Неточные совпадения
Она уставилась было взглядом на золотой лорнет Петра Петровича, который он придерживал в левой руке, а вместе с тем и на большой, массивный, чрезвычайно
красивый перстень с желтым
камнем, который был на среднем пальце этой руки, — но вдруг и от него отвела глаза и, не зная уж куда деваться, кончила тем, что уставилась опять прямо в глаза Петру Петровичу.
Шемякин говорил громко, сдобным голосом, и от него настолько сильно пахло духами, что и слова казались надушенными. На улице он казался еще более
красивым, чем в комнате, но менее солидным, — слишком щеголеват был его костюм светло-сиреневого цвета, лихо измятая дорогая панама, тросточка, с ручкой из слоновой кости, в пальцах руки — черный
камень.
Мы подошли к
красивому, об одной арке, над ручьем, мосту, сложенному плотно и массивно, тоже из коралловых больших
камней…
Утром 4-го января фрегат принял праздничный вид: вымытая, вытертая песком и
камнями, в ущерб моему ночному спокойствию, палуба белела, как полотно; медь ярко горела на солнце; снасти уложены были
красивыми бухтами, из которых в одной поместился общий баловень наш, кот Васька.
Сегодня Иван Григорьев просунул к нам голову: «Не прикажете ли бросить этот
камень?» Он держал какой-то
красивый, пестрый
камень в руке. «Как можно! это надо показать в Петербурге: это замечательный
камень, из Бразилии…» — «Белья некуда девать, — говорил Иван Григорьев, — много места занимает. И что за
камень? хоть бы для точила годился!»
Остальная дорога до станции была отличная. Мы у речки, на мшистой почве, в лесу, напились чаю, потом ехали почти по шоссе, по прекрасной сосновой, березовой и еловой аллее. Встретили
красивый каскад и груды причудливо разбросанных как будто взрывом зеленоватых
камней.
Надо было торопиться. Через 2 км долина вдруг стала суживаться. Начали попадаться глинистые сланцы — верный признак, что Сихотэ-Алинь был недалеко. Здесь река протекает по узкому ложу. Шум у подножия береговых обрывов указывал, что дно реки загромождено
камнями. Всюду пенились каскады; они чередовались с глубокими водоемами, наполненными прозрачной водой, которая в массе имела
красивый изумрудный цвет.
А посредине круга, на
камнях мостовой, вертелась и дробно топталась на месте толстая женщина лет сорока пяти, но еще
красивая, с красными мясистыми губами, с влажными, пьяными, точно обмасленными глазами, весело сиявшими под высокими дугами черных правильных малорусских бровей.
Звучный голос сливался с тонкой, задумчивой песней самовара, в комнате
красивой лентой вился рассказ о диких людях, которые жили в пещерах и убивали
камнями зверей.
Заозерный завод, раскидавший свои домики по берегу озера, был самым
красивым в Кукарском округе. Ряды крепких изб облепили низкий берег в несколько рядов; крайние стояли совсем в лесу. Выдавшийся в средине озера крутой и лесистый мыс образовал широкий залив; в глубине озера зелеными пятнами выделялись три острова. Обступившие кругом лесистые горы образовали рельефную зеленую раму. Рассыпной
Камень лежал массивной синевато-зеленой глыбой на противоположном берегу, как отдыхавший великан.
Они были над кручей, над которой громоздились
камни и среди них деревья, казавшиеся крошечными, а прямо перед ними расстилалась беспредельная даль океана,
красивого, голубого. Кругом царила тишина, и только тихий гул прибоя нарушал эту торжественную тишину.
Широко раскинулся океан, и будто нет ему конца. Тихий, не перестающий его гул кажется тишиной. Воздух чист и прозрачен. Чисто кругом. На горизонте ни паруска! Только высоко реет
красивый фрегат или белоснежный альбатрос и вдруг
камнем ринется вниз, чтобы полакомиться рыбкой… Благодатный, ровно дующий пассат умеряет зной тропического дня, и томительной жары не чувствуется.
Здание это было окружено каналом с каменной балюстрадой, за которой все пространство до здания устлано было шахматными белыми и синими мраморными плитами, берега и дно канала были выложены сперва деревом, а потом
камнем, через канал были
красивые подъемные мостики.
Положив
красивые руки на колени, старец сидел прямо и неподвижно, а сзади него и по бокам стояли цветы в горшках: пёстрая герань, пышные шары гортензии, розы и ещё много ярких цветов и сочной зелени; тёмный, он казался иконой в богатом киоте, цветы горели вокруг него, как самоцветные
камни, а русокудрый и румяный келейник, напоминая ангела, усиливал впечатление святости.
Но ведь в лавр была превращена нимфа, спасавшаяся от грубого насилия бога. В
камень превратилась дочь Тантала Ниоба от безмерной скорби по убитым богами детям. Для верующего эллина это были не
красивые легенды, украшавшие природу, это был самый подлинный ужас.
По пути то и дело встречаются
красивые постройки из дикого
камня русско-китайской архитектуры, причём китайский стиль выражается лишь в драконах, которыми украшены крыши, крытые железом.
Глядя в зеркало на свое взволнованное лицо, на котором крупные и сочные губы казались еще краснее от бледности щек, осматривая свой пышный бюст, плотно обтянутый шелком, она почувствовала себя
красивой и достойной внимания любого мужчины, кто бы он ни был. Зеленые
камни, сверкавшие в ее ушах, оскорбляли ее, как лишнее, и к тому же ей показалось, что их игра ложится ей на щеки тонкой желтоватой тенью. Она вынула из ушей изумруды, заменив их маленькими рубинами, думая о Смолине — что это за человек?
Лицо Хромого, как широкий нож, покрытый ржавчиной от крови, в которую он погружался тысячи раз; его глаза узки, но они видят всё, и блеск их подобен холодному блеску царамута, любимого
камня арабов, который неверные зовут изумрудом и который убивает падучую болезнь. А в ушах царя — серьги из рубинов Цейлона, из
камней цвета губ
красивой девушки.
Всего лучше Пепе, когда он один стоит где-нибудь в
камнях, вдумчиво разглядывая их трещины, как будто читая по ним темную историю жизни
камня. В эти минуты живые его глаза расширены, подернуты
красивой пленкой, тонкие руки за спиною и голова, немножко склоненная, чуть-чуть покачивается, точно чашечка цветка. Он что-то мурлычет тихонько, — он всегда поет.
Точно птицы в воздухе, плавают в этой светлой ласковой воде усатые креветки, ползают по
камню раки-отшельники, таская за собой свой узорный дом-раковину; тихо двигаются алые, точно кровь, звезды, безмолвно качаются колокола лиловых медуз, иногда из-под
камня высунется злая голова мурены с острыми зубами, изовьется пестрое змеиное тело, всё в
красивых пятнах, — она точно ведьма в сказке, но еще страшней и безобразнее ее; вдруг распластается в воде, точно грязная тряпка, серый осьминог и стремительно бросится куда-то хищной птицей; а вот, не торопясь, двигается лангуст, шевеля длиннейшими, как бамбуковые удилища, усами, и еще множество разных чудес живет в прозрачной воде, под небом, таким же ясным, но более пустынным, чем море.
Выйдя на намывную полосу прибоя, я повернул к биваку. Слева от меня было море, окрашенное в нежнофиолетовые тона, а справа — темный лес. Остроконечные вершины елей зубчатым гребнем резко вырисовывались на фоне зари, затканной в золото и пурпур. Волны с рокотом набегали на берег, разбрасывая пену по
камням. Картина была удивительно
красивая. Несмотря на то, что я весь вымок и чрезвычайно устал, я все же сел на плавник и стал любоваться природой. Хотелось виденное запечатлеть в своем мозгу на всю жизнь.
— О! и я за это ручаюсь сама. Но искушения ежедневных сближений с
красивым, пылким, умным молодым человеком… К тому ж кузен, хоть и седьмая вода на киселе… родственные отношения, под прикрытием которых говорится многое, чего не дозволено постороннему, высказываются тайны сердечные красноречиво, с жаром… ныне, завтра, месяцы… И металл поддается. Сердце — не
камень. Лизавета Михайловна в поре разгара страстей, кипучая натура… И вы не удивитесь, если они оба потеряли головы.
Интереснее и
красивее всего объяснение
камня Алатыря, данное Веселовским.
Перед глазами Евсея закружились пёстрым хороводом статные,
красивые люди в блестящих одеждах, возникала другая, сказочная жизнь. Она оставалась с ним, когда он лёг спать; среди этой жизни он видел себя в голубом кафтане с золотом, в красных сапогах из сафьяна и Раису в парче, украшенной самоцветными
камнями.
На площади, там и сям, виднелись кучки песку, шлаков, громадные горновые
камни, сломанные катальные валы и
красивые ряды только что приготовленных рельсов, сложенных правильными квадратами.
Улица, на которую выходили окна моей комнаты, имела теперь самый печальный вид: ряды домиков, очень
красивых в хорошую погоду, теперь выглядели мрачно, а непролазная грязь посредине улицы представляла самое отвратительное зрелище, точно целая река грязи, по которой плыли телеги с дровами, коробья с углем, маленькие тележки с рудой и осторожно пробирались пешеходы возле самых домов по кое-как набросанным, скользким от дождя жердочкам,
камням и жалким остаткам недавно зеленой «полянки».
В крайнее окно мастерской после полудня минут двадцать смотрит солнечный луч, стекло, радужное от старости, становится
красивым и веселым. В открытую форточку слышно, как взвизгивает железо полозьев, попадая на оголенный
камень мостовой, и все звуки улицы стали голее, звончей.
Иоанн нашел между
камней красивую, голубенькую ящерицу и в нежных ладонях, тихо смеясь, принес ее Иисусу, и ящерица смотрела своими выпуклыми, загадочными глазами в его глаза, а потом быстро скользнула холодным тельцем по его теплой руке и быстро унесла куда-то свой нежный, вздрагивающий хвостик.
Какими
красивыми лишайниками точно обтянуты
камни в горах!
Поднялся какой-то шум, кого-то оттесняли, кого-то вели для составления протокола… Что-то туманило мне глаза, и суровые виды Урала, ель, сосна и
камень неслись мимо быстро улетающего поезда… А пятнадцатого августа, как уже сказано выше,
красивый тобольский полицмейстер качал головою и говорил мне укоризненно...
Длинные чистые сакли с плоскими земляными крышами и
красивыми трубами были расположены по неровным каменистым буграм, между которыми текла небольшая река. С одной стороны виднелись освещенные ярким солнечным светом зеленые сады с огромными грушевыми и лычевыми [Лыча — мелкая слива.] деревьями; с другой — торчали какие-то странные тени, перпендикулярно стоящие высокие
камни кладбища и длинные деревянные шесты с приделанными к концам шарами и разноцветными флагами. (Это были могилы джигитов.)
Около сарая стояли сыновья Жмухина: старший держал ружье, у младшего был в руках серый петушок с ярким
красивым гребнем. Младший изо всей силы подбросил петушка, тот взлетел выше дома и перевернулся в воздухе, как голубь; старший выстрелил, и петушок упал, как
камень.
Пройдет месяца два или три, и я буду там, в этом широком белом свете, а этот странный молодой станочник с глубокими черными глазами все равно останется здесь, у своей «пестрой столбы», среди этих
красивых, но мертвых и бесплодных
камней, над пустынной рекой.
После этого с версту мы проехали молча. Лучи на
камнях угасали, в ущельях залегали густые сумерки, насыщенные туманами, которые в Сибири называют
красивым словом «мороки». В воздухе быстро свежело. Шаг лошади гулко раздавался по перелескам.
Я позволю себе сделать маленькое сообщение об одном причудливом кристалле, открытие которого в недрах русских гор связано с воспоминанием об усопшем государе Александре Николаевиче. Дело идет о
красивом густо-зеленом драгоценном
камне, который получил название «александрит» в честь покойного императора.
Роскошно одетые кавалеры, еще более нарядные красавицы дамы, все это движется в плавном и
красивом танце. Парча, золото и драгоценные
камни — все смешалось, все горит, блестит и сверкает не меньше огней хрустальных люстр, подвешенных к потолку зала.