Неточные совпадения
Нужно тебе знать, что он мошенник и в его лавке
ничего нельзя брать: в вино мешает всякую дрянь: сандал, жженую пробку и даже бузиной, подлец, затирает; но зато уж если вытащит из дальней комнатки, которая называется у него
особенной, какую-нибудь бутылочку — ну просто, брат, находишься в эмпиреях.
Я вывел Печорина вон из комнаты, и мы пошли на крепостной вал; долго мы ходили взад и вперед рядом, не говоря ни слова, загнув руки на спину; его лицо
ничего не выражало
особенного, и мне стало досадно: я бы на его месте умер с горя.
— Впрочем,
ничего такого слишком уж
особенного.
Дело было самое обыкновенное и не заключало в себе
ничего такого
особенного.
Он решил отнести колечко; разыскав старуху, с первого же взгляда, еще
ничего не зная о ней
особенного, почувствовал к ней непреодолимое отвращение, взял у нее два «билетика» и по дороге зашел в один плохенький трактиришко.
— «А не слыхали ль чего, шуму какого и прочего?» — «
Ничего не слыхали такого
особенного».
Смех-то, смех-то ваш, как вошли тогда, помните, ведь вот точно сквозь стекло я все тогда угадал, а не жди я вас таким
особенным образом, и в смехе вашем
ничего бы не заметил.
Это был помощник квартального надзирателя, с горизонтально торчавшими в обе стороны рыжеватыми усами и с чрезвычайно мелкими чертами лица,
ничего, впрочем,
особенного, кроме некоторого нахальства, не выражавшими.
Хотя ему и подозрительна была тишина ее как будто сдерживаемого дыханья и более всего выражение
особенной нежности и возбужденности, с которою она, выходя из-за перегородки, сказала ему: «
ничего», ему так хотелось спать, что он сейчас же заснул.
Он думал, что его сватовство не будет иметь
ничего похожего на другие, что обычные условия сватовства испортят его
особенное счастье; но кончилось тем, что он делал то же, что другие, и счастье его от этого только увеличивалось и делалось более и более
особенным, не имевшим и не имеющим
ничего подобного.
Она благодарна была отцу за то, что он
ничего не сказал ей о встрече с Вронским; но она видела по
особенной нежности его после визита, во время обычной прогулки, что он был доволен ею. Она сама была довольна собою. Она никак не ожидала, чтоб у нее нашлась эта сила задержать где-то в глубине души все воспоминания прежнего чувства к Вронскому и не только казаться, но и быть к нему вполне равнодушною и спокойною.
— Да
особенного ничего нет, а только то, что Михаил Алексеевич (так звали живописца) прежде хотел ехать раньше, а теперь не хочет уезжать, — улыбаясь сказала Варенька.
Ничего, казалось, не было
особенного ни в ее одежде, ни в ее позе; но для Левина так же легко было узнать ее в этой толпе, как розан в крапиве.
Камердинер Вронского пришел спросить расписку на телеграмму из Петербурга.
Ничего не было
особенного в получении Вронским депеши, но он, как бы желая скрыть что-то от нее, сказал, что расписка в кабинете, и поспешно обратился к ней.
Он с
особенным удовольствием, казалось, настаивал на том, что девичья стыдливость есть только остаток варварства и что нет
ничего естественнее, как то, чтоб еще не старый мужчина ощупывал молодую обнаженную девушку.
Аркадий
ничего не отвечал Базарову, и каждый из них лег спать с
особенными мыслями в голове.
Что мне в том, что у тебя голова велика и уместительна и что понимаешь ты все, много знаешь, за веком следишь, — да своего-то,
особенного, собственного, у тебя
ничего нету!
— Согласен, — отвечал он, — я с вами согласен. Да все же нужно такое,
особенное расположение! Иной мужика дерет как липку, и
ничего! а я… Позвольте узнать, вы сами из Питера или из Москвы?
— Не видел
ничего более безобразного, чем это… учреждение. Впрочем — люди еще отвратительнее. Здесь, очевидно,
особенный подбор людей, не правда ли? До свидания, — он снова протянул руку Самгину и сквозь зубы сказал: — Знаете — Равашоля можно понять, а?
Василиса Егоровна увидела коварство своего мужа; но, зная, что
ничего от него не добьется, прекратила свои вопросы и завела речь о соленых огурцах, которые Акулина Памфиловна приготовляла совершенно
особенным образом.
«Что же в ней
особенного? — говорите вы, с удивлением всматриваясь в женщину, — она проста, скромна,
ничем не отличается…» Всматриваетесь долго-долго и вдруг чувствуете, что любите уже ее страстно!
Дорогой
ничего не случилось
особенного, только Савич, проехавший тут один раз, наперед рассказывал все подробности местности, всякую отмель, бухту, ферму: удивительный глаз и славная память!
— Все одно и то же, — прервал он вдруг с утомленным видом, — я
ничего не могу сообщить суду
особенного.
— Да
ничего и я, и я только так… — глядел на него старик. — Слышь ты, слышь, — крикнул он ему вслед, — приходи когда-нибудь, поскорей, и на уху, уху сварю,
особенную, не сегодняшнюю, непременно приходи! Да завтра, слышишь, завтра приходи!
Опять нотабене. Никогда и
ничего такого
особенного не значил наш монастырь в его жизни, и никаких горьких слез не проливал он из-за него. Но он до того увлекся выделанными слезами своими, что на одно мгновение чуть было себе сам не поверил; даже заплакал было от умиления; но в тот же миг почувствовал, что пора поворачивать оглобли назад. Игумен на злобную ложь его наклонил голову и опять внушительно произнес...
Только при
особенном культивировании порока, как оно производится в этих учреждениях, можно было довести русского человека до того состояния, до которого он был доведен в бродягах, предвосхитивших новейшее учение Ницше и считающих всё возможным и
ничто не запрещенным и распространяющих это учение сначала между арестантами, а потом между всем народом.
— Да дела, братец. Дела по опеке. Я опекун ведь. Управляю делами Саманова. Знаешь, богача. Он рамоли. А 54 тысячи десятин земли, — сказал он с какой-то
особенной гордостью, точно он сам сделал все эти десятины. — Запущены дела были ужасно. Земля вся была по крестьянам. Они
ничего не платили, недоимки было больше 80-ти тысяч. Я в один год всё переменил и дал опеке на 70 процентов больше. А? — спросил он с гордостью.
Глаза его
ничего не видали перед собой, а смотрели куда-то в другое место, далеко, и там он будто видел что-то
особенное, таинственное. Глаза его становились дики, суровы, а иногда точно плакали.
—
Ничего: он ездил к губернатору жаловаться и солгал, что я стрелял в него, да не попал. Если б я был мирный гражданин города, меня бы сейчас на съезжую посадили, а так как я вне закона, на
особенном счету, то губернатор разузнал, как было дело, и посоветовал Нилу Андреичу умолчать, «чтоб до Петербурга никаких историй не доходило»: этого он, как огня, боится.
Таким образом, проработали месяц, получая в свое время условленную плату, Вера Павловна постоянно была в мастерской, и уже они успели узнать ее очень близко как женщину расчетливую, осмотрительную, рассудительную, при всей ее доброте, так что она заслужила полное доверие.
Особенного тут
ничего не было и не предвиделось, а только то, что хозяйка — хорошая хозяйка, у которой дело пойдет: умеет вести.
«Александр, не входи теперь, и не приезжай до времени,
особенного ничего нет, и не будет, только надобно отдохнуть».
Мыслимая как непостижимая, она не без основания называется в
особенном смысле
Ничто.
Лет до десяти я не замечал
ничего странного,
особенного в моем положении; мне казалось естественно и просто, что я живу в доме моего отца, что у него на половине я держу себя чинно, что у моей матери другая половина, где я кричу и шалю сколько душе угодно. Сенатор баловал меня и дарил игрушки, Кало носил на руках, Вера Артамоновна одевала меня, клала спать и мыла в корыте, m-me Прово водила гулять и говорила со мной по-немецки; все шло своим порядком, а между тем я начал призадумываться.
Это был средних лет мужчина, с выправкой старого военного; ни в фигуре, ни в лице, ни в манере себя держать, даже в костюме у него решительно
ничего не было
особенного.
Рогожин, видимо, понимал впечатление, которое производил; но хоть он и сбивался вначале, говорил как бы с видом какой-то заученной развязности, но князю скоро показалось, что в нем не было
ничего заученного и даже никакого
особенного смущения: если была какая неловкость в его жестах и разговоре, то разве только снаружи; в душе этот человек не мог измениться.
С другой стороны, и князь, хотя и совершенно был прав, уверяя Лебедева, что
ничего не может сообщить ему и что с ним ровно
ничего не случилось
особенного, тоже, может быть, ошибался. Действительно, со всеми произошло как бы нечто очень странное:
ничего не случилось и как будто в то же время и очень много случилось. Последнее-то и угадала Варвара Ардалионовна своим верным женским инстинктом.
Заметьте себе, милый князь, что нет
ничего обиднее человеку нашего времени и племени, как сказать ему, что он не оригинален, слаб характером, без
особенных талантов и человек обыкновенный.
Но при встречах Коля
ничего не мог сказать
особенного, кроме того, что решительно «недоволен» генералом и теперешним его поведением: «Таскаются, пьянствуют здесь недалеко в трактире, обнимаются и бранятся на улице, поджигают друг друга и расстаться не могут».
На трагическое же изложение, со стороны Лебедева, предстоящего вскорости события доктор лукаво и коварно качал головой и наконец заметил, что, не говоря уже о том, «мало ли кто на ком женится», «обольстительная особа, сколько он, по крайней мере, слышал, кроме непомерной красоты, что уже одно может увлечь человека с состоянием, обладает и капиталами, от Тоцкого и от Рогожина, жемчугами и бриллиантами, шалями и мебелями, а потому предстоящий выбор не только не выражает со стороны дорогого князя, так сказать,
особенной, бьющей в очи глупости, но даже свидетельствует о хитрости тонкого светского ума и расчета, а стало быть, способствует к заключению противоположному и для князя совершенно приятному…» Эта мысль поразила и Лебедева; с тем он и остался, и теперь, прибавил он князю, «теперь, кроме преданности и пролития крови,
ничего от меня не увидите; с тем и явился».
— Что же тут
особенного? — с раздражением ответила она. — Здесь все пьют. Сколько раз меня пьяную привозили домой. И тоже
ничего не помнила. И мне это нравится. Понимаешь: вдруг
ничего нет, никого, и даже самой себя. Я люблю кутить.
Галактион объяснил, и писарь только развел руками. Да, хитрая штучка, и без денег и с деньгами. Видно, не старые времена, когда деньги в землю закапывали да по подпольям прятали. Вообще умственно. Писарь начинал смотреть теперь на Галактиона с
особенным уважением, как на человека, который из
ничего сделает, что захочет. Ловкий мужик, нечего оказать.
— Послезавтра беспременно выедем, — гладя дочь по головке, сказал Марко Данилыч. — Да здесь-то с чего на тебя напала скука такая? Ни развеселить, ни потешить тебя
ничем невозможно…
Особенных мыслей не держишь ли ты каких на уме?.. Так скажи лучше мне, откройся… Али не знаешь, каково я люблю тебя, мою ластушку?
— Покамест
ничего еще
особенного, — ответила Дарья Сергевна. — Насчет Дуни хотела поговорить с вами.
—
Ничего, платье как платье. Но подвенечное платье
особенное. Да и вообще мало ли что нужно. И белье, и еще три-четыре платьица, да и тебе не мешает о собственной обстановке подумать. Все жил холостой, а теперь семьей обзаводишься. Так и рассчитывать надо…
— Мадам Барсукова! Я вам могу предложить что-нибудь
особенного! Три женщины: одна большая, брюнетка, очень скромная, другая маленькая, блондинка, но которая, вы понимаете, готова на все, третья — загадочная женщина, которая только улыбается и
ничего не говорит, но много обещает и — красавица!
Был случай, что Симеон впустил в залу какого-то пожилого человека, одетого по-мещански.
Ничего не было в нем
особенного: строгое, худое лицо с выдающимися, как желваки, костистыми, злобными скулами, низкий лоб, борода клином, густые брови, один глаз заметно выше другого. Войдя, он поднес ко лбу сложенные для креста пальцы, но, пошарив глазами по углам и не найдя образа, нисколько не смутился, опустил руку, плюнул и тотчас же с деловым видом подошел к самой толстой во всем заведении девице — Катьке.
Я это привожу опять-таки затем, чтобы показать, как тогда замечался и в губернских городах известный уровень культуры, и
ничто такое, что входило в интересы тогдашнего общества в Москве, уже не удивляло
особенной новизной юного гимназиста.
Христианин слишком малого еще заслужил, а смотрящие со стороны, не произойдет ли чего-то
особенного, чтобы поверить,
ничего не заслужили.
— Да, нет, я
ничего не знаю, — поспешно проговорила она. — Но мне хотелось бы, чтоб делалось что-нибудь
особенное, чтобы уже наверное спасти Володю. Мама с ума сойдет, если он умрет.
Близкие, дорогие мне люди стали в моих глазах как-то двоиться; эта девушка, — в ней столько оригинального и славного, от ее присутствия на душе становится хорошо и светло, а между тем все, составляющее ее, мне хорошо известно, и
ничего в ней нет
особенного: на ее мозге те же извилины, что и на сотнях виденных мною мозгов, мускулы ее так же насквозь пропитаны жиром, который делает столь неприятным препарирование женских трупов, и вообще в ней нет решительно
ничего привлекательного и поэтического.