Неточные совпадения
И он снова принимается прислушиваться к
тишине, ничего не ожидая, — и
в то же время как будто беспрестанно ожидая чего-то:
тишина обнимает его со всех сторон, солнце катится тихо по спокойному синему небу, и облака тихо
плывут по нем; кажется, они знают, куда и зачем они
плывут.
Внизу —
тишина.
В воздухе — тонкие, непонятные, почти невидимые нити. Их каждую осень приносит оттуда, из-за Стены. Медленно
плывут — и вдруг вы чувствуете: что-то постороннее, невидимое у вас на лице, вы хотите смахнуть — и нет: не можете, никак не отделаться…
Мы сидим на корме, теплая лунная ночь
плывет навстречу нам, луговой берег едва виден за серебряной водою, с горного — мигают желтые огни, какие-то звезды, плененные землею. Все вокруг движется, бессонно трепещет, живет тихою, но настойчивой жизнью.
В милую, грустную
тишину падают сиповатые слова...
Рука с рукой, унынья полны,
Сошли ко брегу
в тишине —
И русский
в шумной глубине
Уже
плывет и пенит волны,
Уже противных скал достиг,
Уже хватается за них…
Текут беседы
в тишине;
Луна
плывет в ночном тумане;
И вдруг пред ними на коне
Черкес. Он быстро на аркане
Младого пленника влачил.
«Вот русский!» — хищник возопил.
Аул на крик его сбежался
Ожесточенною толпой;
Но пленник хладный и немой,
С обезображенной главой,
Как труп, недвижим оставался.
Лица врагов не видит он,
Угроз и криков он не слышит;
Над ним летает смертный сон
И холодом тлетворным дышит.
Очень устала Муся ходить. Прилегла осторожно на койку и продолжала грезить с легко закрытыми глазами. Звонили часы непрестанно, колебля немую
тишину, и
в их звенящих берегах тихо
плыли светлые поющие образы. Муся думала...
Пели зяблики, зорянки, щебетали чижи, тихо, шёлково шуршали листья деревьев, далеко на краю города играл пастух, с берега Ватаракши, где росла фабрика, доносились человечьи голоса, медленно
плывя в светлой
тишине. Что-то щёлкнуло; вздрогнув, Наталья подняла голову, — над нею, на сучке яблони висела западня для птиц, чиж бился среди тонких прутьев.
Медный звук, слетая с колокольни, тихо
плыл во тьме и медленно замирал
в ней, но раньше, чем тьма успевала заглушить его последнюю, трепетно вздыхавшую ноту, рождался другой удар, и снова
в тишине ночи разносился меланхолический вздох металла.
Рыжий свет выпуклых закопченных стекол, колеблясь, озарил воду, весла и часть пространства, но от огня мрак вокруг стал совсем черным, как слепой грот подземной реки. Аян
плыл к проливу, взглядывая на звезды. Он не торопился — безветренная
тишина моря, по-видимому, обещала спокойствие, — он вел шлюпку, держась к берегу. Через некоторое время маленькая звезда с правой стороны бросила золотую иглу и скрылась, загороженная береговым выступом; это значило, что шлюпка —
в проливе.
Только что я это
в сердце своем проговорила, и вдруг чувствую, что
тишина вокруг меня стала необъятная, и лежу будто я
в поле,
в зелени такой изумрудной, и передо мною перед ногами моими
плывет небольшое этакое озерцо, но пречистое, препрозрачное, и вокруг него, словно бахрома густая, стоит молодой тростник и таково тихо шатается.
Тугай, упершись
в щеки кулаками, мутными глазами глядел, не отрываясь, на черные строчки.
Плыла полная
тишина, и сам Тугай слышал, как
в жилете его неуклонно шли, откусывая минуты, часы. И двадцать минут, и полчаса сидел князь недвижно.
Чудный месяц
плывет над рекою,
Все спокойно
в ночной
тишине…