Неточные совпадения
Кроме того,
этот вопрос со стороны Левина был не совсем добросовестен. Хозяйка зa чаем только что говорила ему, что они нынче летом приглашали из Москвы Немца, знатока бухгалтерии, который за пятьсот рублей вознаграждения
учел их хозяйство и нашел, что оно приносит убытка 3000 с чем-то рублей. Она не помнила именно сколько, но, кажется, Немец высчитал до четверти копейки.
— Весьма зрело и очень интересно. Но ты забыл, что аз есмь купеческий сын.
Это обязывает измерять и взвешивать со всей возможной точностью. Алина Марковна тоже не лишена житейской мудрости. Она видит, что будущий спутник первых шагов жизни ее подобен Адонису весьма отдаленно и даже — бесподобен. Но она знает и
учла, что он — единственный наследник фирмы «Братья Лютовы. Пух и перо».
Курсы Василия Назарыча в среде узловской денежной братии начали быстро падать, и его векселя, в первый раз в жизни, Узловско-Моховский банк отказался
учитывать Василий Назарыч
этим не особенно огорчился, но он хорошо видел, откуда был брошен в него камень;
этот отказ был произведением Половодова, который по своей натуре способен был наносить удары только из-за угла.
Все
это надо
учитывать и быстро принимать соответствующие меры.
Здесь он принимал богачей, нуждавшихся в деньгах,
учитывал векселя на громадные суммы под большие проценты и делал
это легко, но в мелочах был скуп невероятно.
Кто
учтет влияние
этой роковой автоматической птицы на жизнь и судьбы поколений, проходящих строй за строем через наши средние школы…
— Ох, не выкомуривай ты со своими загадками, Михей Зотыч! Как
это ты
учтешь свои загадки загадывать, так меня даже в пот кинет.
Ну уж
этого тебе никогда не
учесть и не проконтролировать.
Вообще она жила, как бы не участвуя лично в жизни, а единственно в силу того, что в
этой развалине еще хоронились какие-то забытые концы, которые надлежало собрать,
учесть и подвести итоги. Покуда
эти концы были еще налицо, жизнь шла своим чередом, заставляя развалину производить все внешние отправления, какие необходимы для того, чтоб
это полусонное существование не рассыпалось в прах.
По крайней мере, они
учли, что безлюдная площадь —
это самое удобное место для их свадеб, которые они и играли на виду у всех.
— А что ты вексель отказался мне
учесть —
этого я по гроб не забуду! — кричал кто-то неистовым голосом.
Достигаев. Да, да!
Это самое. И при
этом боится он умереть, а потому — обязательно умрет. И ты
этот факт —
учти! Дни нашей жизни такие, что ротик разевать нельзя, ручки в карманах держать — не полагается. Государственный плетень со всех сторон свиньи подрывают, и что будет революция, так
это даже губернатор понимает…
— Да как ты
учтешь, чего стоит работа в день?..
Этого учесть нельзя, — говорили лесники.
Кто
учтет, сколько при
этом было пережито тяжелой душевной ломки, сколько женщин погибло, не решаясь раскрыть перед мужчиною своих болезней?
Много раз сходился мир по
этому делу; сначала решили
учесть опекуна, сиротское именье отдать наследнице сполна, но каждый раз сходка кончалась тем, что ответчика опивали.
Но ведь ты марксистка, как же ты
этого не
учитываешь?
— Я не судья!.. Все дело в панике… Будут их
учитывать… Не отвертятся на
этот раз. Партия есть… либералы, обличители. Доберутся до моей расписки… Где же я возьму?.. Пойдут допытываться. Ты понимаешь, все заново поднимут и разгласят.
Обладать им есть возможность! Дело состоит в выигрыше времени. Он пойдет с аукциона сейчас же, по долгу в кредитное общество. Денег потребуется не очень много. Да если бы и сто тысяч — они есть, лежат же без пользы в конторе государственного банка, в билетах восточного займа. Высылай проценты два раза в год. Через два-три месяца вся операция сделана. Можно перезаложить в частные руки. И
этого не надо. Тогда векселя
учтут в любом банке. На свое имя он не купит, найдет надежное лицо.
И сколько
этих сил — не перечесть и не
учесть!
Он не был филантроп и смотрел на крестьян прямо как на «рабочую силу»; но он берег
эту силу и сразу же
учел, что потворствовать мужичьей прихоти нельзя, что множество слепых и удушливых приносят ему большой экономический ущерб.
— Ничего не значит… Прознал он вексель-то у него какой, может его за тысчонку, а то и меньше
учел… Видит, дело дрянь, денежки все рано пропадают, дай, думает, потешу дурака… Тебе и отдал… А ты меня хотел подвести… но только меня трудновато… Нюх есть… ой, какой нюх… Векселя-то
эти на ощупь оцениваю… по запаху цену назначу… Хе, хе, хе… — раскатился старик довольным смехом.
— На имя Соколова… Ага… — говорил Николай Герасимович, осматривая вексель. — Но позвольте,
этот вексель и еще два таких же, всего на сумму двенадцать тысяч рублей, два года тому назад были даны мною господину Соколову для учета… Векселя он взял и сам ко мне не являлся… Я поехал к Гофтреппе, который приказал разыскать его… Оказалось, что
этот мошенник векселя мои
учел, а сам скрылся… Вот история вашего векселя и двух ему же подобных.
— Деньги, брат, у того только есть, кто им цену знает, а ты хоть сотню тысяч имей, пройдут между рук, как будто их и не было… А ты им цены не знаешь… Принес ты мне намеднись
этот самый вексель,
учти за три тысячи, я отказал; за две, говорил, я говорю не могу; бери за тыщу… Так ли я говорю?
Как же при
этих условиях
учесть бюджет мужика и решить вопрос о том, которым из них помогать и поскольку?