Неточные совпадения
На другой
стороне, почти к боковым
воротам, стоял другой полковник, небольшой человек, весь высохший; но малые зоркие очи глядели живо из-под густо наросших бровей, и оборачивался он скоро на все
стороны, указывая бойко тонкою, сухою рукою своею, раздавая приказанья, видно было, что, несмотря на малое тело свое, знал он хорошо ратную науку.
Ленивый от природы, он был ленив еще и по своему лакейскому воспитанию. Он важничал в дворне, не давал себе труда ни поставить самовар, ни подмести полов. Он или дремал в прихожей, или уходил болтать в людскую, в кухню; не то так по целым часам, скрестив руки на груди, стоял у
ворот и с сонною задумчивостью посматривал на все
стороны.
— Нет, дальше от
ворот, — живо сказал Обломов, — в другую улицу ступай, вон туда, налево, к саду… на ту
сторону.
Он шел скоро, смотрел по
сторонам и ступал так, как будто хотел продавить деревянный тротуар. Обломов оглянулся ему вслед и видел, что он завернул в
ворота к Пшеницыной.
Филофей задергал вожжами, закричал тонким-тонким голосом: «Эх вы, махонькие!» — братья его подскочили с обеих
сторон, подстегнули под брюхо пристяжных — и тарантас тронулся, свернул из
ворот на улицу; кудластый хотел было махнуть к себе на двор, но Филофей образумил его несколькими ударами кнута — и вот мы уже выскочили из деревни и покатили по довольно ровной дороге, между сплошными кустами густого орешника.
Испуганный и как во сне, Клим побежал, выскочил за
ворота, прислушался; было уже темно и очень тихо, но звука шагов не слыхать. Клим побежал в
сторону той улицы, где жил Макаров, и скоро в сумраке, под липами у церковной ограды, увидал Макарова, — он стоял, держась одной рукой за деревянную балясину ограды, а другая рука его была поднята в уровень головы, и, хотя Клим не видел в ней револьвера, но, поняв, что Макаров сейчас выстрелит, крикнул...
Пошли не в ногу, торжественный мотив марша звучал нестройно, его заглушали рукоплескания и крики зрителей, они торчали в окнах домов, точно в ложах театра, смотрели из дверей, из
ворот. Самгин покорно и спокойно шагал в хвосте демонстрации, потому что она направлялась в
сторону его улицы. Эта пестрая толпа молодых людей была в его глазах так же несерьезна, как манифестация союзников. Но он невольно вздрогнул, когда красный язык знамени исчез за углом улицы и там его встретил свист, вой, рев.
Рабочие обтекали музей с двух
сторон и, как бы нерешительно застаиваясь у
ворот Кремля, собирались в кулак и втискивались в каменные пасти
ворот, точно разламывая их.
— Вы, по обыкновению, глумитесь, Харламов, — печально, однако как будто и сердито сказал хозяин. — Вы — запоздалый нигилист, вот кто вы, — добавил он и пригласил ужинать, но Елена отказалась. Самгин пошел провожать ее. Было уже поздно и пустынно, город глухо ворчал, засыпая. Нагретые за день дома, остывая, дышали тяжелыми запахами из каждых
ворот. На одной улице луна освещала только верхние этажи домов на левой
стороне, а в следующей улице только мостовую, и это раздражало Самгина.
Яков сидел рядом с крыльцом на поленьях дров и, глядя в
сторону, к
воротам, молча курил.
У
ворот, в
стороне, выстроена деревянная галерея, вроде гауптвахты, какие мы видели в Нагасаки.
Все мгновенно раздаются в
сторону, и тройка разом выпорхнет из
ворот, как птица, и мчит версты две-три вскачь, очертя голову, мотая головами, потом сажен сто резвой рысью, а там опять вскачь — и так до станции.
Мы прошли
ворота: перед нами тянулась бесконечная широкая улица, или та же дорога, только не мощенная крупными кораллами, а убитая мелкими каменьями, как шоссе, с сплошными, по обеим
сторонам, садами или парками, с великолепной растительностью.
Мы хотели отворить
ворота — заперты; зашли с другой
стороны к калитке — тоже заперта.
А вот теперь иностранцы постучались и в их заветные
ворота с двух
сторон.
У
ворот по обеим
сторонам, на пьедесталах, сидели коралловые животные, вроде сфинксов.
— Да вот, Нелькины
ворота дегтем мажем! — сознался один из парней, — оченно она ноне на все
стороны махаться стала!
Другой сидит по целым часам у
ворот, в картузе, и в мирном бездействии смотрит на канаву с крапивой и на забор на противоположной
стороне. Давно уж мнет носовой платок в руках — и все не решается высморкаться: лень.
Яков с Кузьмой провели утро в слободе, под гостеприимным кровом кабака. Когда они выходили из кабака, то Кузьма принимал чрезвычайно деловое выражение лица, и чем ближе подходил к дому, тем строже и внимательнее смотрел вокруг, нет ли беспорядка какого-нибудь, не валяется ли что-нибудь лишнее, зря, около дома, трогал замок у
ворот, цел ли он. А Яков все искал по
сторонам глазами, не покажется ли церковный крест вдалеке, чтоб помолиться на него.
С наружной
стороны уничтожили пристройки, а внутренняя
сторона осталась по-старому, и вдобавок на Старой площади, между Ильинскими и Никольскими
воротами, открылся Толкучий рынок, который в половине восьмидесятых годов был еще в полном блеске своего безобразия.
Против
ворот [Въезд во двор со
стороны Тверской, против Обжорного переулка.] Охотного ряда, от Тверской, тянется узкий Лоскутный переулок, переходящий в Обжорный, который кривулил к Манежу и к Моховой; нижние этажи облезлых домов в нем были заняты главным образом «дырками». Так назывались харчевни, где подавались: за три копейки — чашка щей из серой капусты, без мяса; за пятак — лапша зелено-серая от «подонья» из-под льняного или конопляного масла, жареная или тушеная картошка.
Слово «картун», вероятно «гао-ли-тунь», означает «корейский поселок». Рассказывают, что здесь в протоках раньше добывали много жемчуга. По другому толкованию «картун» означает «
ворота». Действительно, на западе за Картуном долина опять суживается. С левой
стороны к реке подходят горы Хынхуто [Хен-ху-дао — обычный тигровый путь.], а справа длинный отрог Вамбалазы.
Все стояли у
ворот того двора, где нищал поросенок, и кричали мне: «Сюда!» Мильтон бросился за мной, — верно, думал, что я на охоту иду с ружьем, — а Булька поднял свои короткие уши и метался из
стороны в
сторону, как будто спрашивал, в кого ему велят вцепиться.
Но Капитолий стоял на крутой горе: с одной
стороны были стены и
ворота, а с другой был крутой обрыв.
На дворе была оттепель, рыхлый снег местами чернел, бесконечная белая поляна лежала с обеих
сторон, деревеньки мелькали с своим дымом, потом взошел месяц и иначе осветил все; я был один с ямщиком и все смотрел и все был там с нею, и дорога, и месяц, и поляны как-то смешивались с княгининой гостиной. И странно, я помнил каждое слово нянюшки, Аркадия, даже горничной, проводившей меня до
ворот, но что я говорил с нею, что она мне говорила, не помнил!
Мне разом сделалось грустно и весело; выходя из-за университетских
ворот, я чувствовал, что не так выхожу, как вчера, как всякий день; я отчуждался от университета, от этого общего родительского дома, в котором провел так юно-хорошо четыре года; а с другой
стороны, меня тешило чувство признанного совершеннолетия, и отчего же не признаться, и название кандидата, полученное сразу.
Я думаю, что я боялся бы его, будь он богаче, лучше одет, но он был беден: над воротником его куртки торчал измятый, грязный
ворот рубахи, штаны — в пятнах и заплатах, на босых ногах — стоптанные туфли. Бедные — не страшны, не опасны, в этом меня незаметно убедило жалостное отношение к ним бабушки и презрительное — со
стороны деда.
Сквозные железные
ворота открывали вид на широкий двор, со всех
сторон окруженный каменными службами, конюшнями, великолепной оранжереей.
Действительно, нас ожидало нечто не совсем обыкновенное. Двор был пустынен; решетчатые
ворота заперты; за тыном не слышалось ни звука. Солнце палило так, что даже собака, привязанная у амбара, не залаяла, услышав нас, а только лениво повернула морду в нашу
сторону.
Выйдя за
ворота, перекрестился он на все
стороны и, поникнув головой, пошел по узенькой дорожке, проложенной меж сугробов.
— Закусил песком на Телячьем, да, видно, еще отдохнуть вздумал в Собачьей Дыре [Собачья Дыра — местность на Волге, находящаяся неподалеку от Телячьего Брода, тоже неблагоприятная для судоходства.], — подхватил со
стороны какой-то чернорабочий в пропитанной дегтем и салом рубахе, с расстегнутым
воротом и с коричневой от загара грудью.
Чрез низкие
ворота города (старинная стена из булыжника окружала его со всех
сторон, даже бойницы не все еще обрушились) мы вышли в поле и, пройдя шагов сто вдоль каменной ограды, остановились перед узенькой калиткой.
По обе
стороны этих серых, очень старых
ворот тянулся серый забор с широкими щелями; правая часть забора сильно накренилась вперед и грозила падением, левая покосилась назад во двор,
ворота же стояли прямо и, казалось, еще выбирали, куда им удобнее свалиться, вперед или назад.
Должно быть, было что-то особенное в этой минуте, потому что она запечатлелась навеки в моей памяти и с внутренним ощущением, и с внешними подробностями. Кто-то во мне как бы смотрел со
стороны на стоявшего у
ворот мальчика, и если перевести словами результаты этого осмотра, то вышло бы приблизительно так...
Все это произошло, впрочем, по крайней мере с одной
стороны, в высшей степени натурально: он просто возвращался с одного ночного своего занятия (какого — объяснится потом), полупьяный, и в переулке, остановясь у
ворот на одну минуту, увидел меня.
Мы вошли широкими
воротами в какое-то длинное строение; на обе
стороны тянулись коридоры, где направо и налево, в особых отгородках, стояли старые большие и толстые лошади, а в некоторых и молодые, еще тоненькие.
Входит он на широкий двор, в
ворота широкие, растворенные; дорога пошла из белого мрамора, а по
сторонам бьют фонтаны воды высокие, большие и малые.
По левой
стороне двора, прямо против
ворот, тянулся ряд служб; тут были конюшни, денники, сараи, ледник, погреб и несколько амбаров.
Когда печальный кортеж с прахом князя Александра выступил из
ворот усадьбы, с другой
стороны на встречу ему показался катафалк с прахом Дмитрия. Так состоялась встреча братьев.
До второго часа дня чугунные золоченые
ворота княжеского дома были отворены настежь, и лишь когда изящная карета английской работы с опущенным с обоих
сторон шторами, запряженная парой серых в яблоках, кровных рысаков, въехала в замощенный гранитом двор,
ворота медленно затворились. Это приехала старая княгиня Зоя Александровна от обедни, которую она слушала в соборе Смольного монастыря, где не рисковала встретиться со своими, — как она называла лиц, принадлежащих к ее кругу.
При лунном свете на
воротах можно было прочесть: «Грядет час в онь же…» Старцев вошел в калитку, и первое, что он увидел, это белые кресты и памятники по обе
стороны широкой аллеи и черные тени от них и от тополей; и кругом далеко было видно белое и черное, и сонные деревья склоняли свои ветви над белым.
Из окна направо была видна через
ворота часть грязной, черной улицы, с чьим-то забором по ту
сторону. Вдоль этого забора, бережно ступая ногами в сухие места, медленно проходили люди. «У них целый день еще впереди, — думал Ромашов, завистливо следя за ними глазами, — оттого они и не торопятся. Целый свободный день!»
Аггей Никитич порывисто отмахнул калитку у
ворот и вошел на двор домика, на котором увидел сидевшую на прилавке просвирню и кормившую кашей сбегавшихся к ней со всех
сторон крошечных куриных цыплят.
Так бежал он по узкому коридору, образованному с одной
стороны — высокой стеной, с другой — тесным строем кипарисов, бежал, точно маленький обезумевший от ужаса зверек, попавший в бесконечную западню. Во рту у него пересохло, и каждое дыхание кололо в груди тысячью иголок. Топот дворника доносился то справа, то слева, и потерявший голову мальчик бросался то вперед, то назад, несколько раз пробегая мимо
ворот и опять ныряя в темную, тесную лазейку.
— Уж так аккуратен! так аккуратен! Разом со всего подряда двадцать процентов учел. Святое дело. Да еще что: реестриков разных Радугину со всех
сторон наслали: тот то купить просит, тот — другое. Одних дамских шляпок из Москвы пять штук привезти обязался. Признаться сказать, я даже пожалел его:"Купи, говорю, кстати, и мне в Москве домишко какой-нибудь немудрящий; я, говорю, и надпись на
воротах такую изображу: подарен, дескать, в знак ополчения".
Путешественники щедро заплатили за постой и, напутствуемые всякими благими пожеланиями со
стороны довольных хозяев хаты, выехали из
ворот, проехали деревню и повернули в длинную, темную лесную просеку.
Таисья выбежала провожать ее за
ворота в одном сарафане и стояла все время, пока сани спускались к реке, объехали караванную контору и по льду мелькнули черною точкой на ту
сторону, где уползала в лес змеей лесная глухая дорожка.
После обеда Груздев прилег отдохнуть, а Анфиса Егоровна ушла в кухню, чтобы сделать необходимые приготовления к ужину. Нюрочка осталась в чужом доме совершенно одна и решительно не знала, что ей делать. Она походила по комнатам, посмотрела во все окна и кончила тем, что надела свою шубку и вышла на двор.
Ворота были отворены, и Нюрочка вышла на улицу. Рынок, господский дом, громадная фабрика, обступившие завод со всех
сторон лесистые горы — все ее занимало.
Он остановился. Лиза летела как птица, не зная куда, и Петр Степанович уже шагов на пятьдесят отстал от нее. Она упала, споткнувшись о кочку. В ту же минуту сзади, в
стороне, раздался ужасный крик, крик Маврикия Николаевича, который видел ее бегство и падение и бежал к ней чрез поле. Петр Степанович в один миг отретировался в
ворота ставрогинского дома, чтобы поскорее сесть на свои дрожки.
Только наказал же меня за него бог! После уж я узнал, что за ним шибко следили и что тот же Андрияшка-антихрист нас всех выдал. Жил я в Крутогорске во всем спокойствии и сумнения никакого не имел, по той причине, что плата от меня, кому следует, шла исправно. Сидим мы это вечером, ни об чем не думаем; только вдруг словно в
ворота тук-тук. Посмотрел я в оконце, ан там уж и дом со всех
сторон окружен. Обернулся, а в комнате частный."Что, говорит, попался, мошенник!"