Неточные совпадения
Слова и письмена, начертанные на человеческом
языке со всей исторической конкретностью и обусловленностью, для
научного изучения являются только литературно-историческим памятником, для верующего же сознания реально суть Слово Божие, историческая оболочка лишь прикрывает их божественное содержание.
Это и было открытием подпольности, на
языке научном — сферы подсознательного.
Если б прикинуть Дерптский университет к германским, он, конечно, оказался бы ниже таких, как Берлинский, Гейдельбергский или Боннский. Но в пределах России он давал все существенное из того, что немецкая нация вырабатывала на Западе. Самый немецкий
язык вел к расширению умственных горизонтов, позволял знакомиться со множеством
научных сочинений, неизвестных тогдашним студентам в России и по заглавиям.
Все у него ладно, во всех
научных дисциплинах хорошие отметки: по тактике, военной администрации, артиллерии, химии, военной истории, высшей математике, теоретической топографии, по военному правоведению, по французскому и немецкому
языкам, по знанию военных уставов и по гимнастике.
Такой взгляд на Христа и его учение вытекает из моей книги. Но, к удивлению моему, из числа в большом количестве появившихся на мою книгу критик, не было ни одной, ни русской, ни иностранной, которая трактовала бы предмет с той самой стороны, с которой он изложен в книге, т. е. которая посмотрела бы на учение Христа как на философское, нравственное и социальное (говоря опять
языком научных людей) учение. Ни в одной критике этого не было.
Человеческий
язык вытесняется всё более и более из
научных исследований, и вместо слова, средства выражения существующих предметов и понятий, воцаряется
научный воляпюк, отличающийся от настоящего воляпюка только тем, что настоящий воляпюк общими словами называет существующие предметы и понятия, а
научный — несуществующими словами называет несуществующие понятия.
Всю дорогу он, не переставая, перебирал всё, что говорил доктор, стараясь все эти запутанные, неясные
научные слова перевести на простой
язык и прочесть в них ответ на вопрос: плохо — очень ли плохо мне, или еще ничего?
[Все это я слышал тогда же от Шушерина несколько в превратном виде; но сказанное мною здесь сообщено мне из достоверных источников С. А. М. и П. И. Б.] Шатров не имел
научного образования, но русскую грамоту знал твердо, и
язык у него везде правилен и благозвучен.
«Собеседник», как и «Вестник», защищал русский
язык от вторжения ненужных иностранных слов, отличался любовию к историческим изысканиям, пытался рисовать современные нравы, представлять в легкой форме дельные
научные истины; наконец, в нем, как и в «Вестнике», находим мы совершенное отсутствие стихотворных шарад и загадок, которыми наполнялись тогда все журналы, особенно новиковские.
Для человека образованного незнание
языков составляет большое неудобство. Воротов сильно почувствовал это, когда, выйдя из университета со степенью кандидата, занялся маленькой
научной работкой.