Цитаты со словом «аркебуза»
Похожие цитаты:
Стреляй редко, да метко, штыком коли крепко. Пуля — дура, штык — молодец.
Прятаться в укрепление от пушек я считаю недостойным воина. Меч - вот оружие мужчины.
Говорить не думая — всё равно, что стрелять не целясь.
Первым стреляет тот, кто стреляет первым, остальное придумывается в оправдание, если застрелили не того или не тех.
Шутка есть оружие обоюдоострое.
Я стреляю по цели, как будто вручную вбиваю пули.
Еще не отлита пуля, способная меня сразить!
Нет такой уловки или приема в пользовании оружием во время боя, которые мы сочли бы дурными, лишь бы они помогли отразить направленный на нас удар.
Бог не на стороне больших батальонов, а на стороне лучших стрелков.
Храбрость без закалки — холостой выстрел.
Талант признают только тогда, когда он шагает по трупам, и нужны тысячи снарядов, чтобы пробить себе брешь в Фортуне.
Скука, пронизывающая некоторые книги, идет им на пользу. Критика, поднявшая свое копье, засыпает, не успев его метнуть.
...«ибо, если противник действительно стоек, то его можно опрокинуть
только штыком».
Быть искренним в жизни значит вступить в бой с неравным оружием и бороться с открытой грудью против человека, защищенного панцирем и готового нанести вам удар кинжалом.
И если на следующий день будут поражены другие 10, 20, 50 центров, кто сможет еще удержать обезумевшее население от бегства в поля и деревни, чтобы спастись из городов, представляющих собой мишени для неприятельских ударов?
В прицел лучше видишь жертву, а не человека.
Лучше молодой жене стрела в бок, чем старик под боком.
Ты пришёл убить меня. ‹…› Пожалуйста, успокойся и хорошо прицелься. Ты убиваешь человека (или мужчину — без контекста не ясно).
Не солдат, кто других убиваетНо солдат, кто другими убит.
Есть оружие пострашнее клеветы: оружие это — истина.
Сердце охотника, как порох, взрывается и вдруг сгорает, не оставляя ничего.
Какой конь не спотыкается и какой клинок когда-нибудь не отскочит?
Русского солдата мало убить, его надо еще повалить.
Остроумие надо использовать как щит, а не как меч, чтобы ранить других.
Штыки хороши всем, кроме одного — на них нельзя сидеть.
Сила меча зависит не от меча, а от руки воина.
Вера — это топор гильотины, так же тяжела, так же легка.
Оденьте преступление в золото — и крепкое копьё правосудия переломится, не поранив; оденьте в рубище — его пронзит и соломинка пигмея.
Шея у меня коротка, целься хорошенько, чтобы не осрамиться.
Во все времена песня была не менее сильным оружием, чем сабли, ружья, пушки, ибо в ней была непреоборимая сила любви к Отчизне, к дому родному, к народу своему страдальному и прекраснодушному.
Если верный конь, поранив ногу, Вдруг споткнулся, а потом опять, Не вини его, вини дорогу, И коня не торопись менять. («Берегите друзей»)
Серебристый коридор буквально выстрелил вперёд, чтобы соединиться с себе подобным.
Я это чувствую при удачной стрельбе в каждого крупного зверя: пока не убит — ничего, я даже могу быть очень храбрым и находчивым, но когда зверь лежит, я чувствую вот это самое, среднее между страхом, жалостью, раскаяньем.
Мы не только превратим Петербург в жалкие развалины, но сожжём и верфи Архангельска, наши эскадры настигнут русские корабли даже в укрытиях Севастополя! И пусть русские плавают потом на плотах, как первобытные дикари.
Штыками можно сделать всё что угодно; только нельзя на них сидеть.
Сегодняшние подростки не понимают, о чём это пела тридцать лет назад Алла Пугачёва: «…и переждать не сможешь ты трёх человек у автомата!» — какого автомата?
Уже сотни лет мир, наш мир, умирает. И никто за эти сотни лет не додумался засунуть бомбу ему в задницу и поджечь фитиль.
Слово — что камень: коли метнёт его рука, то уж потом назад не воротишь.
Я совершенно уверен, что никто не должен ни на минуту колебаться прибегнуть к оружию для защиты бесценного дара свободы, от которого зависит все добро и зло в жизни, однако оружие, смею добавить, последнее средство.
Хорошо быть линкором. Башню снесло, четыре осталось.
Хищника надо ласкать по оружию — тогда он не боится.
Цыгане не англичане, а следовательно, почти наверняка людоеды.