— Говорить перед вами неправду, — забормотал он, — я считаю невозможным для себя: память об Людмиле, конечно, очень жива во мне, и я бы бог знает чего ни дал, чтобы воскресить ее и сделать счастливой на земле, но всем этим провидение не наградило меня. Сделать тут что-либо было выше моих сил и разума; а потом мне
закралась в душу мысль, — все, что я готовил для Людмилы, передать (тут уж Егор Егорыч очень сильно стал стучать ногой)… передать, — повторил он, — Сусанне.
Неточные совпадения
О, тут ужасное подозрение
закралось мне
в душу, кровь хлынула мне
в голову!
Прошло около месяца. Гиршфельд только что вернулся из Москвы, куда ездил для окончания последних дел и решил наконец приступить к «шестовскому» делу. Время казалось ему самым удобным. Князь Владимир
в блаженстве, около своей ненаглядной Агнессочки, и, считая Николая Леопольдовича главным устроителем этого блаженства, слепо верил
в его дружбу. Ни малейшее сомнение
в уме, практичности и честности его поверенного не могло
закрасться в его
душу. Гиршфельд вызвал его к себе «по делу».
В голову наивной и чистой
душою Натальи Федоровны не могла даже
закрасться мысль о чем-либо подобном.
От той, конечно, не скрылись все эти переглядывания — и досада невольно
закралась в ее
душу; ее, главное, удивляло — что могло так пленить Вихрова
в Мари.
Часов около шести компания вновь соединялась
в следующем по порядку ресторане и спрашивала обед. Если и пили мы всласть, хотя присутствие Старосмысловых несколько стесняло нас. Дня с четыре они шли наравне с нами, но на пятый Федор Сергеич объявил, что у него болит живот, и спросил вместо обеда полбифштекса на двоих. Очевидно,
в его
душу начинало
закрадываться сомнение насчет прогонов, и надо сказать правду, никого так не огорчало это вынужденное воздержание, как Блохина.
— Нет, уж это оченно что-то размашисто будет! — повторил Абрам Семеныч, но как-то слабым голосом. Очевидно, злое сомнение уже начинало
закрадываться в его
душу.
Вы благородный человек. Вы не улыбнетесь и не подосадуете на мои нетерпеливые строки. Вспомните, что их пишет бедная девушка, что она одна, что некому ни научить ее, ни посоветовать ей и что она никогда не умела сама совладеть с своим сердцем. Но простите меня, что
в мою
душу хотя на один миг
закралось сомнение. Вы неспособны даже и мысленно обидеть ту, которая вас так любила и любит».
Нюта исполнила его желание, но с этой минуты отлетели от нее все счастливые мечты и планы. Она уже без удовольствия стала ходить
в ряды и даже неохотно готовила себе приданое, никогда более не заставляя жениха любоваться на свои покупки.
В душу ее
закралось тяжелое и темное раздумье о своем сомнительном будущем…
Тонкий фимиам осторожной лести
закрался в темный уголок его
души. Хвалынцеву было и приятно, несмотря на подмеченную фразистость Василия Свитки, и вместе с тем почувствовал он себя как-то гордее, удовлетвореннее.
В душу ее
закралось тревожное опасение, как бы Полояров насильно или обманом не отнял у нее ребенка. На нее напал затаенный и мучительный страх. Что он
в состоянии сделать это — она не сомневалась; поэтому надо быть теперь вечно настороже, надо, может, тяжелой борьбой отстаивать свое материнское право.
В душу закрадывалось то подлое чувство собственности, которое из мужчины делает самца.
Разговор был вообще несложный. Родион Потапыч добыл из сундука свою «паужину» и разделил с Оксей, которая глотала большими кусками, с жадностью бездомной собаки, и даже жмурилась от удовольствия. Старик смотрел на свою гостью, и
в его суровую
душу закрадывалась предательская жалость, смешанная с тяжелым мужицким презрением к бабе вообще.
Сначала такие непутевые речи Гордея Евстратыча удивляли и огорчали Татьяну Власьевну, потом она как-то привыкла к ним, а
в конце концов и сама стала соглашаться с сыном, потому что и
в самом деле не век же жить дураками, как прежде. Всех не накормишь и не пригреешь. Этот старческий холодный эгоизм
закрадывался к ней
в душу так же незаметно, шаг за шагом, как одно время года сменяется другим. Это была медленная отрава, которая покрывала живого человека мертвящей ржавчиной.
Первые месяцы после свадьбы Салтыков с благодарностью смотрел на тетушку и жену и радостно улыбался. С течением времени эта улыбка становилась все деланнее и деланнее. Страшное подозрение
закралось в его
душу, стало расти и, наконец, к ужасу его, выросло
в полное убеждение.
Но Яков и не думал бежать. Он стоял как пригвожденный к месту. Страх перед этим лихим из лихих людей — грозным Ермаком, раз уже
закравшись в его
душу, как-то разом охватил все его существо.
Я любила его не меньше, чем прежде, и не меньше, чем прежде, была счастлива его любовью; но любовь моя остановилась и не росла больше, а кроме любви, какое-то новое беспокойное чувство начинало
закрадываться в мою
душу.
Как ни авторитетны подобные показания, однако ж, когда подумаешь, что они даются ташкентцами, то есть тоже жертвами всевозможных недоразумений и недомыслий, то
в душу невольно
закрадывается сомнение.
Его дух был бодр, но плоть оказывалась немощна: от душевных страданий он начал чувствовать чисто физическую боль, стал ощущать незнакомое ему до сих пор расслабление во всем организме и чувство страха, что решимость дойти до намеченной им цели — а эта цель все более и более приближалась — вдруг покинет его
в последний, решительный момент, стало
закрадываться в его
душу.
Смотри, чтобы раскаяние не
закралось когда-нибудь
в душу твою и не разрушило бы
в один миг труды долгого времени.
— Прости меня, — продолжала она, прерывая слова рыданиями, — если бы ты знал, как я тебя любила, если бы ты мог понять, чем ты был для меня… Я точно
в угаре ходила… Месть… тоже упоение и опьянение… точно не я все это делала… Не помню ничего. Я больна, нравственно больна… Пожалей хоть меня… Я страшно страдала. Ты, Бог тебя знает, что делал, а я все видела, знала, молчала и одна со своими мыслями обезумела…
В душу-то
закралось, что не дай Бог тебе испытать.
В его
душу начинало
закрадываться сомнение, точно ли она изменила ему, так как прямых доказательств не было.
Иван Ильич, на которого и вино подействовало, начал было улыбаться, но мало-помалу какое-то горькое сомнение начало
закрадываться в его
душу: конечно, он очень любил развязность и непринужденность; он желал, он даже душевно звал ее, эту развязность, когда они все пятились, и вот теперь эта развязность уже стала выходить из границ.
Луч ли веры, освещавший его молодость и заставлявший некогда горячо молиться
в деревенской, позолоченной отблесками угасающей вечерней зари церкви, снова
закрался ему
в душу, или мысль, как молния сразившая апостола Павла по дороге
в Дамаск, промелькнула
в уме и указала на единственный, отчаянный исход спасти горячо, безумно любимую женщину — сказать мудрено, но чудо совершилось, и вольнодумец-артист медленно опустился на колени перед священником и голосом далеко непритворным сказал...