Неточные совпадения
Только когда приезжал на зиму Штольц из деревни, она бежала к нему в дом и жадно глядела на Андрюшу, с нежной робостью
ласкала его и потом хотела бы сказать что-нибудь Андрею Ивановичу, поблагодарить его, наконец, выложить пред ним все, все, что сосредоточилось и жило неисходно в ее сердце: он бы понял, да не умеет она, и только бросится к Ольге, прильнет губами к ее
рукам и зальется потоком таких горячих слез, что и та невольно заплачет с нею, а Андрей, взволнованный, поспешно уйдет из комнаты.
Когда я стараюсь вспомнить матушку такою, какою она была в это время, мне представляются только ее карие глаза, выражающие всегда одинаковую доброту и любовь, родинка на шее, немного ниже того места, где вьются маленькие волосики, шитый белый воротничок, нежная сухая
рука, которая так часто меня
ласкала и которую я так часто целовал; но общее выражение ускользает от меня.
Поверяя богу в теплой молитве свои чувства, она искала и находила утешение; но иногда, в минуты слабости, которым мы все подвержены, когда лучшее утешение для человека доставляют слезы и участие живого существа, она клала себе на постель свою собачонку моську (которая лизала ее
руки, уставив на нее свои желтые глаза), говорила с ней и тихо плакала,
лаская ее. Когда моська начинала жалобно выть, она старалась успокоить ее и говорила: «Полно, я и без тебя знаю, что скоро умру».
Старая Ласка, еще не совсем переварившая радость его приезда и бегавшая, чтобы полаять на дворе, вернулась, махая хвостом и внося с собой запах воздуха, подошла к нему, подсунула голову под его
руку, жалобно подвизгивая и требуя, чтоб он
поласкал ее.
— Я знал, я знал! — повторял он свою любимую фразу и, схватив ее
руку, которая
ласкала его волосы, стал прижимать ее ладонью к своему рту и целовать ее.
Лаская флягу правой
рукой, задумчиво почесывая пальцем бровь, он продолжал...
И вот,
лаская прекраснейшую
руку женщины этой, я говорю: «Орудие орудий».
«Долго ли так будет?» — говорили мы,
лаская рукой шестидесятифунтовые бомбовые орудия.
Она
ласкает их, кормит, лакомит, раздражает их самолюбие. Они адски едят, пьют, накурят и уйдут. А она под
рукой распускает слух, что тот или другой «страдает» по ней.
— Что ты, что ты! — говорила она,
лаская нежно
рукой его голову: она была счастлива этими слезами. — Это ничего, доктор говорит, что пройдет…
— Не подходи близко, не
ласкай меня! Милая сестра! — сказал он, целуя у нее
руку.
И говорил, что я стала хорошенькая и скромная и стал
ласкать меня, — и как же
ласкать? взял
руку и положил на свою, и стал гладить другою
рукою; и смотрит на мою
руку; а точно,
руки у меня в это время уж были белые, нежные…
Князь сидел подле него неподвижно на подстилке и тихо, каждый раз при взрывах крика или бреда больного, спешил провесть дрожащею
рукой по его волосам и щекам, как бы
лаская и унимая его.
Если замечал какую-нибудь ссыльную женщину с ребенком на
руках, он подходил,
ласкал ребенка, пощелкивал ему пальцами, чтобы тот засмеялся.
— Она его
ласкать,
Треплет нежною
рукою;
«Что, Соколко, что с тобою?
Полно-ка, дружок, перестань, — примолвила она, положив одну
руку на плечо Самоквасову, а другою
лаская темно-русые кудри его.
Что будет с бедною княжной!
О страшный вид: волшебник хилый
Ласкает дерзостной
рукойМладые прелести Людмилы!
Ужели счастлив будет он?
Чу… вдруг раздался рога звон,
И кто-то карлу вызывает.
В смятенье, бледный чародей
На деву шапку надевает;
Трубят опять: звучней, звучней!
И он летит к безвестной встрече,
Закинув бороду за плечи.
Дедушка с бабушкой стояли на крыльце, а тетушка шла к нам навстречу; она стала уговаривать и
ласкать меня, но я ничего не слушал, кричал, плакал и старался вырваться из крепких
рук Евсеича.
Вдруг плач ребенка обратил на себя мое внимание, и я увидел, что в разных местах, между трех палочек, связанных вверху и воткнутых в землю, висели люльки; молодая женщина воткнула серп в связанный ею сноп, подошла не торопясь, взяла на
руки плачущего младенца и тут же, присев у стоящего пятка снопов, начала целовать,
ласкать и кормить грудью свое дитя.
— Нет, я на этот счет с оглядкой живу.
Ласкать ласкаю, а баловать — боже храни! Не видевши-то денег, она все лишний раз к отцу с матерью забежит, а дай ей деньги в
руки — только ты ее и видел. Э, эх! все мы, сударь, люди, все человеки! все денежку любим! Вот помирать стану — всем распределю, ничего с собой не унесу. Да ты что об семье-то заговорил? или сам обзавестись хочешь?
— Ты спи, а я посижу около тебя… — шептала Анфиса Егоровна,
лаская тонкое детское тельце своею мягкою женскою
рукой. — Закрой глазки и спи.
Отца он дичился, да и сам Иван Петрович никогда не
ласкал его; дедушка изредка гладил его по головке и допускал к
руке, но называл его букой и считал дурачком.
— Да ведь как их
ласкать? Разумеется, если, бывало, когда один сидишь, а который-нибудь подбежит, ну ничего, по головке его
рукой поведешь, погладишь и скажешь ему: «Ступай к матери», но только это редко доводилось, потому мне не до них было.
И вот я допил стакан до дна и стук им об поднос, а она стоит да дожидается, за что
ласкать будет. Я поскорее спустил на тот конец
руку в карман, а в кармане все попадаются четвертаки, да двугривенные, да прочая расхожая мелочь. Мало, думаю; недостойно этим одарить такую язвинку, и перед другими стыдно будет! А господа, слышу, не больно тихо цыгану говорят...
— Как ты эдак смеешь говорить: ты разве не знаешь, что это моя кошка и ее сама графиня
ласкала, — да с этим ручкою хвать меня по щеке, а я как сам тоже с детства был скор на
руку, долго не думая, схватил от дверей грязную метлу, да ее метлою по талии…
— Без но, без но: вы сегодня мой милый гость, — добавила она,
лаская его своими бархатными глазами, — а я, конечно, буду не милою хозяйкой и овладею вами. — Она порывисто двинулась вперед и, встав с места, сказала, — я боюсь, что Висленев лукавит и не пойдет искать моего Бедуина. Дайте мне вашу
руку и пройдемтесь по парку, он должен быть там.
Лариса сидела на кровати, пред печкой, которая топилась, освещая ее лицо неровными пятнами;
руки ее потерянно лежали на коленях, глаза смотрели устало, но спокойно. Она переменилась страшно: это были какие-то останки прежней Лары. Увидя Синтянину, она через силу улыбнулась и затем осталась бесчувственною к волнению, обнаруженному генеральшей: она давала
ласкать и целовать себя, и сама не говорила ни слова.
Когда прибежали дети, шумные, звонкоголосые, быстрые и светлые, как капельки разбежавшейся ртути, Кусака замерла от страха и беспомощного ожидания: она знала, что, если теперь кто-нибудь ударит ее, она уже не в силах будет впиться в тело обидчика своими острыми зубами: у нее отняли ее непримиримую злобу. И когда все наперерыв стали
ласкать ее, она долго еще вздрагивала при каждом прикосновении ласкающей
руки, и ей больно было от непривычной ласки, словно от удара.
И Кусачка второй раз в своей жизни перевернулась на спину и закрыла глаза, не зная наверно, ударят ее или приласкают. Но ее приласкали. Маленькая, теплая
рука прикоснулась нерешительно к шершавой голове и, словно это было знаком неотразимой власти, свободно и смело забегала по всему шерстистому телу, тормоша,
лаская и щекоча.
— Ты, чай, знаешь, — говорил он низким, сипловатым тенорком, — отец у нас был хороший, кроткий человек, только — неделовой и пьющий; хозяйство и торговля у матери в
руках, и он сам при нас, бывало, говаривал: «Устя, ты дому начало!» А мать была женщина рослая, суровая, характерная: она нас и секла, и
ласкала, и сказки сказывала.
Убранство пройденных им комнат не оставляло желать ничего лучшего, комфорт был соединен с изяществом, везде была видна заботливая
рука, не упустившая ни малейшей мелочи, могущей служить удобством, или
ласкать взор.
Сердце перевернулось в Литвинове. Ирина сильнее прежнего прижималась к нему всем своим молодым и гибким телом. Он нагнулся к ее душистым рассыпанным волосам и, в опьянении благодарности и восторга, едва дерзал
ласкать их
рукой, едва касался до них губами.
— Как ты хорош был сегодня, Миша! — промолвила она,
лаская его
рукой по лбу, — как ты умно и благородно говорил! Но сознайся, что ты немного увлекся в пользу Рудина, как прежде увлекался против него…
По ее словам, он почти никогда ничего не делал и по месяцам не раскрывал книги и не брал пера в
руки; зато целые ночи прохаживал взад и вперед по комнате и все что-то думал, а иногда и говорил сам с собою; что он очень полюбил и очень
ласкал ее внучку, Катю, особенно с тех пор, как узнал, что ее зовут Катей, и что в Катеринин день каждый раз ходил по ком-то служить панихиду.
«Старая Ласка, еще не совсем переварившая радость приезда Левина, вернулась со двора, махая хвостом, подошла к нему, подсунула голову под его
руку, жалобно подвизгивая и требуя, чтобы он
поласкал ее.
Но скука, скука, боже правый,
Гостит и там, как над Невой,
Поит вас пресною отравой,
Ласкает черствою
рукой.
И там есть чопорные франты,
Неумолимые педанты,
И там нет средства от глупцов
И музыкальных вечеров;
И там есть дамы — просто чудо!
Дианы строгие в чепцах,
С отказам вечным на устах.
При них нельзя подумать худо:
В глазах греховное прочтут,
И вас осудят, проклянут.
Нан сдержанно
ласкала котиков своей тонкой детской
рукой.
Да еще никто больше не подбрасывал Дуню; на сильных
руках с веселым смехом, никто не
ласкал ее сердечной, простою отцовской лаской.
Он исчез. Но Фому не интересовало отношение мужиков к его подарку: он видел, что черные глаза румяной женщины смотрят на него так странно и приятно. Они благодарили его,
лаская, звали к себе, и, кроме них, он ничего не видал. Эта женщина была одета по-городскому — в башмаки, в ситцевую кофту, и ее черные волосы были повязаны каким-то особенным платочком. Высокая и гибкая, она, сидя на куче дров, чинила мешки, проворно двигая
руками, голыми до локтей, и все улыбалась Фоме.
Зотушка наклонился к
руке Фени, и на эту горячую
руку посыпались из его глаз крупные слезы… Вот почему он так любил эту барышню Феню и она тоже любила его!.. Вот почему он сердцем слышал сгущавшуюся над ее головой грозу, когда говорил, что ей вместе с бабушкой Татьяной будут большие слезы… А Феню точно облегчило невольно сделанное признание. Она дольше обыкновенного осталась в сознании и
ласкала своего дядю, как ушибившегося ребенка.
Когда касаются холодных
рук моих
С небрежной смелостью красавиц городских
Давно бестрепетные
руки, —
Наружно погружась в их блеск и суету,
Ласкаю я в душе старинную мечту,
Погибших лет святые звуки.
Но цесаревна взяла с них слово не проливать крови. Гренадеры пронесли ее на
руках в Зимний дворец, погруженный в глубокий сон. Елизавета Петровна сама увезла к себе Ивана и все жалела и
ласкала малютку. Остальная Брауншвейгская фамилия была отправлена в Петропавловскую крепость, куда доставили также Остермана, Головкина, даже опального Миниха и других, всего до 20 особ.
Государыня встала с своего места, подошла к перилам, приветствовала всадника улыбкой,
ласкала рукою прекрасное животное, на котором сидел Бирон и которое положило свою голову на перила, как бы ожидая и себе внимания царицы.
На этот раз он понял меня. С детской нежностью припал он ко мне и
ласкал меня с притаенным отчаяньем.
Рука его гладила мои волосы и дрожала. Я почувствовала, что меня начинает разбирать.
Степа смирился тотчас. Он ведь меня очень любит. Взял меня за
руки и начал
ласкать. Я, разумеется, сейчас же размякла.
Первач сидит около нее на стуле очень близко и смотрит ей в глаза так, точно хочет выведать все ее мысли о нем. Она было хотела дать ему понять, что он не имел права протягивать к ней под столом носок, ища ее ноги; но ведь это ей доставило удовольствие… Зачем же она будет лицемерить? И теперь она уже чувствует, что его носок опять близится… а глаза
ласкают ее…
Рука, все под столом, ищет ее
руки. Она не отдернула — и он пожал.
— А то как же! — со вздохом подтвердил Хрящев,
лаская рукой тонкий ствол сосенки.
Глаза ее делались влажны; но она не заплакала; лежала недвижно, опустив
руки на одеяло… Ей так сладко вдруг стало мыслью своей
ласкать образ Васи, припоминать его слова, звук голоса, повороты головы и всего тела, взгляды его в начале и в середине их разговора.
— У меня есть маленькая ловкость в
руках! — отвечал с легкою улыбкой Жуквич и при этом, как бы невольно,
поласкал одну свою
руку другою
рукою, а потом его лицо сейчас опять приняло невеселое выражение. — Вы так-таки ж после того с князем и не разговаривали? — проговорил он.
И вот она бросила свою игру и на цыпочках,
лаская и приголубливая Фальстафа самыми нежными именами, приветливо маня его
рукой, начала осторожно приближаться к нему.