Неточные совпадения
Послала деток по миру:
Просите, детки,
ласкою,
Не смейте воровать!
Возвратившись в затрапезке из изгнания, она явилась к дедушке, упала ему в ноги и
просила возвратить ей милость,
ласку и забыть ту дурь, которая на нее нашла было и которая, она клялась, уже больше не возвратится.
— Напишите в самом деле, сударыня Марья Гавриловна, — стала
просить мать Манефа. — Утешьте меня, хоть последний бы разок поглядела я на моих голубушек. И им-то повеселее здесь будет; дома-то они все одни да одни — поневоле одурь возьмет, подруг нет, повеселиться хочется, а не с кем… Здесь Фленушка, Марьюшка… И вы, сударыня, не оставите их своей
лаской… Напишите в самом деле, Марья Гавриловна. Уж как я вам за то благодарна буду, уж как благодарна!
—
Просим любить нас,
лаской своей не оставить, Аксинья Захаровна, — говорил хозяйке Данило Тихоныч. — И парнишку моего
лаской не оставьте… Вы не смотрите, что на нем такая одежа… Что станешь делать с молодежью? В городе живем, в столицах бываем; нельзя… А по душе, сударыня, парень он у меня хороший, как есть нашего старого завета.
Вслед за этой сценой все обратились к моей матери и хотя не кланялись в ноги, как моему отцу, но
просили ее, настоящую хозяйку в доме, не оставить их своим расположением и
ласкою.
— Да не поймешь его. Сначала куда как сердит был и суды-то треклял:"какие, говорит, это праведные суды, это притоны разбойничьи!" — а нынче, слышь, надеяться начал. Все около своих бывших крестьян похаживает,
лаской их донять хочет, литки с ними пьет."Мы, говорит, все нынче на равной линии стоим; я вас не замаю, и вы меня не замайте". Все, значит, насчет потрав
просит, чтоб потрав у него не делали.
И всем существом своим трепетно
просила внимания к себе, успокаивающей
ласки.
Я была близким другом ему, я многим обязана его сердцу, он дал мне все, что мог, от своего ума и, одинокий, усталый, никогда не
просил взамен ни
ласки, ни внимания…
— Именно, я заметил, в женском характере есть такая черта, что если, например, женщина в чем виновата, то скорей она согласится потом, впоследствии, загладить свою вину тысячью
ласк, чем в настоящую минуту, во время самой очевидной улики в проступке, сознаться в нем и
попросить прощения.
Ее крупные чувственные губы, ее животно-добрые, сладострастные глаза
просили все больше и больше новых поцелуев, новых
ласк, а ему все это успело уже попресытиться.
— Ну, тоже и ее дело надо понять, — это дело — скудное, дело зимнее… И собака любит, когда ее гладят, того боле — человек! Баба живет
лаской, как гриб сыростью. Ей поди самой стыдно, а — что делать? Тело
просит холи и — ничего боле…
Он ей был не лишний: она в самом деле зябла, но вдруг чуть только всколыхнулась дверная портьера и вошедшая девушка произнесла: «Генрих Иваныч», Бодростина сейчас же вскочила, велела
просить того, о ком было доложено, и пошла по комнате, высоко подняв голову, со взглядом ободряющей и смущающей
ласки.
— Что с вами, моя добрая, милая госпожа Розелли? — начал Санин, подсев к ней и с тихой
лаской касаясь ее руки. — Что случилось? успокойтесь,
прошу вас.
— Так-то лучше, боярин! — сказал Кирша. — Неволею из меня ничего не сделаешь; а за твою
ласку я скажу тебе то, чего силою ты век бы из меня не выпытал. Анастасью Тимофеевну испортили в Москве, и если она прежде шести месяцев и шести дней опять туда приедет, то с нею сделается еще хуже, и тогда
прошу не погневаться, никто в целом свете ей не поможет.
Они избегали объяснений, но ни тот, ни другая не поддавались. Не требовал он того, чтобы она
просила прощения, не желал ни рыданий, ни истерических
ласк и чувственных примирений. Понимания ждал он — и только. Но Серафима в первый раз ушла в себя, говорила с ним кротко, не позволяла себе никакой злобной выходки против Калерии и даже сама первая предложила ему обеспечить ее, до выдачи ей обратно двадцати тысяч, как он рассудит.
Марья Львовна. Я его люблю!.. Вам это смешно? Ну, да… я люблю… Волосы седые… а жить хочется! Ведь я — голодная! Я не жила еще… Мое замужество было трехлетней пыткой… Я не любила никогда! И вот теперь… мне стыдно сознаться… я так хочу
ласки! нежной, сильной
ласки, — я знаю — поздно! Поздно! Я
прошу вас, родная моя, помогите мне! Убедите его, что он ошибается, не любит!.. Я уже была несчастна… я много страдала… довольно!
Но мне стало так грустно от ее внимания, так тяжело от ее
ласок, так мучительно было смотреть на нее, что я
попросила наконец оставить меня одну. Она ушла в большом беспокойстве за меня. Наконец тоска моя разрешилась слезами и припадком. К вечеру мне сделалось легче…
Они сажали его на почетное место, угощали, чем только могли, и пищею телесною, и
ласками. Скоро все семейство очень полюбило старичка. И сам двухлетний сын Якубка, сначала дичившийся его, вероятно, потому, что он был кривой, через несколько времени подошел к нему и стал
просить у него посоха на лошадку.
—
Прошу тебя, когда наступит утро, пойдем вместе туда… на виноградник… Туда, где зелень, и кипарисы, и кедры, где около каменной стенки ты взял руками мою душу…
Прошу тебя об этом, возлюбленный… Там снова окажу я тебе
ласки мои…
Она была хозяйкой большого завода, имела дома, лошадей, давала тысячи денег на акушерские курсы и, как нищая,
просила милостыню
ласки.
Скоро очень моя Анисья Ивановна с
ласками заметила мне, что и среди удовольствий не нужно оставлять хозяйства без присмотра, почему и
просила меня поехать в имение осмотреть все части хозяйства, дождаться доходов и привезти побольше денег, потому что в городе они очень-де нужны… да как при этом поцеловала!.. канальство!..
— О, не убегайте меня! — говорил растерявшийся старик, протягивая к ней руки. —
Ласки… одной ничтожной
ласки прошу у вас. Позвольте мне любить вас, говорить вам о любви моей: я за это сделаюсь вашим рабом; ваша малейшая прихоть будет для меня законом. Хотите, я выведу вашего мужа в почести, в славу… я выставлю вас на первый план петербургского общества: только позвольте мне любить вас.
— По крайней мере позвольте мне участвовать в вашей судьбе, облегчать ваше горе, и за все это
прошу у вас
ласки, не больше
ласки: позвольте целовать мне вашу ручку. Не правда ли, вы будете меня любить? Ах, если бы вы в сотую долю любили меня, как я вас! Дайте мне вашу ручку. — И он почти силой взял ее руку и начал целовать.
— Думаешь, не стыдно мне было позвать тебя? — говорит она, упрекая. — Этакой красивой и здоровой — легко мне у мужчины
ласку, как милостыню,
просить? Почему я подошла к тебе? Вижу, человек строгий, глаза серьёзные, говорит мало и к молодым монахиням не лезет. На висках у тебя волос седой. А ещё — не знаю почему — показался ты мне добрым, хорошим. И когда ты мне злобно так первое слово сказал — плакала я; ошиблась, думаю. А потом всё-таки решила — господи, благослови! — и позвала.
— Молись усердно за меня и за всю мою семью, Матвей! Очень я тебя
прошу — молись! Пусть это будет платой твоей за то, что приютил я тебя в тепле и в
ласке.
Просит меня выпить наливки или чаю, спрашивает, не хочу ли есть. У меня после её серьёзной
ласки слёзы на глазах, радо моё сердце, как ранняя птица весеннему солнцу.
Просили повторения, но Нина устала; тяжело дыша, подошла она на зов Maman, которая с нежной
лаской поцеловала общую любимицу и, вытерев заботливо со лба Нины крупные капли пота, отпустила ее веселиться.
Вслед за тем напечатана статья под заглавием: «Покорно
прошу прочесть», в которой рассказывается история одного человека, который разорился для своего милостивца, был им принимаем как свой и долго пользовался его
ласками.
— Я
просил не собирать грибов у меня в парке и около двора, оставлять моей жене и детям, но ваши девушки приходят чуть свет, и потом не остается ни одного гриба.
Проси вас или не
проси — это всё равно. Просьба, и
ласки, и убеждение, вижу, всё бесполезно.
— Не жалей меня, что я выкручиваю ногами и верчусь у гетер. Гетеры грешницы, но бывают к нам, слабым людям, жалостливы. Когда их гости упьются, они сами ходят и сами для нас от гуляк собирают даянье, и даже порою с излишком и с
ласкою для нас
просят.
— Вот, мол, я, честь имею, здешний становой, — но не думайте, что уже непременно как становой, то и собака! Я совсем простой, преданнейший человек и пришел к вам прямо и чистосердечно
просить вашей
ласки.
Подумай, Оленька: одно лишь средство
Окончить всё: скажи мне да иль нет;
Скорей, скорей, какой-нибудь ответ.
Но также вспомни время детства.
Заботы,
ласки матери ее
Тебя не покидали ни мгновенья,
Чужая ей, ты с ней делила всё.
Есть сердце у тебя? смущенье,
Страх, обморок!.. Ну, право, я не зверь,
Прошу лишь слово правды… не хотите!..
Ошибся я — не надобно — идите.
Тут Баранщиков смекнул, что он обманут, и стал
просить датчан «угрозами и
ласкою» отпустить его на русский корабль.