Неточные совпадения
Дарья Александровна села
на садовую
скамейку в углу
аллеи. Он остановился пред ней.
Скрип тихих шагов
на песке
аллеи заставил его поднять голову. Человек, лицо которого трудно было различить
в темноте, подошел к
скамейке и сел подле него. Князь быстро придвинулся к нему, почти вплоть, и различил бледное лицо Рогожина.
Незаметно для себя Мерцалов очутился
в центре города, у ограды густого общественного сада. Так как ему пришлось все время идти
в гору, то он запыхался и почувствовал усталость. Машинально он свернул
в калитку и, пройдя длинную
аллею лип, занесенных снегом, опустился
на низкую садовую
скамейку.
Пепко тревожно посмотрел
в соседнюю
аллею, где
на скамейке виднелась женская фигура, и сбавил шагу.
Мы уходим.
В аллее присели
на скамейку.
Он вел за руку нарядно одетую девочку с пушистыми, почти белыми локонами, большими темными глазами
на бледном, болезненном личике и с тем особенным, повелительным и нетерпеливым выражением, которое свойственно избалованным детям. Литвинов провел часа два
в горах и возвращался домой по Лихтенталевской
аллее…Сидевшая
на скамейке дама с синим вуалем
на лице проворно встала и подошла к нему… Он узнал Ирину.
В этот день я смотрел из окна чертежной
на белый пустой парк, и вдруг мне показалось, что
в глубине
аллеи я вижу Урманова. Он шел по цельному снегу и остановился у одной
скамейки. Я быстро схватил
в вестибюле шляпу и выбежал. Пробежав до половины
аллеи, я увидел глубокий след, уходивший
в сторону Ивановского грота. Никого не было видно, кругом лежал снег, чистый, нетронутый. Лишь кое-где виднелись оттиски вороньих лапок, да обломавшиеся от снега черные веточки пестрили белую поверхность темными черточками.
Мы были
в конце
аллеи и уселись
в тени
на скамейке.
В другом конце дорожки генерал с дочерью повернули обратно, и опять пятна света мелькали
на серой тужурке генерала и
на светлой дамской фигуре… Они тихо приближались к нашему концу.
Хотя я жила не так, как
в начале зимы, а занималась и Соней, и музыкой, и чтением, я часто уходила
в сад и долго, долго бродила одна по
аллеям или сидела
на скамейке, бог знает о чем думая, чего желая и надеясь.
Перед вечером Кэт вышла
в сад. Я дожидался, и мы пошли вдоль по густой
аллее, по той самой
аллее, где я впервые увидал мою несравненную Кэт, королеву моего сердца. Она была задумчива и часто отвечала невпопад
на мои вопросы, которые я без толку предлагал, чтоб только избавиться от неловких, тяготивших и ее и меня молчаливых пауз. Но ее глаза не избегали моих: они смотрели
на меня с такой нежностью. Когда мы поравнялись с той
скамейкой, я сказал...
Пройдя раза два по главной
аллее, я сел рядом
на скамейку с одним господином из Ярославля, тоже дачным жителем, который был мне несколько знаком и которого прозвали
в Сокольниках воздушным, не потому, чтобы
в наружности его было что-нибудь воздушное, — нисколько: он был мужчина плотный и коренастый, а потому, что он, какая бы ни была погода, целые дни был
на воздухе: часов
в пять утра он пил уж чай
в беседке, до обеда переходил со
скамейки на скамейку, развлекая себя или чтением «Северной пчелы» [«Северная пчела» — газета, с 1825 года издававшаяся реакционными писателями Ф.Булгариным и Н.Гречем.], к которой чувствовал особенную симпатию, или просто оставался
в созерцательном положении, обедал тоже
на воздухе, а после обеда ложился где-нибудь
в тени
на ковре, а часов
в семь опять усаживался
на скамейку и наблюдал гуляющих.
Тверской бульвар. Время к вечеру. Играет военный оркестр.
В стороне от главной
аллеи,
на которой тесной толпою движутся гуляющие,
на одной из боковых дорожек сидят
на скамейке Ольга Николаевна, Глуховцев, Мишка, Онуфрий и Блохин. Изредка по одному, по двое проходят гуляющие.
В стороне прохаживается постовой городовой
в сером кителе. Звуки оркестра, играющего вальс «Клико», «Тореадора и Андалузку», вальс «Ожидание» и др., доносятся откуда-то слева.
Ответ вы можете дать следующим образом: завтра, или послезавтра, ровно
в четыре часа пополудни,
в городском саду,
на повороте из главной
аллеи в поперечную среднюю, против второй
скамейки, начертите тростью
на песке дорожки крест, так чтоб его можно было удобно заметить.
Жизнь для гостей текла привольная. Вставали поздно, купались. Потом пили чай и расходились по саду заниматься.
На скамейках аллей,
в беседках,
на земле под кустами, везде сидели и читали, —
в одиночку или вместе. После завтрака играли
в крокет или
в городки, слушали Катину игру
на рояли. Вечером уходили гулять и возвращались поздно ночью. Токарев чувствовал себя очень хорошо
в молодой компании и наслаждался жизнью.
Действительно,
в следующий же приезд князя Сергея Сергеевича, когда после обеда княжна отправилась
в сад, Таня, взяв носовой платок княжны, пошла спустя некоторое время разыскивать «воркующую парочку». Она нашла князя и княжну
на скамейке в той самой
аллее из акаций, куда княжна Людмила удалялась мечтать после первого посещения князем Зиновьева. Подав платок княжне, молодая девушка хотела удалиться, но первая задержала ее.
Воронецкий сидел
на скамейке в боковой
аллее Александровского сада и читал «Новое время». Солнце сильно клонилось к западу, но
в воздухе было знойно и душно; пыльные садовые деревья не шевелились ни листиком; от Невского тянуло противным запахом извести и масляной краски. Воронецкий опустил прочитанную газету
на колени, взглянул
на часы: было начало восьмого. К одиннадцати часам ему нужно было быть
в Лесном; чем наполнить эти остающиеся три часа?
Видимо, княжна вела этот разговор исключительно для того, чтобы дать время князю разглядеть Татьяну, а Татьяне князя. Когда, наконец, княжна сказала «а», давая этим понять, что Таня может уходить, последняя быстро вышла из
аллеи, но, тотчас обогнув ее по траве, чуть слышно прокралась к тому месту, где стояла
скамейка,
на которой сидели князь и княжна. Она не слыхала,
в какой форме спросила княжна у князя мнение о ней, но ответ последнего донесся до нее отчетливо и ясно.
Занавес опустился, толпа сквозь узкие проходы повалила
в сад. Воронецкий медленно прошел
аллею. Сел
на чугунную
скамейку, закурил папиросу.
На душе было тяжело и неприятно; он курил и наблюдал гуляющих, стараясь не замечать овладевшего им неприятного чувства.
В будке военный оркестр играл попурри из «Фауста». Корнет-а-пистон вел арию Валентина, и
в вечернем воздухе мелодия звучала грустно и задушевно...
Княжна Людмила подробно рассказала своей служанке-подруге прогулку свою с князем Сергеем Сергеевичем по парку, начало объяснения
в беседке и крик совы после окончания объяснения
на скамейке аллеи.
Сабиров задумчиво сидел
на одной из
скамеек средней
аллеи городского сада
в К.