Неточные совпадения
Почтмейстер. Да из собственного его письма. Приносят ко мне
на почту письмо. Взглянул
на адрес — вижу: «в Почтамтскую улицу». Я так и обомлел. «Ну, — думаю себе, — верно, нашел беспорядки по
почтовой части и уведомляет начальство». Взял да и распечатал.
В Суровский уезд не было ни железной, ни
почтовой дороги, и Левин ехал
на своих в тарантасе.
Уж мы различали
почтовую станцию, кровли окружающих ее саклей, и перед нами мелькали приветные огоньки, когда пахнул сырой, холодный ветер, ущелье загудело и пошел мелкий дождь. Едва успел я накинуть бурку, как повалил снег. Я с благоговением посмотрел
на штабс-капитана…
Между тем псы заливались всеми возможными голосами: один, забросивши вверх голову, выводил так протяжно и с таким старанием, как будто за это получал бог знает какое жалованье; другой отхватывал наскоро, как пономарь; промеж них звенел, как
почтовый звонок, неугомонный дискант, вероятно молодого щенка, и все это, наконец, повершал бас, может быть, старик, наделенный дюжею собачьей натурой, потому что хрипел, как хрипит певческий контрабас, когда концерт в полном разливе: тенора поднимаются
на цыпочки от сильного желания вывести высокую ноту, и все, что ни есть, порывается кверху, закидывая голову, а он один, засунувши небритый подбородок в галстук, присев и опустившись почти до земли, пропускает оттуда свою ноту, от которой трясутся и дребезжат стекла.
На это обыкновенно замечали другие чиновники: «Хорошо тебе, шпрехен зи дейч Иван Андрейч, у тебя дело
почтовое: принять да отправить экспедицию; разве только надуешь, заперши присутствие часом раньше, да возьмешь с опоздавшего купца за прием письма в неуказанное время или перешлешь иную посылку, которую не следует пересылать, — тут, конечно, всякий будет святой.
Еще предвижу затрудненья:
Родной земли спасая честь,
Я должен буду, без сомненья,
Письмо Татьяны перевесть.
Она по-русски плохо знала,
Журналов наших не читала,
И выражалася с трудом
На языке своем родном,
Итак, писала по-французски…
Что делать! повторяю вновь:
Доныне дамская любовь
Не изъяснялася по-русски,
Доныне гордый наш язык
К
почтовой прозе не привык.
Стихотворение это, написанное красивым круглым почерком
на тонком
почтовом листе, понравилось мне по трогательному чувству, которым оно проникнуто; я тотчас же выучил его наизусть и решился взять за образец. Дело пошло гораздо легче. В день именин поздравление из двенадцати стихов было готово, и, сидя за столом в классной, я переписывал его
на веленевую бумагу.
В публичных каретах, [Публичные кареты — казенные кареты
почтового ведомства.] в лавках, поймав хоть какого-нибудь слушателя, наводила разговор
на своего сына,
на его статью, как он помогал студенту, был обожжен
на пожаре и прочее.
На следующий день, рано поутру, Анна Сергеевна велела позвать Базарова к себе в кабинет и с принужденным смехом подала ему сложенный листок
почтовой бумаги. Это было письмо от Аркадия: он в нем просил руки ее сестры.
И вот он трясется в развинченной бричке, по избитой
почтовой дороге от Боровичей
на Устюжну. Сквозь туман иногда брызгает
на колени мелкий, холодный дождь, кожаный верх брички трясется, задевает голову, Самгин выставил вперед и открыл зонтик, конец зонтика, при толчках, упирается в спину старика возничего, и старик хрипло вскрикивает...
Самгин беседовал с ямщиками, с крестьянами, сидя
на крылечках
почтовых станций, в ожидании, когда перепрягут лошадей.
—
Почтовый вагон ограбили, — сказал кондуктор, держа свечку
на высоте своего лица и улыбаясь. — Вот отсюда затормозили поезд, вот видите — пломба сорвана с тормоза…
Покончив
на этом с Дроновым, он вызвал мечту вчерашнего дня. Это легко было сделать — пред ним
на столе лежал листок
почтовой бумаги, и
на нем, мелким, но четким почерком было написано...
Профессоров Самгин слушал с той же скукой, как учителей в гимназии. Дома, в одной из чистеньких и удобно обставленных меблированных комнат Фелицаты Паульсен, пышной дамы лет сорока, Самгин записывал свои мысли и впечатления мелким, но четким почерком
на листы синеватой
почтовой бумаги и складывал их в портфель, подарок Нехаевой. Не озаглавив свои заметки, он красиво, рондом, написал
на первом их листе...
— Выдумал тарантас! До границы мы поедем в
почтовом экипаже или
на пароходе до Любека, как будет удобнее; а там во многих местах железные дороги есть.
Она, накинув
на себя меховую кацавейку и накрыв голову косынкой, молча сделала ему знак идти за собой и повела его в сад. Там, сидя
на скамье Веры, она два часа говорила с ним и потом воротилась, глядя себе под ноги, домой, а он, не зашедши к ней, точно убитый, отправился к себе, велел камердинеру уложиться, послал за
почтовыми лошадьми и уехал в свою деревню, куда несколько лет не заглядывал.
Осталось за мной. Я тотчас же вынул деньги, заплатил, схватил альбом и ушел в угол комнаты; там вынул его из футляра и лихорадочно, наскоро, стал разглядывать: не считая футляра, это была самая дрянная вещь в мире — альбомчик в размер листа
почтовой бумаги малого формата, тоненький, с золотым истершимся обрезом, точь-в-точь такой, как заводились в старину у только что вышедших из института девиц. Тушью и красками нарисованы были храмы
на горе, амуры, пруд с плавающими лебедями; были стишки...
Я поклонился ей и вышел молча, в то же время почти не смея взглянуть
на нее; но не сошел еще с лестницы, как догнала меня Настасья Егоровна с сложенным вдвое полулистом
почтовой бумаги.
Вот две служанки суетятся и бегают около меня, как две
почтовые лошади, и убийственно, как сороки,
на каждое мое слово твердят: «Yes, sir, no, sir».
Мы отлично уснули и отдохнули. Можно бы ехать и ночью, но не было готового хлеба, надо ждать до утра, иначе нам, в числе семи человек, трудно будет продовольствоваться по станциям
на берегах Маи. Теперь предстоит ехать шестьсот верст рекой, а потом опять сто восемьдесят верст верхом по болотам. Есть и
почтовые тарантасы, но все предпочитают ехать верхом по этой дороге, а потом до Якутска
на колесах, всего тысячу верст. Всего!
Она тонка и гладка, как лист атласной
почтовой бумаги, —
на голове не слыхать — и плотна, солнце не пропекает через нее; между тем ее ни
на ком не увидишь, кроме тагалов да ремесленников, потому что шляпы эти — свое, туземное изделье и стоит всего доллар, много полтора.
Но, взглянув
на часы, он увидал, что теперь уже некогда, и надо торопиться, чтобы не опоздать к выходу партии. Второпях собравшись и послав с вещами швейцара и Тараса, мужа Федосьи, который ехал с ним, прямо
на вокзал, Нехлюдов взял первого попавшегося извозчика и поехал в острог. Арестантский поезд шел за два часа до
почтового,
на котором ехал Нехлюдов, и потому он совсем рассчитался в своих номерах, не намереваясь более возвращаться.
В Узел Привалов вернулся ночью, в страшную осеннюю слякоть, когда в двух шагах хоть глаз выколи. Не успел он умыться после дороги, как в кабинет вошел доктор, бледный и взволнованный. Привалова удивил и даже испугал этот полуночный визит, но доктор предупредил его вопрос, подавая небольшую записку, торопливо набросанную
на розовом
почтовом листке.
Наконец, в одно прекрасное утро, когда только что установился первый санный путь, к домику Хионии Алексеевны подъехала
почтовая повозка, заложенная парой (обратите особенное внимание: парой); Привалов и Нагибин вышли
на подъезд, одетые по-дорожному…
Альфонс Богданыч улыбнулся. Да, улыбнулся в первый раз, улыбнулся спокойной улыбкой совсем независимого человека и так же спокойно посмотрел прямо в глаза своему патрону… Ляховский был поражен этой дерзостью своего всенижайшего слуги и готов был разразиться целым потоком проклятий, но Альфонс Богданыч предупредил его одним жестом: он с прежним спокойствием раскрыл свой портфель, порылся в бумагах и достал оттуда свеженькое объявление, отпечатанное
на листе
почтовой бумаги большого формата.
Утром было еще темно, когда
на дворе бахаревского дома уже топталась лихая
почтовая тройка.
На Воловьей станции Митя тотчас же заказал
почтовых в город, а сам вдруг догадался, что до невозможности голоден.
И еще говоря это, она быстро начертала
на полулисте
почтовой бумаги три крупные следующие строчки...
Лет пять тому назад, осенью,
на дороге из Москвы в Тулу, пришлось мне просидеть почти целый день в
почтовом доме за недостатком лошадей.
Через Вай-Фудзин мы переправились верхом
на лошадях и затем пошли по
почтовому тракту, соединяющему пост Ольги с селом Владимиро-Александровским
на реке Сучане.
Рахметов положил
на стол лист
почтовой бумаги,
на котором было написано десять — двенадцать строк.
Прошла неделя, и между ими завелась переписка.
Почтовая контора учреждена была в дупле старого дуба. Настя втайне исправляла должность почтальона. Туда приносил Алексей крупным почерком написанные письма и там же находил
на синей простой бумаге каракульки своей любезной. Акулина, видимо, привыкала к лучшему складу речей, и ум ее приметно развивался и образовывался.
[Подорожная — документ
на получение
почтовых лошадей.]
Он был чрезвычайно весел, без умолку шутил то с Дунею, то с смотрителем; насвистывал песни, разговаривал с проезжими, вписывал их подорожные в
почтовую книгу, и так полюбился доброму смотрителю, что
на третье утро жаль было ему расстаться с любезным своим постояльцем.
Я часто замечал эту непоколебимую твердость характера у
почтовых экспедиторов, у продавцов театральных мест, билетов
на железной дороге, у людей, которых беспрестанно тормошат и которым ежеминутно мешают; они умеют не видеть человека, глядя
на него, и не слушают его, стоя возле.
А тут два раза в неделю приходила в Вятку московская почта; с каким волнением дожидался я возле
почтовой конторы, пока разберут письма, с каким трепетом ломал печать и искал в письме из дома, нет ли маленькой записочки
на тонкой бумаге, писанной удивительно мелким и изящным шрифтом.
Это было варварство, и я написал второе письмо к графу Апраксину, прося меня немедленно отправить, говоря, что я
на следующей станции могу найти приют. Граф изволили почивать, и письмо осталось до утра. Нечего было делать; я снял мокрое платье и лег
на столе
почтовой конторы, завернувшись в шинель «старшого», вместо подушки я взял толстую книгу и положил
на нее немного белья.
В 1851 году я был проездом в Берне. Прямо из
почтовой кареты я отправился к Фогтову отцу с письмом сына. Он был в университете. Меня встретила его жена, радушная, веселая, чрезвычайно умная старушка; она меня приняла как друга своего сына и тотчас повела показывать его портрет. Мужа она не ждала ранее шести часов; мне его очень хотелось видеть, я возвратился, но он уже уехал
на какую-то консультацию к больному.
Анна Павловна берет лист серо-желтой бумаги и разрезывает его
на четвертушки. Бумагу она жалеет и всю корреспонденцию ведет, по возможности,
на лоскутках. Избегает она и
почтовых расходов, предпочитая отправлять письма с оказией. И тут, как везде, наблюдается самая строгая экономия.
— Сегодня сообщили в редакцию, что они арестованы. Я ездил проверить известие: оба эти князя никакие не князья, они оказались атаманами шайки бандитов, и деньги, которые проигрывали, они привезли с последнего разбоя в Туркестане. Они напали
на почту, шайка их перебила конвой, а они собственноручно зарезали
почтовых чиновников, взяли ценности и триста тысяч новенькими бумажками, пересылавшимися в казначейство. Оба они отправлены в Ташкент, где их ждет виселица.
В тот же день мы выехали
на гарнолужских лошадях до первой
почтовой станции.
Так еще недавно я выводил эти самые слова неинтересным почерком
на неинтересной
почтовой бумаге, и вот они вернулись из неведомой, таинственной «редакции» отпечатанными
на газетном листе и вошли сразу в несколько домов, и их теперь читают, перечитывают, обсуждают, выхватывают лист друг у друга.
Брат
на время забросил даже чтение. Он достал у кого-то несколько номеров трубниковской газеты, перечитал их от доски до доски, затем запасся
почтовой бумагой, обдумывал, строчил, перемарывал, считал буквы и строчки, чтобы втиснуть написанное в рамки газетной корреспонденции, и через несколько дней упорной работы мне пришлось переписывать новое произведение брата. Начиналось оно словами...
В погожие сумерки «весь город» выходил
на улицу, и вся его жизнь в эти часы переливалась пестрыми волнами между тюрьмой —
на одной стороне и
почтовой станцией —
на другой.
Из своей «поездки по уезду» Полуянов вернулся в Заполье самым эффектным образом. Он подкатил к малыгинскому дому в щегольском дорожном экипаже Ечкина,
на самой лихой
почтовой тройке. Ечкин отнесся к бывшему исправнику решительно лучше всех и держал себя так, точно вез прежнего Полуянова.
Раз ночью писарский дом был поднят весь
на ноги. Около часу к воротам подкатила
почтовая тройка.
Фирс. Нездоровится. Прежде у нас
на балах танцевали генералы, бароны, адмиралы, а теперь посылаем за
почтовым чиновником и начальником станции, да и те не в охотку идут. Что-то ослабел я. Барин покойный, дедушка, всех сургучом пользовал, от всех болезней. Я сургуч принимаю каждый день уже лет двадцать, а то и больше; может, я от него и жив.
Еще южнее, по линии проектированного
почтового тракта, есть селение Вальзы, основанное в 1889 г. Тут 40 мужчин и ни одной женщины. За неделю до моего приезда, из Рыковского были посланы три семьи еще южнее, для основания селения Лонгари,
на одном из притоков реки Пороная. Эти два селения, в которых жизнь едва только начинается, я оставлю
на долю того автора, который будет иметь возможность проехать к ним по хорошей дороге и видеть их близко.
Въезжая в сию деревню, не стихотворческим пением слух мой был ударяем, но пронзающим сердца воплем жен, детей и старцев. Встав из моей кибитки, отпустил я ее к
почтовому двору, любопытствуя узнать причину приметного
на улице смятения.
Не успел я войти в
почтовую избу, как услышал
на улице звук
почтового колокольчика, и чрез несколько минут вошел в избу приятель мой Ч… Я его оставил в Петербурге, и он намерения не имел оттуда выехать так скоро. Особливое происшествие побудило человека нраву крутого, как то был мой приятель, удалиться из Петербурга, и вот что он мне рассказал.