Неточные совпадения
Счастлив, кто на чреде трудится знаменитой:
Ему и то уж силы придаёт,
Что подвигов его свидетель целый свет.
Но сколь и тот почтен, кто, в низости сокрытый,
За все труды, за весь потерянный
покой,
Ни славою, ни почестьми не льстится,
И
мыслью оживлён одной:
Что к пользе общей он трудится.
Агафья Матвеевна собственноручно кроила, подкладывала ватой и простегивала их, припадая к работе своею крепкой грудью, впиваясь в нее глазами, даже ртом, когда надо было откусить нитку, и трудилась с любовью, с неутомимым прилежанием, скромно награждая себя
мыслью, что халат и одеяла будут облекать, греть, нежить и
покоить великолепного Илью Ильича.
Вот как ты бережешь
покой барина: расстроил совсем и лишил меня какой-нибудь новой, полезной
мысли.
В деревне с ней цветы рвать, кататься — хорошо; да в десять мест в один день — несчастный!» — заключил он, перевертываясь на спину и радуясь, что нет у него таких пустых желаний и
мыслей, что он не мыкается, а лежит вот тут, сохраняя свое человеческое достоинство и свой
покой.
«Ночью писать, — думал Обломов, — когда же спать-то? А поди тысяч пять в год заработает! Это хлеб! Да писать-то все, тратить
мысль, душу свою на мелочи, менять убеждения, торговать умом и воображением, насиловать свою натуру, волноваться, кипеть, гореть, не знать
покоя и все куда-то двигаться… И все писать, все писать, как колесо, как машина: пиши завтра, послезавтра; праздник придет, лето настанет — а он все пиши? Когда же остановиться и отдохнуть? Несчастный!»
У него шевельнулась странная
мысль. Она смотрела на него с спокойной гордостью и твердо ждала; а ему хотелось бы в эту минуту не гордости и твердости, а слез, страсти, охмеляющего счастья, хоть на одну минуту, а потом уже пусть потекла бы жизнь невозмутимого
покоя!
«Да, эволюция! Оставьте меня в
покое. Бесплодные мудрствования — как это? Grübelsucht. Почему я обязан думать о
мыслях, людях, событиях, не интересных для меня, почему? Я все время чувствую себя в чужом платье: то слишком широкое, оно сползает с моих плеч, то, узкое, стесняет мой рост».
Шляпы, зонтики, ночные колпаки, очки и клизмы — вот что изготовляется из чистой
мысли силою нашего тяготения к
покою, порядку и равновесию.
Недели две он прожил в непривычном состоянии благодушного
покоя, и минутами это не только удивляло его, но даже внушало тревожную
мысль: где-то скопляются неприятности.
Мысль любовну истребляя,
Тщусь прекрасную забыть,
И ах, Машу избегая,
Мышлю вольность получить!
Но глаза, что мя пленили,
Всеминутно предо мной;
Они дух во мне смутили,
Сокрушили мой
покой.
— Правда, в неделю раза два-три: это не часто и не могло бы надоесть: напротив, — если б делалось без намерения, а так само собой. Но это все делается с умыслом: в каждом вашем взгляде и шаге я вижу одно — неотступное желание не давать мне
покоя, посягать на каждый мой взгляд, слово, даже на мои
мысли… По какому праву, позвольте вас спросить?
Но и то хорошо, и то уже победа, что он чувствовал себя покойнее. Он уже на пути к новому чувству, хотя новая Вера не выходила у него из головы, но это новое чувство тихо и нежно волновало и
покоило его, не терзая, как страсть, дурными
мыслями и чувствами.
Мысль, что я стрелял в человека, которому обязан жизнью, не давала мне
покоя.
И самая
мысль о насильственном пробуждении усопших от их
покоя или же о наводнении мира какими-то вампирами, воплотившимися выходцами из астрального мира, содержит в себе нечто тошнотворное и мистически отвратительное, как имеющее сродство с некромантией.
Мысли одна другой мрачнее лезли мне в голову и не давали
покоя.
Едва он перешел на другую сторону увала, как наткнулся на мертвого зверя. Весь бок у него был в червях. Дерсу сильно испугался. Ведь тигр уходил, зачем он стрелял?.. Дерсу убежал. С той поры
мысль, что он напрасно убил тигра, не давала ему
покоя. Она преследовала его повсюду. Ему казалось, что рано или поздно он поплатится за это и даже по ту сторону смерти должен дать ответ.
Харитина упала в траву и лежала без движения, наслаждаясь блаженным
покоем. Ей хотелось вечно так лежать, чтобы ничего не знать, не видеть и не слышать. Тяжело было даже думать, —
мысли точно сверлили мозг.
Иногда в ее голове мелькала
мысль, не оставить ли Маврушу в
покое, как это уж и было допущено на первых порах по водворении последней в господской усадьбе; но она зашла уж так далеко в своих угрозах, что отступить было неудобно.
Покои двухсаженной вышины, оклеенные пестрыми, хоть и сильно загрязненными обоями, бронзовые люстры с подвесными хрусталями, зеркала хоть и тускловатые, но возвышавшиеся чуть не до потолка, триповые, хоть и закопченные занавеси на окнах, золоченые карнизы, расписной потолок — все это непривычному Алексею казалось такою роскошью, таким богатством, что в его голове тотчас же сверкнула
мысль: «Эх, поладить бы мне тогда с покойницей Настей, повести бы дело не как у нас с нею сталось, в таких бы точно хоромах я жил…» Все дивом казалось Алексею: и огромный буфетный шкап у входа, со множеством полок, уставленных бутылками и хрустальными графинами с разноцветными водками, и блестящие медные тазы по сажени в поперечнике, наполненные кусками льду и трепетавшими еще стерлядями, и множество столиков, покрытых грязноватыми и вечно мокрыми салфетками, вкруг которых чинно восседали за чаем степенные «гости», одетые наполовину в сюртуки, наполовину в разные сибирки, кафтанчики, чупаны и поддевки.
Замеченный Аграфеной Петровной, быстро вскочил Самоквасов с завалины и еще быстрее пошел, но не в домик Марьи Гавриловны, где уже раздавались веселые голоса проснувшихся гостей, а за скитскую околицу. Сойдя в Каменный Вражек, ушел он в перелесок. Там в тени кустов раскинулся на сочной благовонной траве и долго, глаз не сводя, смотрел на глубокое синее небо, что в безмятежном
покое лучезарным сводом высилось над землею. Его
мысли вились вокруг Фленушки да Дуни Смолокуровой.
— Что ж… и бабушке у нас место найдется. (Признаться,
мысль о бабушке меня сильно покоробила.) А не захочет она у нас жить, так во всяком городе есть такие дома… они называются богадельнями… где таким старушкам дают и
покой, и уход внимательный…
Одна
мысль не давала ей
покоя.
Он взглянул на часы: было без десяти минут пять. Страдавший и так за последнее время отсутствием аппетита, Николай Леопольдович в этот день почти совсем не дотронулся до обеда.
Мысль о таинственной посетительнице не давала ему
покоя.
Мысль эта, в связи с предстоящим ему отъездом за границу в свите государя, не давала ему
покоя. Он предложил жене уехать в Грузино, но, как мы видели, болезнь матери заставила ее вернуться в Петербург.
Впрочем, у старика завелась одна
мысль, которая ему не давала
покоя: нужно было завести помаленьку коней, выправить разную куренную снасть — дровни, коробья, топоры; лопаты, а там, благословясь, опять углепоставщиком сделаться.
Сверкнули радостно и нежно глаза Саши, встала темная фигура Рыбина, улыбалось бронзовое, твердое лицо сына, смущенно мигал Николай, и вдруг все всколыхнулось глубоким, легким вздохом, слилось и спуталось в прозрачное, разноцветное облако, обнявшее все
мысли чувством
покоя.
Всякие несуразные
мысли лезли в голову и не давали
покоя ни днем, ни ночью.
Мысль о завтрашнем допросе у следователя, об этой пытке, которой ему представлялся этот допрос, не давала ему
покоя.
— Честь и дочь — мои главные сокровища, — сказал Иван Дементьевич, обращаясь к молодому Потемкину. — Ты поступил непорядочно, хотя я убежден, что не умышленно… Ты говорил ей о любви и нарушил ее сердечный
покой и за это ты должен быть наказан. Как?.. Чтобы меня и мою дочь обвинили в пособничестве к ловле богатой невесты для сына моего друга… Одна эта
мысль ужасает меня! Что подумает обо мне ее сиятельство! Она может потребовать от меня отчета… Ты понимаешь это, Гриц, сознаешь ты свою опрометчивость?
Мысль о Зубове не давала ему
покоя.
В Казани я сделала первый привал,
На жестком диване уснула;
Из окон гостиницы видела бал
И, каюсь, глубоко вздохнула!
Я вспомнила: час или два с небольшим
Осталось до Нового года.
«Счастливые люди! как весело им!
У них и
покой, и свобода,
Танцуют, смеются!.. а мне не знавать
Веселья… я еду на муки!..»
Не надо бы
мыслей таких допускать,
Да молодость, молодость, внуки!
В спокойной, мощной и строгой
мысли поэта-ученого она мало-помалу нашла свой собственный мир и
покой душевный.
Он долго не мог уснуть. Все одна и та же оскорбительная
мысль, все то же злобное чувство, даже и в коротком, перерывчатом сне, не давало ему
покою.
При первом известии о войне, Николай Герасимович весь отдался
мысли снова поступить на военную службу. На поле битвы, пред лицом смерти, казалось ему, может он только найти душевный
покой, забыть холодящий его мозг весь ужас его поруганной любви, стереть из своей памяти до сих пор до боли пленительный образ развенчанного кумира, или же умереть, честною, славною боевою смертью.
Описанная неожиданная сцена между Ларисой и Подозеровым произошла очень быстро и тихо, но тем не менее, нарушив безмолвие, царившее во все это время
покоя больного, она не могла таиться от двух женщин, присутствовавших в другой комнате, если бы внимание их в эти минуты не было в сильнейшей степени отвлечено другою неожиданностью, которая, в свою очередь, не обратила на себя внимания Ларисы и Подозерова только потому, что первая была слишком занята своими
мыслями, а второй был еще слишком слаб для того, чтобы соображать разом, что делается здесь и там в одно и то же время.
Отошли все тревоги и волнения, растворилось во тьме усталое тело, и радостно-усталая
мысль спокойно творила яркие образы, упивалась их красками и тихим
покоем.
— Насчёт беспокойства — не сомневайтесь, огражу!
Покой ваш — вещь для меня значительная, как я, будучи поклонник ваших
мыслей, обязан способствовать, чтобы росли без помехи-с!
Его разбитое существование поддерживала
мысль, что Ирена кем-нибудь увлечется и согласится на окончательный разрыв. Он возлагал надежду на поездку в Варшаву, он не отказывал ей в деньгах, даже сокращая личные расходы. Он думал, что она там, среди своих соотечественников, встретится с кем-нибудь, кто заставит ее забыть о нем, оставит его в
покое. Он готов был ее обеспечить половиной своего состояния… Он даже сказал ей это.
Мысль о зиме не давала Кишкину
покоя: партия разбредется, а потом начинай все сызнова.
Много, дорого стоило вспыльчивой молодой женщине, привыкшей к полновластному господству в доме своего отца, переносить дерзкие оскорбления от «подлого холопа!» Но она так любила отца, находила такое счастие в том, чтобы ходить за ним,
покоить его, облегчать, по возможности, его страдальческое положение, что
мысль оставить умирающего старика в полную зависимость негодяя Калмыка и других слуг долго не входила ей в голову.
«
Мысли самые простые, ясные и потому страшные
мысли, не оставляли его в
покое».
Мысль об этом клочке бумаги, на котором рукой мужа написаны были небрежные строки, не давала ей
покоя и она сама растравляла свое самолюбие, уверяя себя, что это прямо доказывает неуважение к ней графа, совершенное равнодушие.
В ее голове все
мысли путались, как спущенные с клубка нитки; бессонные ночи и слезы привели ее в такое состояние, что она готова была согласиться на все, только оставили бы ее в
покое.
В ее старой, крепкой душе боролись самые противоположные чувства и
мысли, которые утомляли ее больше, чем ночная работа с кирпичами, потому что от них не было блаженного отдыха, не было того
покоя, какой она испытывала после ночного подвига.
Это и была одна из причин, почему он извел Степана, так как
мысль, что тот поедет в деревню и будет там с Фимкой, когда он, Кузьма, останется по должности привратника сторожить дом, не давала ему
покоя.
Иногда я спрашиваю себя: что заставляло меня так настойчиво желать, добиваться — не признанья… куда! а хоть теплого родственного слова от Ивана Матвеича? Разве я не знала, что он был за человек и как мало он походил на то, чем в моих мечтаниях представлялся мне отец?.. Но я была так одинока, так одинока на земле! И потом все та же неотступная
мысль не давала мне
покоя: «Ведь она его любила? За что-нибудь она полюбила же его?»
Мысль эта душит ее и на будущее время нигде не даст ей
покоя!
Но месяц скрылся за снежный обзор; во дворце все расходится на
покой по отделениям; в коридоре слышна неучтивая зевота гоф-лакея; скоро двенадцать часов… и с
мыслью об этом часе Волынской, один Волынской становится на страже у сердца Мариорицы.
Мысль сойтись, сдружиться с Захаром не давала
покоя приемышу.
— Да! Я хотел бы, чтобы ты окончил свои дни в
покое и более удобном жилище, нежели эта землянка, а потому вот что придумал… Эта
мысль понравилась и Тане. Я отстраиваю вновь одну развалившуюся избу в поселке… Ты можешь поселиться в ней, а обо всем прочем позоботимся я и Таня… Пока же переезжай в высокий дом, около людской есть свободная комната.