатья и Юго-Восточной Прибалтики (О. Васильев, Н.И. Костомаров, И.П. Филевич), которые не получили поддержки среди ученых. При более внимательном рассмотрении все эти географические названия или сами происходят от имени росов-русов, широко расселившихся по Европе, или же восходят к фонетически созвучным словам из каких-либо древних языков индоевропейской группы. Например, одно из многих значений санскритского слова rasa – «вода», в кельтском языке rus, ros означает «озеро». И именно с понятиями «вода», «река» связывал термины «рось» и «русь» русский исследователь прошлого века С. Гедеонов, считая их однокорневыми со словами «русалка», «ручей», «русый» (по цвету воды), «русло»[179].
Монголы считали возраст каждого животного, умножая реальное количество прожитых лет на пять: лошадь – 6 × 5 = 30, собака 2 × 5 = 10, и т. д. В голосе человека имелось, по их мнению, пять тонов или звуковых оттенков. Именно поэтому в монгольской музыке (как и в китайской, корейской, японской, бирманской) пять тонов, а не семь, как в Европе. Кроме того, в монгольском языке фактически пять гласных, хотя в алфавите их семь. Следует отметить, что в английском, японском и китайском языках тоже по пять гласных звуков.
а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я