Неточные совпадения
Но перенесемся мыслью за сто лет тому назад, поставим себя на
место достославных наших предков, и мы легко поймем тот ужас, который долженствовал обуять их при виде этих вращающихся глаз и этого раскрытого рта, из которого ничего не выходило, кроме шипения и какого-то бессмысленного звука, непохожего даже на
бой часов.
Время от времени в лесу слышались странные звуки, похожие на барабанный
бой. Скоро мы увидели и виновника этих звуков — то была желна. Недоверчивая и пугливая, черная с красной головкой, издали она похожа на ворону. С резкими криками желна перелетала с одного
места на другое и, как все дятлы, пряталась за деревья.
Тогда они делили лапти, отдавая нам половину, и — начинался
бой. Обыкновенно они выстраивались на открытом
месте, мы, с визгом, носились вокруг их, швыряя лаптями, они тоже выли и оглушительно хохотали, когда кто-нибудь из нас на бегу зарывался головою в песок, сбитый лаптем, ловко брошенным под ноги.
Река Сица считается хорошим охотничьим
местом, и действительно, следы изюбров встречались чуть ли не на каждом шагу. Избитая земля, истрепанные кусты, клочья шерсти и обломки рогов говорили о том, что здесь происходят главные
бои.
И сквозь кипящие
боем ватаги пробился к Алеше Мокееву. Не два орла в поднебесье слетались — двое ярых бойцов, самых крепких молодцов грудь с грудью и лицом к лицу сходились. Не железные молоты куют красное железо каленое — крепкорукие бойцы сыплют удары кулаками увесистыми. Сыплются удары, и чернеют белые лица обоих красавцев. Ни тот, ни другой набок не клонится, оба крепко на
месте стоят, ровно стены каменные.
Поклонники бога Ярилы с поборниками келейных отцов, матерей иногда вступали в рукопашную, и тогда у озера бывали
бои смертные, кровопролитье великое… Но старцы и старицы не унывали, с каждым годом их поборников становилось больше, Ярилиных меньше… И по времени шумные празднества веселого Яра уступили
место молчаливым сходбищам на поклонение невидимому граду.
В самом деле
место тут каменистое. Белоснежным кварцевым песком и разноцветными гальками усыпаны отлогие берега речек, а на полях и по болотам там и сям торчат из земли огромные валуны гранита. То осколки Скандинавских гор, на плававших льдинах занесенные сюда в давние времена образования земной коры. За Волгой иное толкуют про эти каменные громады: последние-де русские богатыри, побив силу татарскую, похвалялись здесь
бой держать с силой небесною и за гордыню оборочены в камни.
Я очень хорошо помню, что чуть не на этом торжественном
бое первый бык выбежал, потоптался на
месте и"дал бежку"при смехе и негодующих криках публики, более кровожадной и животненной, чем это четвероногое.
Севастопольское войско, как море в зыбливую мрачную ночь, сливаясь, развиваясь и тревожно трепеща всей своей массой, колыхаясь у бухты по мосту и на Северной, медленно двигалось в непроницаемой тесноте прочь от
места, на котором столько оно оставило храбрых братьев, — от
места, всего облитого его кровью — от
места, 11 месяцев отстаиваемого от вдвое сильнейшего врага, и которое теперь велено было оставить без
боя.
К числу реформ славного Александровского времени, реформ, которые исключительно осуществлены графом Алексеем Андреевичем Аракчеевым, принадлежит и даже занимает среди них первое
место осуществление уже известной нам «царственной мечты» — учреждение военных поселений, которые должны были образовать резерв войск и обязанны заниматься сельским хозяйством, содержать себя и, неся военную службу, быть всегда готовыми к
бою.
Внутри оцепленного
места расхаживали поручники и стряпчие обеих сторон. Тут же стояли боярин и окольничий, приставленные к полю, и два дьяка, которым вместе с ними надлежало наблюдать за порядком
боя. Одни из дьяков держал развернутый судебник Владимира Гусева, изданный еще при великом князе Иоанне Васильевиче III, и толковал с товарищем своим о предвиденных случаях поединка.
Место, на которое указывал гусляр, было приготовлено для самого царя. Оно состояло из дощатого помоста, покрытого червленым сукном. На нем были поставлены царские кресла, а торчавшие там копья и рогатины принадлежали опричникам, окружавшим помост. Другие опричники стояли у цепи, протянутой вокруг поля, то есть просторного
места, приготовленного для конного или пешего
боя, смотря по уговору бойцов. Они отгоняли народ бердышами и не давали ему напирать на цепь.
Вся степная птица, отпуганная пожаром, опять занимает свои
места и поселяется в этом море зелени, весенних цветов, цветущих кустарников; со всех сторон слышны: не передаваемое словами чирканье стрепетов, заливные, звонкие трели кроншнепов, повсеместный горячий
бой перепелов, трещанье кречеток.
Оцепили
место в 25 сажень,
Для охотницкого
бою, одиночного.
— Будешь, — сказал Ситанов и пошел на него, глядя в лицо казака пригибающим взглядом. Капендюхин затоптался на
месте, сорвал рукавицы с рук, сунул их за пазуху и быстро ушел с
боя.
Разыскав ровное удобное
место для
боя, они бросили жребий, на чьих шпагах драться, так как секунданты обеих сторон привезли свои шпаги.
Завидя меня, он тотчас же изо всех сил, хромая и прискакивая, спешил на свое
место и, откинув назад голову, разинув клюв, ощетинившись, тотчас же приготовлялся к
бою.
— Он до точности изучил японцев, — говорил мне один из них, — он безошибочно вперёд указывает
места, которые они займут на позиции, а также и те
места, на которые они отойдут после
боя. И всё предсказанное генералом исполняется как по писанному.
— Она охотно согласилась с ним, и почти с первых слов они вступили в
бой друг с другом: девушка яростно защищала церковь как
место, где замученный человек может отдохнуть душою, где, пред лицом доброй мадонны, — все равны и все равно жалки, несмотря на разность одежды; он возражал, что не отдых нужен людям, а борьба, что невозможно гражданское равенство без равенства материальных благ и что за спиной мадонны прячется человек, которому выгодно, чтобы люди были несчастны и глупы.
Края черных туч тоже в огне, на красных пятнах зловеще рисуются угловатые куски огромных строений; там и тут, точно раны, сверкают стекла; разрушенный, измученный город —
место неутомимого
боя за счастье — истекает кровью, и она дымится, горячая, желтоватым удушливым дымом.
Тут началась грязь — сплетни, и угрозы, и издевательства, и упреки, и я должна была с
боем взять Молли к себе, когда получила
место в этом бордингаузе,
место смотрительницы.
Несколько недель жил я под полом, слышал оттуда барабанный
бой пришедшего к монастырю войска, вопли, исторгаемые пыткою на монастырском дворе, радостные восклицания народа; слышал рассказы, как около монастыря поднялась такая пыль, что одному другого за два шага нельзя было видеть, когда свели преступников из обители и из Москвы на одно
место; как Шакловитый, снятый с дыбы, просил есть и, наконец, как совершилась казнь над злодеями.
Невеста и жених стали на свои
места. Пастор с благоговением совершил священный обряд. Слезы полились из глаз его, когда он давал чете брачное благословение. С последним движением его руки отдали в стане русском кому-то честь барабанным
боем… и вслед за тем в комнате, где совершалась церемония, загремел таинственный пророческий голос, как торжественный звон колокола...
Между тем завязался
бой у пехоты шведской с тремя русскими пехотными полками, приспевшими на
место сражения.
И опять:
местом встречи уполномоченных назначен Вашингтон, но уполномоченные съедутся только в августе, через два месяца! Почему так долго? А в других телеграммах сообщалось, что Ояма перешел в стремительное наступление. С позиций приходили слухи, что начинается генеральный
бой. Японцы высадились на Сахалине, заняли Корсаковский пост и быстро продвинулись в глубь острова.
Рассказывают, что во время «опийной» англо-китайской войны китайцы, чтобы испугать англичан и «поддержать дух» своих, выставляли на видных
местах огромные, ужасающего вида пушки, сделанные из глины. Китайцы шли в
бой, делая страшные рожи, кривляясь и испуская дикие крики. Но все-таки победили англичане. Против глиняных пушек у них были не такие большие, но зато стальные, взаправду стрелявшие пушки. Против кривляний и страшных рож у них была организация, дисциплина и внимательный расчет.
Наконец, поезд двинулся. Все рассаживались и устраивались на взятых с
бою местах. Слава богу! Как-никак, а наконец поехали. Впереди — Россия.
— Как? Вполне ясно, в войне наступает перелом. До сих пор мы всё отступали, теперь удержались на
месте. В следующий
бой разобьем япошек. А их только раз разбить, — тогда так и побегут до самого моря. Главная работа будет уж казакам… Войск у них больше нет, а к нам подходят все новые… Наступает зима, а японцы привыкли к жаркому климату. Вот увидите, как они у нас тут зимою запищат!
Было темно, по небу бродили тучи, гонимые ночным ветерком. Вдруг луна выплыла из-за туч и осветила лощину,
место недавнего
боя, с лежавшими на ней там и сям трупами.
— Борьба партий, — отвечал художник, улыбаясь, — наши Гвельфы и Гибелины. Видишь, два мальчика завязали
бой. Но эти искры брошены могучею рукою, и, как скоро сшиблись, ждать большого пожара. Подъедем ближе к
месту действия.
Долго еще говорили они о построении храма, о прекрасном
месте, с которого он будет господствовать над всем городом, и в такой беседе подъехали на высоту у Спаса на бору, откуда можно было видеть всю Занеглинную. Здесь взор молодого человека приковался к двум точкам, которые двигались с двух противных берегов Неглинного пруда. Едва успел он различить, что это были два мальчика. Они столкнулись на средине замерзшего пруда и завязали рукопашный
бой. В несколько мгновений на обоих берегах протянулись две линии.
Студент и корнет подошли ближе к
месту поединка; Левкоева коварно улыбалась, мысленно представляя себе этот поединок в смешном виде, вроде
боя петухов, спущенных один на другого. Она заранее радовалась, как завтра будет потешать своих покровительниц рассказом об этой уморительной сцене. Можно догадаться, что чувствовали в это время Лиза и ее подруга.
Доморацкий одолел спящих и пробуждавшихся инвалидов, завязался кровавый неравный
бой: несколько инвалидов успели выскочить и бежать, но шесть человек были положены на
месте...
— Вы думаете? Нет, сударь, скоро наступит последний час владычеству этих морских разбойников; принятая всей Европою континентальная система не выполнялась до сих пор в России с той непреклонной настойчивостию, какую требуют пользы Франции и ваши собственные. Но теперь, когда вашему двору известна решительная воля императора, когда никакие дипломатические увертки не могут иметь
места, когда нет средины и русские должны вступить в
бой столь неравный или повиноваться…
Бакин. А мне черт его возьми; что мне до него! Я про себя говорю. Однако пора и за дело. Уступаю вам
место без
бою. До свидания, князь!
Господин фельдмаршал подвигался с отрядом нашим к Эррастферу; но, услышав, что в авангарде начинал завязываться
бой, поручил мне вместе с Мурзою привести, как можно поспешнее, на
место сражения артиллерию, которая за снегом и нагорными дорогами отстала от головы войска; сам же, отделив от нас почти всю кавалерию, кроме полка моего и татар, поскакал с нею вперед.
Наутро и солнце явилось для меня с другим лицом: видел я, как лучи его осторожно и ласково плавили тьму, сожгли её, обнажили землю от покровов ночи, и вот встала она предо мной в цветном и пышном уборе осени — изумрудное поле великих игр людей и
боя за свободу игр, святое
место крестного хода к празднику красоты и правды.
Когда мы подоспели, Венцель в пятый раз вел остаток своей роты на турок, засыпавших его свинцом. На этот раз стрелки ворвались в деревню. Немногие из защищавших ее в этом
месте турок успели убежать. Вторая стрелковая рота потеряла в два часа
боя пятьдесят два человека из ста с небольшим. Наша рота, мало принимавшая участия в деле, — несколько человек.
И после долгого перечисления случаев и
мест службы его императорского величества: походов, наступлений, авангардий и ариергардий, крепостей, караулов и обозов, я услышал эти слова: «Не щадя живота», — громко повторили все пятеро в один голос, и, глядя на ряды сумрачных, готовых к
бою людей, я чувствовал, что это не пустые слова.
По счастию проворный Гавриил
Впился ему в то
место роковое
(Излишнее почти во всяком
бое),
В надменный член, которым бес грешил.
Я расспрашивал о нем: он взят в последнем страшном
бою, резне, где погибло несколько десятков тысяч людей, и он не сопротивлялся, когда его брали: он был почему-то безоружен, и, когда не заметивший этого солдат ударил его шашкой, он не встал с
места и не поднял руки, чтоб защищаться.
Тебя не целуют на кресте насильственной присяги и лжесвидетельства. Тобой, во образе распятого, не зажимает рта убиваемому государством его слуга и соубийца — священник. Тобой не благословляются
бои и бойни. Ты в присутственных
местах — не присутствуешь.
ты мне не помешал. Ты только ушел на самое мое дно, вежливо уступая
место — другому. «Ну, попробуй — кротостью…» Ты никогда не снизошел до борьбы за меня (и за что бы ни было!), ибо все твое богоборчество —
бой за одиночество, которое одно и есть власть.
Ходил он лениво, с развальцой. Никогда, даже во время кулачного
боя, он не ускорял движений. Стоя на
месте, всегда в самой середине свалки, он только расставлял пошире ноги, укреплялся в устойчивой позе и начинал работать. Он не юлил, не подставлял ног, не уклонялся. Он напрягался, заносил руку, захватывая размахом широкое пространство, и пускал кулак не целясь, рассчитывая на его тяжесть и в полной надежде, что он сам найдет свое
место. И кулак попадал.
Полно вам враждовать меж собою
За чины, за
места, за кресты —
Смерть придет и отнимет без
боюИ чины, и
места, и кресты!..
На стук пчеловода в стенку больного улья, вместо прежнего, мгновенного, дружного ответа, шипенья десятков тысяч пчел, грозно поджимающих зад и быстрым
боем крыльев производящих этот воздушный жизненный звук, ему отвечают разрозненные жужжания, гулко раздающиеся в разных
местах пустого улья.