Неточные совпадения
Последний, если хотел, стирал пыль, а если не хотел, так Анисья влетит, как вихрь, и отчасти фартуком, отчасти голой
рукой, почти носом, разом все сдует, смахнет, сдернет,
уберет и исчезнет; не то так сама хозяйка, когда Обломов выйдет в сад, заглянет к нему в комнату, найдет беспорядок, покачает головой и, ворча что-то про себя, взобьет подушки горой, тут же посмотрит наволочки, опять шепнет себе, что надо переменить, и сдернет их, оботрет окна, заглянет за спинку дивана и уйдет.
Оставшись один и
убрав свои тетради в новый, купленный ею портфель, он стал умывать
руки в новом умывальнике с новыми, всё с нею же появившимися элегантными принадлежностями.
Кирила Петрович ходил взад и вперед по зале, громче обыкновенного насвистывая свою песню; весь дом был в движении, слуги бегали, девки суетились, в сарае кучера закладывали карету, на дворе толпился народ. В уборной барышни перед зеркалом дама, окруженная служанками,
убирала бледную, неподвижную Марью Кириловну, голова ее томно клонилась под тяжестью бриллиантов, она слегка вздрагивала, когда неосторожная
рука укалывала ее, но молчала, бессмысленно глядясь в зеркало.
Вылезши из печки и оправившись, Солоха, как добрая хозяйка, начала
убирать и ставить все к своему месту, но мешков не тронула: «Это Вакула принес, пусть же сам и вынесет!» Черт между тем, когда еще влетал в трубу, как-то нечаянно оборотившись, увидел Чуба об
руку с кумом, уже далеко от избы.
Две младшие дочери, в храмовой праздник али отправляясь куда в гости, надевали голубые или зеленые платья, сшитые по-модному, с обтяжкою сзади и с аршинным хвостом, но на другой же день утром, как и во всякий день, подымались чем свет и с березовыми вениками в
руках выметали горницы, выносили помои и
убирали сор после постояльцев.
Еще в сенях Марья Кондратьевна, выбежавшая отворить со свечкой в
руках, зашептала ему, что Павел Федорович (то есть Смердяков) оченно больны-с, не то что лежат-с, а почти как не в своем уме-с и даже чай велели
убрать, пить не захотели.
Позовут ли ее одеть барышень, гладить, сбегать куда-нибудь,
убрать, приготовить, купить, на кухне ли помочь: в нее всю как будто вложена какая-то молния,
рукам дана цепкость, глазу верность. Она все заметит, угадает, сообразит и сделает в одну и ту же минуту.
Она собственно не дотронется ни до чего, а старчески грациозно подопрет одной
рукой бок, а пальцем другой повелительно указывает, что как сделать, куда поставить,
убрать.
Едва Верочка разделась и
убрала платье, — впрочем, на это ушло много времени, потому что она все задумывалась: сняла браслет и долго сидела с ним в
руке, вынула серьгу — и опять забылась, и много времени прошло, пока она вспомнила, что ведь она страшно устала, что ведь она даже не могла стоять перед зеркалом, а опустилась в изнеможении на стул, как добрела до своей комнаты, что надобно же поскорее раздеться и лечь, — едва Верочка легла в постель, в комнату вошла Марья Алексевна с подносом, на котором была большая отцовская чашка и лежала целая груда сухарей.
Молодой каторжный, брюнет с необыкновенно грустным лицом, одетый в щегольскую блузу, сидит у стола, подперев голову обеими
руками, хозяйка-каторжная
убирает со стола самовар и чашки.
Настоящая гульба, впрочем, идет не на улице, а в избах, где не сходит со столов всякого рода угощение, подкрепляемое водкой и домашней брагой. В особенности чествуют старосту Федота, которого под
руки, совсем пьяного, водят из дома в дом. Вообще все поголовно пьяны, даже пастух распустил сельское стадо, которое забрело на господский красный двор, и конюха то и дело
убирают скотину на конный двор.
Я поднялся на своей постели, тихо оделся и, отворив дверь в переднюю, прошел оттуда в гостиную… Сумерки прошли, или глаза мои привыкли к полутьме, но только я сразу разглядел в гостиной все до последней мелочи. Вчера не
убирали, теперь прислуга еще не встала, и все оставалось так, как было вчера вечером. Я остановился перед креслом, на котором Лена сидела вчера рядом со мной, а рядом на столике лежал апельсин, который она держала в
руках.
Пользуясь теснотою, он отыскал ее мизинец и крепко пожал его двумя пальцами. Она, блеснув на него глазами,
убрала свою
руку и шепнула ему: кш! — как на курицу.
— Теперь глядите: левую
руку я
убираю назад, за спину.
Буфет в столовой она сама
убирала цветами и все фрукты и конфеты укладывала своими
руками в вазы.
Явившаяся
убирать ужин Катря старалась обойти веселого старичка подальше и сердито отмахивалась свободною
рукой, когда Чермаченко тянулся ее ущипнуть. Собственно говоря, к такому заигрыванью приезжих «панов» Катря давно привыкла, но сейчас ее смущало присутствие Петра Елисеича.
— Ну верю, верю, что любишь,
убери свои
руки. Ведь ты мешаешь другим… Ах, вот и Николай Всеволодович, да не шали же, прошу тебя, наконец!
Он начал ходить взад и вперед, беспрестанно отталкивая ногами и
руками попадавшиеся ему детские игрушки, книжки, разные женские принадлежности; он позвал Жюстину и велел ей
убрать весь этот «хлам».
Помню, как старик
убирал ее гробик цветами и с отчаянием смотрел на ее исхудалое мертвое личико, на ее мертвую улыбку, на
руки ее, сложенные крестом на груди. Он плакал над ней, как над своим родным ребенком. Наташа, я, мы все утешали его, но он был неутешен и серьезно заболел после похорон Нелли.
Девушка в это мгновение тихо вытянула из ослабевших
рук больной лацканы гордановской куртки и осторожно бросила их под стул, откуда лакей также осторожно
убрал их далее.
Они пожали друг другу
руки, причем жена Грегуара тотчас же сказала сыну, чтоб он
убирал свои книги и шел к себе, а сама попросила гостью в кабинет мужа.
Едва ли так тщательно и любовно
убирали какую-нибудь барыню-красавицу, отправляющуюся на бал, как
убирали матросы свой «Коршун». С суконками, тряпками и пемзой в
руках, имея около себя жестянки с толченым кирпичом и мелом, они не без ожесточения оттирали медь люков, компасов, поручней, кнехтов и наводили глянец на чугунные орудия, на болты, крючки, блочки и т. п.
— Афраф, переверните тарелку Владимиру Алексеевичу, он оставлен без сладкого блюда, — и
рука Афрафа перевернула вверх дном тарелку, а ложку, только что положенную мной на скатерть, он
убрал.
Я не заметил, как бесшумный Афраф стал
убирать тарелки, и его
рука в нитяной перчатке уже потянулась за моей, а горошек я еще не трогал, оставив его, как лакомство, и когда
рука Афрафа простерлась над тарелкой, я ухватил десертную ложку, приготовленную для малины, помог пальцами захватить в нее горошек и благополучно отправил его в рот, уронив два стручка на скатерть.
Разница была в величине и в том, что женские
руки сумели
убрать ее и прикрасить благодаря дешевеньким дачным обоям, драпировкам из дешевого ситца и цветам.
Удэхеец вбил два колышка в снег перед входом в свое жилище, затем обошел юрту и у каждого угла, повертываясь лицом к лесу, кричал «э-е» и бросал один уголек. Потом он возвратился в жилище,
убрал идола с синими глазами, заткнул за корье свой бубен и подбросил дров в огонь. Затем Маха сел на прежнее место,
руками обтер свое лицо и стал закуривать трубку. Я понял, что камланье кончено, и начал греть чай.
— Нет, уж не извольте обижать, — сказал Мурин, посмеиваясь и не
убирая денег, — пусть уж, значит, сон в
руку будет.
— И как бы ты думала! почти на глазах у папеньки мы всю эту механику выполнили! Спит, голубчик, у себя в спаленке, а мы рядышком орудуем! Да шепотком, да на цыпочках! Сама я, собственными
руками, и рот-то ей зажимала, чтоб не кричала, и белье-то собственными
руками убирала, а сынок-то ее — прехорошенький, здоровенький такой родился! — и того, села на извозчика, да в воспитательный спровадила! Так что братец, как через неделю узнал, только ахнул: ну, сестра!
Крепко пожав друг другу
руки, они с улыбкой расстались; один пошел в сторону, противоположную той, куда скрылся инженер, другой — задумчиво напевая, стал
убирать посуду со столов.
Она замахала на меня свободной
рукой, потом поманила пальцем и
убрала с соседнего стула газету.
— Сама, собственными
руками,
убирала я сегодня с утра твою комнату, чтобы только угодить тебе, добру молодцу… А ты за это на меня и не взглянешь… Сидишь рядом со мной бука букой.
Мариорица до того ее полюбила, что садилась к ней на колена, обвивала свои
руки около ее шеи,
убирала мастерски безобразие ее полулица фатою и волосами, целовала ее в остальной глаз, миловала, как свою няню, кормилицу, едва не как мать.
— Наташа! милая Наташа! — мог только произнести Волынской, и она в объятиях его. И он увлекает ее к себе на колена, прижимает ее
руки к сердцу, целует ее в очи и в уста. Она прильнула к нему всем существом своим, обвилась около него, как плющ, то прижимает его страстно к груди своей, то посмотрит ему в очи, не веря своему счастию, то милует его, резвится, как дитя,
убирает его кудри, потопив в них свои розовые пальчики, то путает с их черною смолью лен своих кудрей.
Я вышел на площадь. Красными точками сквозь туман мерцали фонари двух-трех запоздавших торговок съестными припасами. В нескольких шагах от двери валялся в грязи человек, тот самый, которого «
убрали» по мановению хозяйской
руки с пола трактира… Тихо было на площади, только сквозь кой-где разбитые окна «Каторги» глухо слышался гомон, покрывавшийся то октавой Лаврова, оравшего «многую лету», то визгом пьяных «теток...
Хозяин самодовольно взглянул на плоды
рук своих, на гудевшую пьяную ватагу, мановением
руки приказал
убрать все еще лежавшего и хрипевшего старика и сел за «хозяйский» стол у буфета за чай…
Дуня торопливо поставила на стол последнюю перемену, подошла к печке и начала
убирать горшки и плошки; но
руки ее рассеянно перебегали от одного предмета к другому; разговор Глеба, его намеки обращали теперь на себя все внимание девушки.
Назар — хороший старик; от него всегда так уютно пахнет черным хлебом и чуть-чуть вином; движения у него неторопливые и мягкие, овес и сено в его дни кажутся вкуснее, и приятно слушать, когда он,
убирая лошадь, разговаривает с ней вполголоса с ласковой укоризной и все кряхтит. Но нет в нем чего-то главного, лошадиного, и во время прикидки чувствуется через вожжи, что его
руки неуверенны и неточны.
Юлия Филипповна. Подожди…
убери прочь твою
руку! Тебе не нравится мое предложение? Но ты же собираешься застрелить меня?.. Я застрелилась бы первой, но, боюсь, ты меня обманешь и останешься жить, а мне не хочется быть обманутой еще раз, и я не хочу разлучаться с тобой… я буду жить с тобой долго-долго… ты рад?
Разбудили Варвару. Она всплеснула
руками и зарыдала и тотчас же стала
убирать ребенка.
— Рубли-то взаправду фальшивые… — проговорил он, глядя на Аксинью и точно недоумевая. — Это те… Анисим тогда привез, его подарок. Ты, дочка, возьми, — зашептал он и сунул ей в
руки сверток, — возьми, брось в колодец… Ну их! И гляди, чтоб разговору не было. Чего бы не вышло…
Убирай самовар, туши огонь…
— Можно
убрать, — сказали за спиною, он круто обернулся; в двери стояла старуха с одним глазом, с половой щёткой и тряпками в
руках. Он молча вышел в коридор и наткнулся на человека в тёмных очках, в чёрной шляпе; человек сказал в щель неприкрытой двери...
Ида знала, чем это кончится, но подавала матери ломтик, и Софья Карловна скоро, скоро выколупывала дрожащими пальцами мякиш, совала его себе в рот и, махая
руками, шептала: «
убери!
убери поскорей,
убери, а то сестра придет!»
Наутро прихожу комнаты
убирать, его нет, к игумену пошёл, а она сидит на диване с книжкой в
руках, ноги поджав, нечёсаная, полуодетая. Спросила, как зовут, — сказал; давно ли в монастыре, — сказал.
«Все наверх,
убирать паруса!» По движениям танцоров до смешного понятно, как они карабкаются
руками и ногами на ванты, тянут паруса и крепят шкоты, между тем как буря все сильнее раскачивает судно.
Нечего сказать — крутая каша, хоть топором руби. Махнул ротный
рукой: «
Убрать его, лахудру, пока что», — и сам за ворота. Вся рота слыхала, не потушить, надо дело по всей форме разворачивать.
Когда актеры кончили обед и Тихон принялся
убирать со стола, Дедушка поманил его к себе
рукой и спросил...
Председатель махнул
рукой и бросился к двери. Товарищ прокурора тоже махнул
рукой и, подхватив свой портфель, исчез вместе с председателем. Секретарь вздохнул, укоризненно поглядел им вслед и стал
убирать бумаги.
Анисья. Чего мне глядеть! Не видала я, что ль?
Убери ты. (Смахивает
рукой на пол полушальчик.)
У Павлика были положительно золотые
руки. За что он ни брался, все у него выходило споро и красиво. И трудолюбив он был, как муравей: то огород разведет, то коробочки клеит, то сено
убирает на покосе или рыбу удит в пруду. И эта, подаренная матери, им самим переплетенная, книжечка — одна прелесть.
Она научилась стряпать обед, мыть и
убирать посуду, приводить в порядок их балаган, который был известен в квартале под громким именем цирка, но стоять на шесте на высоте двух саженей от земли, или, балансируя
руками, скользить по тонкой проволоке, этому долго не могла выучиться Тася.